Рокот. Том 1: Технический колледж ауксилариев. Том 2: Проблемы молодого аристократа (СИ)

Кир и Настя склонили головы. Я последовал их примеру, снова поймав улыбку Лидии. Воронцов повернулся к директору:
— Теперь я полностью убедился в правильности моего решения.
— О чем, вы, ваше сиятельство?
— Вы ведь знаете, что полгода назад, мне пришлось сражаться с Идолищем в новгородских болотах?
— Конечно, ваше сиятельство, если память не изменяет мне, это была особь третьего класса.
  
— Совершенно верно. Битва выдалась тяжелой. Я потерял одного из пилотов своего отряда, теперь его место занимает Лидия Афанасьевна. А так же, в этой схватке, пало много ауксилариев.
— Прискорбно.
— Я хотел набрать себе новых бойцов из разных колледжей, по результатам их экзаменов и практики, но вашим студентом пришлось столкнуться с Идолищами, вынести тяжесть борьбы с ними. Так что, теперь я рассчитываю исключительно на ваш колледж.
— Но. но, позвольте, ваше сиятельство, Новиков и Шелестов первокурсники, а Сухомлинова, ей только предстоит пройти практику после Нового года.
Воронцов остановил на директоре немигающий взор. Петр Сергеевич затих.
— Понимаю ваши опасения, но практику ваши студенты уже прошли. Причем такую, что не у каждого выпускника колледжа ауксилариев имеется. Далее, какая разница, первокурсники или выпускники, если они уже столкнулись с Идолищем.
— Но учебные планы!
— Чему вы собираетесь их учить? Математике, правилам русского языка, курсу литературы? Этим они могут заняться в формате самообразования, если захотят.
— А специализация?
— Специализацию можно осваивать сразу на службе. И последнее, я не говорю именно об этих трех студентах. Не отрицая их заслуг, замечу, студент Шелестов не выглядит, как боец, способный владеть Мощью на нужном уровне. Хотя, я могу и ошибаться, разумеется.
— Что же вы предлагаете?
— Я — человек действия, директор. И считаю, что действие, практика, куда важнее теории. Если я все правильно понял, ваш тренер по физподготовке, напомните имя и отчество.
— Илья Андреевич.
— По всей видимости, храбрейший человек?
— Совершенно верно.
— Если храбрости ему не занимать, то вот сообразительностью он не блистал.
Я офигел от таких слов. Пускай ты хоть трижды боярин и поперек себя князь, но какое-то уважение к погибшему человеку иметь должен! К тому же, он сражался с безголовыми, пока ты еще колготки натягивал в своем Владимире!
Я поймал взгляд Кира. Он еле заметно покачал головой. Надо держать себя в руках!
— Но я оберну это к своей пользе. Все студенты, которых вооружил и направил против Идолищ, эмм, Илья, кажется, Андреевич? До Нового года будут заниматься усиленной физподготовкой и усиленными же занятиям с Мощью. После Нового года, мы проведем тест. И по результатам оного, я выберу себе пятерых. Остальные пускай заканчивают обучение в дежурном порядке, слабаки мне не нужны.
— Ваш план великолепен, ваше сиятельство, но нам еще надо найти замену Илье Андреевичу, на это уйдет какое-то время.
— Не беспокойтесь. Студентами займется Лидия Афанасьевна.
— Э, как это, Лидия Афанасьевна? Но, я даже не знаю, ваше сиятельство.
— Тут и знать нечего, Лидия, отличный спортсмен и инструктор, поверьте, после занятий с ней, даже студент Шелестов преобразиться.
Да чего он до меня-то доколупался? Ну, подумаешь, чуть подохлее остальных. Короче, не понравился мне этот Воронцов. Ну, да и фиг с ним. А вот Лидия Афанасьевна, другое дело! Я не прочь, посмотреть на нее в обтягивающем спортивном костюмчике.
— При всем уважении, Ваше Сиятельство, это требует обсуждения. Давайте отправим учащихся на занятия и обсудим это без них.
Воронцов милостиво кивнул. Директор замахал на нас руками, и мы, вновь поклонившись, покинули кабинет.
  
Глава 19
 
— Ничего себе! Сражаться рядом с Белым Витязем, да ведь это, да ведь это, просто не знаю!
Настя не находила слов от восторга. С тех пор, как мы вышли из директорского кабинета, она бесконечно восхищалась. Белым Витязем, возможностью попасть в его отряд, открывающимися перспективами. С нее даже слетел флер слегка циничной дамочки, что она вечно на себя напускала.
— Не думаю, что это хорошая идея, — наконец произнес Кир.
— Как так, не думаешь? — Настя аж подпрыгнула. — Ты что, хочешь три года прозябать здесь, торчать на лекциях Савельева, изучать то, что тебе никогда в жизни не пригодится?
— Во-первых, все предметы, преподаваемые в колледже, необходимы, как для общего развития, так и для овладения специальными знаниями, такими, как ООУСМД, — занудил Кир. — Без этого, что ни говори, но толкового специалиста не выйдет. Хотя, я понимаю тебя, ты уже на последнем курсе, мы же с Мишей только начали обучение, да и то, все учебные планы сорваны.
— Что ты несешь, Кир? Тебе дают шанс перепрыгнуть сразу через пару ступенек! Вот ты, моментально, из студента первого курса станешь полноправным ауксиларием, да еще в отряде Белого Витязя! Можно душу продать за это!
— Во-вторых, — невозмутимо продолжил Кир. — Потери, понесенные ауксилариями Воронцова довольно высоки, тебе не приходило в голову, что нас, при таком раскладе, будут использовать, как пушечное мясо? Низкоквалифицированные ауксиларии, даже до конца не понимающие самые основы СМД, какова наша ценность?
— Ты уже, как Карпян заговорил! — зло бросила девушка.
Она повернулась ко мне и спросила:
— А ты, что думаешь, Миш? Может, хоть ты мозги вправишь этому тугодуму?
— Я надеюсь, нам дадут право выбора, участвовать в этом балагане, то есть, эксперименте, или нет.
— О чем это ты?
— Я не уверен, что смогу соперничать с твоими однокурсниками, ты ведь слышала, что Воронцов настаивает, чтобы все, кто бился с Идолищами, приняли участие в тесте? А там все здоровые, словно кони.
— Да я знаю, какие они, три года учусь с ними, но это же не повод упускать шанс.
— А ты сама, как будешь соперничать с остальными? Выходит-то, ты единственная девушка среди всех!
— Не знаю, — в голосе Насти вновь зазвучала злость, — но я точно своего шанса не упущу!
Она ускорила шаг и, не попрощавшись, скрылась за дверью аудитории, где сейчас шли занятия ее курса.
На лекции я сидел, слушая преподавателя вполуха. Ребус, конечно, выходит интересный. С одной стороны Настя права. Это же редчайший шанс! Мне-то, в отличие от Кира, не резон сидеть на лекциях, постигая азы специальности. Так-то, я не собирался долго засиживаться на работе по специальности. Я ведь привык совсем к другому уровню жизни.
С другой стороны прав и Кир. Сомневаюсь, что нас ждет дружный коллектив, поддержка коллег, благожелательное руководство, корпоративные бонусы и программы. Скорее всего, если уж не пушечное мясо, как выразился Кир, то точно — ценность для Воронцова, мы будем представлять наименьшую. Надо ему будет сохранить более опытных бойцов, вот пожалуйте вперед, господа студенты-недоучки.
Да и сам Воронцов мне не понравился. Надменный, весь из себя неприступный, да еще и ересь всякую понес, и про Сладова, земля ему пухом, и про меня. Дохлый я видите-ли, а Мощью, как владел? Ему ведь точно известно, что в коридоре колледжа, я одним ударом, всех Идолищ уничтожил. А иначе, зачем бы он хотел меня видеть?
Вот. Увидел. Разочаровался, наверное.
Да и мысль, что я три месяца буду хвостом бегать за бычарами со второго и третьего курса, на потеху и Настьке, и Лидии, меня не грела. Хотя, усиленными занятиями можно физуху подтянуть, а соответственно, владение Мощью усилить. И с оружием научиться обращаться, тоже не помешает. Мы ведь, по учебному плану, только на следующий год за него возьмемся.
В общем, есть над чем подумать.
На обед, по уже по устоявшейся привычке, я пошел в столовую. Стипендию-то мне никто не увеличил. Там, ко мне за стол, подсела Айгуль. Обменялись новостями. Про то, что ажно целый Воронцов задумал набрать пополнение, у нас в колледже, я говорить не стал. Все это вилами на воде писано. А Савельев, как бы не лебезил перед боярином, все же уперся — отдавать своих подопечных сразу в действующую ауксиларию.