Рокот. Том 1: Технический колледж ауксилариев. Том 2: Проблемы молодого аристократа (СИ)

— Хорошо, что не подтверждается.
Я закрыл обнаженных девиц и, повернувшись к Киру, спросил:
— А что ты думаешь о девушках в группе?
— Мне некогда заниматься ерундой.
— А все же, вот Айгуль, например?
— Я не могу думать о старосте группы, как о женщине, это было бы неуважением к ней.
— Неуважением было бы, если бы о тебе так думали. А Машка вот, она и по росту тебе подходит.
  
Машкой, точнее Марией, звали высокую девушку. Она обладала тихим, едва слышимым голосом, и краснела при каждом случае, если слышала хоть что-то связанное с сексом.
— Не, она, не в моем вкусе.
Курчавая Танька тоже не нравилась Кириллу.
— А ты не из этих случайно, а то мне тогда лучше перебраться в другую комнату.
Свернув очками, Кир мрачно произнес:
— Не забывай, я физически сильнее тебя.
Он повалился со смеху:
— Видел бы свою рожу!
Я тоже заржал. Когда мы отсмеялись, Кир серьезно сказал:
— Та, которую мы в столовой встретили, помнишь?
— Эмм, Настя?
— Да, вот ее я бы пригласил в кафе, или ну, ты понял.
— Так, пригласи.
— Да не вижу я ее, где-то, наверное, с твоим другом Карпяном ходит. Кстати, ты не забыл, что тебе надо кроссовки покупать?
Верно. И не только кроссовки. Я поглядел на себя в зеркале. Парикмахерская тоже не помешает, а то оброс этот Шелестов.
— Слушай, Кир. Я вот в ценах ни черта не разбираюсь, сходишь со мной?
Кирилл уже перестал обращать внимание на мои странности. Но если я только про фундаментальные вещи не спрашиваю, на какой планете мы, например. Да и в денежной системе я разобрался, то же самое, что и у нас: один рубль равен ста копейкам. Просто в ценах плохо ориентируюсь. Да и не умел я этого никогда, жил-то как сыр в масле, не экономил. А в теле гладиатора мне деньги и вовсе ни к чему были.
— Схожу.
— Спасибо. Посмотрим завтра на Москву.
— А чего там смотреть-то?
  
Глава 7
 
Я поторопился с выводом, что до 16 века история этого мира ничем не отличалась от истории моего. В моем мире Москва — огромный мегаполис, столица страны и город мирового значения. Какие-то причины привели к тому, что здесь эту роль играл Владимир, древняя столица Северо-Восточной Руси. То ли, в свое время, тверские князья одолели московских, то ли другая ветвь Рюриковичей оказалась более жесткой и переиграла в междоусобной борьбе две первых, как знать. Разбираться в причинах было лень, да, в общем-то, ни к чему.
Город лежал почти в 180 километрах к западу от столицы. Жителей здесь — тысяч триста. И, наверное, логично, что один из центров подготовки аусилариев располагался именно здесь. Близко к Владимиру, но не так, чтобы будущих помощников пилотов СМД, отвлекали от учебы многочисленные соблазны стольного града.
Хотелось бы, конечно, посмотреть, как здесь выглядят Кремль и Красная площадь, но они располагались в историческом центре города. А наш колледж находился на самой окраине Юго-Запада. И откровенно говоря, сама география города была совсем другой, чтобы я мог проводить параллели с привычной мне многомиллионной столицей.
Выспавшись, мы с Киром двинули в город за кроссовками. Светило солнце, листья едва начали желтеть. На небе ни облачка. Живи и радуйся! Мы миновали несколько улиц, свернули на широкий проспект. Где-то здесь стояли несколько торговых центров. Кир, погрузившись в изучение маршрута на телефоне, прокладывал путь.
Решив срезать, мой сосед повел меня между домами. Затем, остановившись, снова сверился с картой. От нечего делать я принялся разглядывать цветастую афишу, наклеенную на дверь одного из подъездов. Темные цвета, устрашающие лики, готический шрифт текста. Сам текст сообщал, что в следующее воскресенье, ниже был приписан адрес, состоится невероятный концерт, еще более невероятной группы «Оркестр Тьмы». Судя по виду объявлению, зрителей ожидал жесткий металл, возможно даже трэш, с переходами в дум. Если, тут есть такая градация тяжелой музыки, конечно.
— Металлюги разбушевались, — я указал Киру на афишу.
Он с минуту смотрел на нее. Затем его челюсть отвисла, и он еще минуту смотрел.
— Да не может же быть!
Мне показалось, что сейчас он подпрыгнет. Вот уж не думал, что наш зануда — поклонник тяжелой музыки.
— Ты что, металл слушаешь?
— Выборочно. Но «Оркестр Тьмы» находится в моих предпочтениях.
— Они популярные?
— Нет, это малоизвестная группа, но их звучание! По-настоящему тяжелое, я дам тебе послушать в общаге. Совсем не то, что доходит до широкого слушателя. Там от металла остается только бронза на крэшах и райдах, слушать нечего.
Про крэши и райды я ничего не понял, но для поддержки разговора сказал:
— Бабло, побеждает зло.
— Причем тут зло?
Но ответа от меня Кир не дождался. Я увидел, что метрах в тридцати от нас, на скамейках, расположилась банда Карпова. Сам «правильный пацан», толстяк Лучанский и мелкий Кнехт. Карпов разговаривал с какими-то двумя типами неприятной наружности, а Лучанский и Кнехт сидели на лавочке вместе с Настей. И она здесь! Интересно, а как они ее называют?
Кир тоже их увидел. Но, похоже, его заботило только присутствие нашей знакомой.
Пока мы наблюдали за компанией, мимо них проехал автомобиль с затонированными стеклами. Да такой, что сразу бросался в глаза. Мне он напомнил БМВ Х7. С плавными обводами, оцинкованной решеткой радиатора, цвет — благородный серый оттенок металлика. У меня такой, кстати, был, только другого цвета. Пока я не переусердствовал и не отправился платить по счетам «Старт-Теху».
Автомобиль остановился недалеко от неприятной мне компании. Из него никто не вышел. Машина просто стояла.
— Это что, местный олигарх приехал? — спросил я.
— А?
Кир словно очнулся от своих мыслей.
— Я говорю, кто-то из местных олигархов приехал?
Он пожал плечами:
— Возможно. Но тут и от Владимира недалеко, возможно он из столицы.
И тут Настя поднялась и направилась прямо к нам. В этот раз, на ней была не форменная куртка, а легкая ветровка. Под ней платье, невообразимо короткое. Кира можно понять, девка красивая.
Но меня беспокоило совсем другое. Ведь следом за ней набегут ее дружки. Кир, конечно, разделался с ними в прошлый раз. Да и я немного поучаствовал. Но сейчас их больше, а место открытое. Могут зайти со спины.
На всякий случай, я поискал взглядом какого-нибудь представителя закона. Кто у них тут полицейские, милиционеры, городовые. Или, исходя, что здесь есть аристократы, вообще городская стража. Но никого похожего на полицейского я не увидел.
— Привет, мальчишки! — поздоровалась Настя.
— Привет, — буркнул я.
— Приииивет! — расплылся в улыбке Кир.
— Куда идете?
— Кроссовки мне покупать.
Настя усмехнулась:
— Здорово. Пойду с вами, а то вы тут ничего не знаете, купите втридорога.
— А друзья твои не расстроятся? — осторожно полюбопытствовал я.
Она обернулась. Карпов все так же разговаривал со своими знакомыми. А Лучанский и Кнехт злобно пялились на нас.
— Какие там друзья. Так, тусуюсь с ними просто.
— А без них никак?
— Ты чего привязался? Ну, не с такими же, как ты, мне общаться!
Стерва! Видимо, прочитав что-то на моем лице, она спохватилась:
— Извини. Просто не лезь в душу.
Я промолчал.
— Пойдем, выберем твоему другу кроссовки, может быть, еще мороженое ему купим.
Вот не понравилось мне, как Кир засмеялся вместе с ней.
Она повела нас к торговому центру. Я напряженно вслушивался, не бегут ли ее дружки за нами. Но услышал только, как заработал двигатель «бэхи».
Мы вновь вышли к проспекту.
— Как тебя, Миша, да? Извини еще раз, за резкость. Просто, вся на нервах. У нас ведь выпускной курс, а там, куда судьба занесет. А с Карпяном, Лучанским и Кнехтом я еще на первом курсе познакомилась. Как-то прикипели друг к другу. А то, что он шороху начал в колледже наводить. Ну, вот характер у него такой. Он же не убил никого!