Рокот. Том 1: Технический колледж ауксилариев. Том 2: Проблемы молодого аристократа (СИ)

Удар клинком, уничтоживший всех Идолищ, изрядно вымотал меня. Нет, я все еще мог сражаться. Но уже без таких резких применений Мощи. Да, силовое оружие, отличная вещь, особенно для слабаков, как я.
Все напряженно прислушивались к происходящему за дверью. По всему подвалу горело тусклое освещение, и я осмотрелся, стараясь увидеть местного гениального сыщика, следователя Кадлаева. Есть у него одна вещица, столь необходимая мне. Но полицейского нигде не было.
  
Подвал был устроен на подобии отдельных помещений. В каждый новый «отсек» вел узкий проход. Если бы Петр Сергеевич озаботился установить в каждом проеме по стальной двери, подвал превратился бы в неприступную крепость.
Может быть, лейтенант ушел в другое помещение? Да и людей, возле двери, было явно меньше, чем сюда входило. Не все нашли в себе силы находиться у самого входа. Пожалуй, лучшего момента, чтобы забрать флэшку у полицейского, у меня не будет.
Попыток ворваться со стороны дверей не предпринималось. Возможно, чудовища отступили. Или разрабатывают план, как лучше проникнуть сюда. Переговариваться же они умеют. Я подошел к тренеру.
— Илья Андреевич, может быть, стоит еще раз проверить дверь на улицу? — спросил я, надеясь получить от нашего главнокомандующего разрешения на это.
Впрочем, Сладов вполне оправдал мои надежды:
— Пойдешь один, остальные нужны мне здесь, если твари решат взломать дверь. Что не так, сразу беги сюда, а еще ори на ходу, я сразу пойму, что дело труба.
Я кивнул. Прихватив с собой СК-7, двинул в соседнее помещение. Там сидели несколько человек. Кадлаева не было. Прошел в следующее, нашел там девушек, в том числе и с моего курса: Айгуль, Таньку и Марию. Айгуль сидела мрачная, тяжело дыша носом, словно изо всех сил сдерживая, то ли гнев, то ли рыдания. Зато Танька не сдерживала себя! Ревела, уткнувшись в плечо Машки. Ее плечи тряслись, руки без конца терзали Машкину куртку.
Спокойней всех выглядела Мария. Одной рукой придерживая руку Таньки, другой, она гладила ее по голове. Лицо спокойное, губы сжаты.
— Привет, — сказал я.
— Что там, Миш? — порывисто спросила меня Айгуль.
Машка тоже смотрела на меня. Даже Танька, прекратила рыдать и подняла покрасневшее зареванное лицо.
— Пока нормально. Но опасность сохраняется.
Танька зарыдала вновь.
— Мог бы на первой фразе остановиться, — высказалась Мария.
Мог бы, мог бы. А потом, раз! И перед вами неожиданно появится безголовое чудо. Хотя, какая разница, неожиданно или ожидаемо. Все равно ведь сожрет, если хваленые идолобрцы не прибудут. Хе, идолоборцы!
— Вы тут, следователя не видели?
— Который тебя арестовал? — перестав рыдать, на мгновение, спросила Танька.
— Он меня не арестовывал, — соврал я. — Так видели или нет?
— Туда ушел, — ткнула в сторону следующего помещения Айгуль. — Кажется, он не в себе, бормотал чего-то, сам с собой разговаривал.
— Версии прорабатывал, наверное, — буркнул я. — Ладно, пойду я. Надо мне дверь на улицу проверить.
— Она там, через пару комнат.
Махнув девчонкам на прощанье, я двинулся дальше. Совсем обезумел от страха сыщик наш, пытается забиться в самый дальний угол. Лучше бы там, возле дверей на лестницу был, помог бы чем-нибудь. Понятно, что Мощью он не владеет, но дверь то, в случае чего, помог бы удержать. Здоровый мужик, вроде.
В предпоследнем помещении никого не оказалось. Не нравится мне, что следователь идет прямо к дверям на улицу. Не задумал ли свалить через них? При виде безголовых он аж в уме повредился. Я, кстати, заметил. Некоторые, до ужаса боятся Идолищ. Ну, то есть бояться их надо, монстры конфетами не угощают, но вот такой сверхъестественный ужас. Прям ненормально это. Я подобное у Карпова видел, когда он разглагольствовал, что, мол, сожрут его Идолища, поэтому и Настьку продал.
Из последнего помещения раздались бухающие звуки. Словно кто-то долбил по железу чем-то тяжелым. Вот же, черт! Сжимая в руке клинок, я побежал на звук.
  
Глава 15
 
Первое, что я увидел — трое парней с моего курса, стояли возле двери ведущей наружу. Один из них, да вроде тот самый Павлик, Танюхин кавалер, бил железной чушкой по толстому засову. Засов, железный штырь в руку толщиной, похоже последний раз закрывали еще при Иване Грозном, если такой монарх был в этом мире. Дело шло туго, но все же продвигалось. Покрытый ржавчиной запор поддавался.
— И, что вы тут делаете? — спросил я.
Все трое повернули ко мне бледные лица. У Пашки по лицу катился пот.
— Нас дверь поставили сторожить, — не совсем в тему ответил Павлик.
— А вы чем занимаетесь?
— Открываем ее.
— Это я вижу, зачем?
— Он нас заставляет, — указал мне за спину один из товарищей Павлика.
Я обернулся. На меня смотрел вороненный ствол служебного пистолета, сжатый в руках следователя Кадлаева.
— Бросай свою сабельку! — приказал он.
Можно было бы рискнуть, попытаться ударить полицейского Мощью, но его безумные глаза четко давали понять — нажать на курок выйдет куда быстрее, чем все манипуляции с Мощью. Я выпустил СК-7. Оружие звякнуло о бетонный пол.
— Вставай к стене, руки за спину, мне тут ваших фокусов не надо.
Я подчинился, прикидывая про себя, смогу ли справиться с чокнутым лейтенантом.
— А я недооценил тебя Шелестов, думал ты только так, по мелочи, а ты вон чего замутил, — голос лейтенанта дрожал.
Казалось, еще немного, и он сорвется на безумный хохот.
— Чего я замутил? — глядя в бетонную стену спросил я.
— Это ведь, все ты! Из-за тебя появились эти безголовые! Ты меня пугаешь, Шелестов! А вы чего замерли, продолжайте, надо открыть дверь!
Пашка снова принялся долбить по засову.
— Там полно монстров, они сожрут здесь всех, — произнес я.
— Заткнись! Если дверь не откроется, я пристрелю здесь всех! А монстры, ха-ха, Шелестов, тут ты просчитался. Я разговаривал с ними, да, и они пообещали мне никого здесь не трогать. О, в отличие от моих коллег, они оценили мой острый ум! Они полностью на моей стороне, и помогут доставить тебя в полицейский участок!
От такого бреда, даже Павлик перестал молотить по засову. Лейтенант явно сбрендил, и нес какую-то околесицу. Внутреннее чувство подсказывало мне, что следователь скоро перейдет к показательным расстрелам.
— Бей! — заорал он. — Бей сильнее!
Паша опять принялся молотить. Хватило бы у него ума, лишь изображать кипучую деятельность, а не стараться по-настоящему выбить засов.
Послышался звук бегущих ног, затем я услышал женские крики.
— А ты чего приперлась? — заорал лейтенант.
— Что здесь происходит? — это Айгуль.
Она, видимо, услышала громкие звуки, и пришли узнать, в чем дело.
— Все лицом к стене, лицом к стене, я сказал! Руки за спину! Вы все в сговоре с Шелестовым, да вас тут целая банда!
Через плечо я наблюдал за происходящим. Рядом со мной встали остальные студенты. Направив на нас оружие, лейтенант сам поднял железную чушку. Принялся молотить по засову. Каждый раз он на секунду отрывал от нас взгляд, чтобы видеть, куда следует ударить. Надо подловить его на этом моменте.
За дверью послышались звуки, характерные для безголовых. Ждать больше некогда. Либо безумец перестреляет нас, либо сожрут твари. И, прямо сказать, первый вариант был предпочтительней.
Я метнулся к Кадлаеву. В этот же момент засов поддался, лейтенант толкнул дверь наружу. Та распахнулась и на пороге возник безголовый.
Лейтенант заорал. Выпустил в чудовище всю обойму, забыв о своих «договоренностях» с ними. Безголовый, не получив никакого вреда от выстрелов, втолкнул лейтенанта внутрь. Ворвался в подвал. Пронзительный вой чудовища смешался с криками ужаса. Звук ударил по ушам, все заметались, ища спасения.
Я уже зачерпнул Мощь, чтобы пронзить безголовую тварь сияющим потоком энергии, но тут меня сбили с ног. Тварь ухватила кого-то. Я на четвереньках пополз к Сп-7, все еще лежащему на полу. Схватил клинок, вскочил на ноги и, прыгнув к Идолищу, терзающему свою жертву, рубанул.