Рокот. Том 1: Технический колледж ауксилариев. Том 2: Проблемы молодого аристократа (СИ)

— Марш.
Лидия побежала легко, быстро и красиво. Когда, сделав очередной круг, она пробегала мимо нас, я не видел на ее лице и следа усталости или напряжения. Пробежав все пять кругов, она приняла упор лежа. Вытянувшись в струнку, принялась быстро и резко отжиматься, выдыхая каждый раз при подъёме. Я принялся считать отжимания, но сбился на двадцать втором.
Закончив, не давая себе и минуты отдыха, повисла на перекладине. А затем, сделала десять строгих подтягиваний. Когда Лидия вернулась к нам, ее лицо лишь слегка раскраснелось, да чуть растрепались волосы. Иных следов усталости не было.
  
У меня челюсть отвисла. Во-первых, подтягивания для меня были вообще чем-то из области ненаучной фантастики, во-вторых, я прикинул, ведь сейчас, все это ждет и меня. Ой, мама.
— Коновалов, результаты?
— Бег — три минуты, двадцать восемь секунд, отжиманий — тридцать, подтягиваний — десять.
— Я никого не заставляю делать то, что не могу сделать сама, — резко сказала инструктор, — мой результат вы видите. Жду от вас не хуже. Смогла я, сможете и вы. На старт!
Перейду сразу к сути. Худшие результаты оказались у Насти. Предпоследние — у Кира, каким бы странным это не казалось. Я и вовсе не дотянул до финиша. Бег я закончил, когда все остальные уже завершали подтягивания. А потом сдох на двенадцатом отжимании.
Когда мы снова выстроились, Лидия обвела нас взглядом. Задержав на мне, произнесла:
— М-да, все понятно, будем работать.
Когда занятия по физподготовке закончились, Кир сказал, что ему срочно надо к нам в комнату и поспешил к общаге.
В раздевалке, когда я переодевался из спортивной формы в обычную, один из старшекурсников сказал мне:
— Ты-то на фига полез сюда, все равно ведь ничего не можешь!
Это был массивный парень, с крупным лицом и носом картошкой.
— Аккуратнее, Игорь, видел, как он Идолищ в коридоре покрошил.
— Ага, — ответил Игорь, — со страху. Как вспомню, как он визжал, когда безголовый потащил его к себе.
Все засмеялись.
— Скажи мне спасибо, что сейчас целенький и довольный здесь бегаешь, а не в брюхе у безголового, — огрызнулся я.
— Да мы бы и без тебя справились, что-то Олега та ты не спас.
— Так ты тоже не спас.
— Слышь чего, ты сейчас в больничку отправишься!
— Игорек, чего ты привязался к первокурснику, — вмешался Коновалов, высокий белобрысый парень. — Или ты на место Карпяна метишь?
Нос-картошка зло глянул на Коновалова, но отвечать ничего не стал.
— Иди, гроза Идолищ, отпускаю, — покровительственным видом заявил он мне.
— Сам иди.
Мой ответ этому Игорю не понравился. Он положил руку мне на голову и довольно чувствительно взъерошил мне волосы, да так, что у меня в шее хрустнуло:
— А давай мы тебя Идолищем будем звать, ха-ха-ха, а, Идолище?
Что-то не ладиться у меня общение со старшим курсом. Я скинул его руку:
— Че охерел совсем, некрофил пассивный!
Его лицо насупилось. Я понял, сейчас Игорь-картошка попробует меня ударить. Черпанул Мощь, главное не убить этого придурка.
— Отвали от парня, сказал!
К нам двинулся Коновалов.
— Те чего надо? — зло бросил Игорь, оборачиваясь к однокурснику.
— Че сказал?
Нос-картошка стушевался. Он явно побаивался Коновалова. Плюнув на пол, Игорь выскочил из раздевалки. Остальные потянулись следом. Один из них бросил Коновалову:
— Зря ты так, Тимон, Игорян-то наш, а этот кто?
— Отвали, — лениво ответил Коновалов.
А мне сказал:
— А так, Бузырь прав, чего тебе тут делать, иди лучше доучивайся.
— За помощь спасибо, а в советах не нуждаюсь.
Коновалов усмехнулся и тоже вышел из раздевалки.
* * *
О столкновении в раздевалке Киру я ничего не сказал. Он и так ходил весь день мрачнее тучи. Для него прийти последним, ну не считать же Настьку за полноценного соперника, дело казалось немыслимым. Просто позор, какой-то! Был бы Кир самураем, точно бросился бы сэппуку делать.
Так мы и принялись с ним, по утрам гонять на стадион. Как я раньше, когда осваивал Мощь с новым телом. Тут Кир не знал пощады ни по отношению ко мне, ни по отношению к себе. Я через два дня взмолился, чтобы мы ходили хотя бы через день.
Дело в том, что занятия с Лидией Афанасьевной проходили ежедневно. И каждое утро по еще одной тренировки я просто не вывозил физически. Так и повелось. Кир ходил на стадион каждое утро, а я понедельник, среду и пятницу. И то, старался сфилонить, мне ведь еще силы нужны с «Моей ауксилией», будь она неладна, заниматься.
К моему ужасу, Лидия Афанасьевна, настояла, чтобы физподготовка проводилась ежедневно. Не устроили ее наши результаты. И нас она, тоже не щадила, добиваясь от каждого, такого же результата, как у нее. Хорошо хоть, еще не стала применять метод Сладова, когда за мою слабость отдувались все остальные. Это мне точно вышло бы боком.
Когда я обращался к инструктору по имени-отчеству, внутри меня все клокотало от воспоминаний, когда «Лидия Афанасьевна», обнаженная, стояла передо мной на коленях. Что это было, так и оставалось для меня загадкой. Сама Лидия не давала ни единого намека, что мы с ней знакомы более чем по учебе. Спишу на неадекватное поведение пьяной женщины, еще, возможно, чем-то расстроенной.
Что еще? Бузырь, он же Игорь Бузыкин, больше не пытался лезть в драку, но не упускал случая поддеть меня, как ему казалось, остроумным замечанием. Я тоже в долгу не оставался. Один из третьекурсников тоже время от времени присоединялся в нападках Бузыкина. Не знаю, чего им надо. Остальные, со старшего курса, за всем этим наблюдали одобрительно, полностью находясь на стороне своих товарищей. Кроме, понятно, Насти и возможно Тимофея Коновалова.
Через пару недель, после того, как в стенах колледжа сформировали «Мою ауксилию», мне пришло сообщение от Айгуль. Так как занятия с Лидией были подстроены под третий курс, то нам с Киром приходилось пропускать некоторые другие предметы. Айгуль, как староста, скидывала нам лекции, конспекты и задания.
Поэтому, я не сильно удивился, когда увидел сообщение. Собственно, я и забыл о нем, и вспомнил только вечером. Открыл, ожидая увидеть там новый тест, или нечто вроде того. Но там оказалось совсем иное.
«Ты, кажется, приглашал меня в „Королеву?“.
Я даже растерялся на минуту. За всеми этим здоровым образом жизни, с занятиями Долгопрудниковой и тренировками с Киром, я и забыл, как ошарашил Айгуль и Таньку своим предложением дружить втроем. Айгуль тогда ушла, не сказав ни слова. А Танька высказалась. Видимо, староста решила донести свое мнение именно сейчас. Даже и неплохо!
«Не кажется, точно приглашал».
Написал я в ответ. И добавил:
«Давай только сегодня, завтра дел невпроворот».
Это действительно было правдой. Завтра намечалась дополнительная тренировка с Киром. А вечером надо было выполнить кучу заданий по пропущенным предметам.
«Давай. Через полчаса, у ворот».
В рифму прилетел ответ от Айгуль.
Хорошо, через полчаса, так через полчаса.
Успел сбегать в душ, натянул самые приличные шмотки, что у меня есть. Их не так уж и много. Как-то Айгуль назвала нас, вместе с ней, нищебродами, обедающими в столовой. Так и есть. Не знаю, кто ее родители, а у меня в этом мире их даже нет. И весь мой доход — стипендия от колледжа.
Айгуль вела себя, как обычно. Не старалась припомнить мое неприличное решение, ни выражала по этому поводу недовольства. Немного поболтали по дороге к «Королеве». Там, я, кстати, никогда раньше не был. В заведение бегали обедать и ужинать, а иногда и завтракать, студенты, которые могли себе это позволить. Местные тоже заходили, но в основном вечером, когда кафе становилось местом времяпрепровождения для пар и небольших компаний.
Кафе оказалось достаточно уютным местечком. Играла легкая музыка. Народу было прилично, но мы без труда нашли свободный столик. Один из официантов, без отдыха снующих между столиками, подошел к нам и принял заказ. Решили не шиковать. Заказали салатик, мороженое и кофе. Про себя я прикинул, насколько это облегчит мой кошелек. Как-то просить Айгуль оплатить половину, мне было неудобно.