Меч любви (СИ)

Дошёл до меня и полубог Михаил. Припёрся в кузницу, когда я уже начал работать.
— Ну и зачем ты сюда пришёл? — спросил я хмуро, отвлекаясь от дела.
— Помогать! Разве тебе не пригодится помощь умелого кузнеца?
— Мне помощь не нужна. И нет, не пригодится.
— Да брось ты. Я понимаю, почему ты всех сторонишься, но друзья на то и нужны, чтобы помогать друг другу в трудную минуту.
  
— Мы не друзья.
— И это я уже слышал.
— Да чего ты ко мне прицепился-то? — хлопнул я себя по лицу. — С каких пор мы с тобой друзья? С чего ты это вообще взял?
— Ну… — задумался Михаил. — Мы с тобой учимся в одной особой группе, — загнул он палец. — Мы с тобой дрались вместе против общего… Ладно, ладно, не врага, но было же? — поправился он, увидев выражение моего лица. — Мы оба талантливые кузнецы.
— В позапрошлой жизни лучший друг убил меня ударом кинжала в спину. Мы с ним не раз спасали жизни друг друга. Стояли спиной к спине в настолько кровавых драках, что тебе и не снилось. Пробивались с самого низа, выживали и были друг другу надёжной опорой. И это закончилось предательством.
— Может, были какие-то причины?
— Поверь, я думал об этом не один год и ничего не смог придумать. Не было женщин, которых я уводил. Даже власти особой и то не было. Поэтому, дружок, всё, тобой перечисленное, вовсе не является поводом для дружбы. А вот твоя навязчивость… Это является поводом как следует задуматься о том, какие цели ты преследуешь.
— Ах да. Я же полубог, сын бога и обязательно пойду сдавать секреты отцу, которого никогда не видел.
— Как минимум, — кивнул я. — Но, быть может, причина в другом? Малыш Выпивохин так жаждет одобрения отца, что его перемкнуло, когда он встретил бога, знакомого лично с Драганом?
— Твой язык остёр, но меня он не ранит, — ответил парень, хотя было видно, что мои слова его задели.
— Почему ты не женился на той девушке? — сбил я его с мысли.
В деле Михаила, которое я выкрал из сейфа Фёдора Михайловича, было упоминание проблем парня, который обрюхатил какую-то девчонку.
— А ты бы женился? — ответил он раздраженно.
— Пока никто с пузом не требовал от меня взять такую ответственность, — усмехнулся я.
А сам мысленно сплюнул несколько раз через плечо.
— Нюанс в том, — продолжил раздражённо парень. — Что я даже не уверен, спал ли с ней. Зато уверен, что на той вечеринке её половина парней попользовала.
— Какие подробности. Почему же тебя отцом назначили?
— Потому что мой род один из самых богатых в нашем районе. Потому что мой дед с её отцом сговорились. За эту особу дают очень хорошее приданое. Но мне что с того?
— Бедняжка, — сочувственно сказал я. — Тебя наверняка силком на вечеринку, где девчонок по кругу пускают, заманили. Ещё и алкоголь насильственно вливали. Сплошной абьюз, как страшно жить в этом мире.
— Сказал тот, кто кучу студенток и даже преподавательниц в постель уложил. Ах да, какая там постель. До постели в твоём случае обычно не доходит.
— Во-от, — протянул я. — Острящий Михаил мне нравится куда больше, чем Михаил, ищущий одобрения чужого человека.
— Так, значит, я остаюсь и помогаю тебе? — улыбнулся он. — Я ведь не отстану. Мне потом Блохина все внутренности выгрызет, если ты помрешь.
— Если ты так хочешь избежать мучительной смерти, то от меня лучше держаться подальше. Неужели это такая сложная мысль? — проворчал я себе под нос. — Бери молот. Нам предстоит много работы.
Поверил я парню хотя бы на грамм? Нет, конечно. Всё это выглядело слишком подозрительно, а если бы не выглядело, было бы куда хуже, значит, меня бы точно где-то обманывали. Поэтому мне на ходу пришлось придумывать отвлекающий маневр, чем таким важным занять Михаила, чтобы, если он сливает информацию, запутать врагов.
* * *
От щедрот своих император выделил под нашу дуэль старый, сейчас не работающий колизей. Его Рим заложил лет пятьсот назад. Была у них такая практика в истории, что даёшь хлеба и зрелищ в каждом крупном городе. Насчёт хлеба не знаю, а кровавые зрелища римляне любили. Да и любят до сих пор, но неважно.
После отделения российской империи от римского империума многие практики притушили. Закрыли и колизей. Находился он в пригороде, не сказать, что в пустом районе, но и не в центре Москвы.
Стрелку забил на одиннадцать вечера.
Лично я никого, кроме Фло и Дауры, брать не собирался. Но разве кто меня послушает? Люди — это не архидемон Асмодей, благоразумием не отличаются. Габриэль увязался вслед за Даурой. Блохина увязалась вслед за ней же. Михаил и Ким тоже как-то прибились. Только Тимур, как обычно, не понял, что происходит что-то важное, и наверняка дрых спокойно в своей кровати.
Вот реально не понимаю. Здесь ведь не обычная сходка дворовых пацанов. Куда смотрят кураторы, разрешая студентам приходить на мою дуэль? Если до этого у них на спинах не висело мишени, то теперь она там размером с Эверест. Это при том, что лично я, после того, что устрою, не мог гарантировать никому выживания… на этом материке. Плюс минус. Где плюс — погибшая планета, а минус — всего лишь столица.
Думаю об этом, и аж мурашки по коже. От того, какой замес намечается, у меня натуральное безумие включилось. Так и хотелось зловеще расхохотаться.
Пришёл я вместе с Фло. Даура шла отдельно, с другими учениками. С ними и Фёдор Михайлович увязался. Пришли и какие-то случайные люди. Были ли это наблюдатели с нашей стороны, со стороны врага или случайные зрители, которые узнали о чём-то весёлом — да кто их знает. Возможно, там все собрались. Несколько сотен человек на трибунах сидели.
Я пришёл первым, дошёл до центра арены и начал выкладывать всё, что нужно. И всё, что можно было показать вначале.
Ушастый не заставил себя ждать. Пришёл он не один. И как появился! Рухнул с неба на каком-то навороченным крыле. Уж я-то насмотрелся, глаз теперь намётанный. Артефакт у него дорогой. Тот, кто с ним явился, и вовсе обошёлся без артефакта.
Для персонификации бога это не особо-то нужно.
Смотрел я на гостей с большим любопытством. По этим персонификациям никогда не угадаешь, кто явился к тебе. Оригинальные тела в случае младших богов могут сильно отличаться от вот таких аватаров, которые они посылают в миры смертных. Что хочешь, то и твори. Конкретно сейчас к нам явился статный, бородатый мужчина, одетый вполне по-современному, а значит, эта персонификация знакома с реалиями этого мира.
— Ты всё же пришёл, — крикнул мне эльф издалека. — Признать, я думал, сбежишь и забьёшься в какую-нибудь дыру.
— Я ещё в прошлый раз понял, что в размышлениях ты не слишком силен. Меньше болтовни, ушастик. Лучше представь своего гостя. Или, быть может, он сам назовётся?
— Жизнь среди смертных не научила тебя покорности, юный Элиот.
— Ой, как неожиданно. Судя по этим словам, к нам пожаловал гость с самого Олимпа. Кто же ты? Вряд ли у Аресуса хватило смелости явиться сюда самостоятельно.
— Смешно слышать от смертного про смелость бога, — усмехнулся гость.
— Особенно смешно, когда этот смертный сделал бога импотентом на пару месяцев. Говорят, весь Олимп ржал. И, судя по тому, что ты до сих пор на меня не бросился, господин Инкогнито, ты точно не Аресус. У того бы уже полыхало так, что всю ночь осветило.
— Я Дарован, — представился он. — Буду судьёй на этой вашей дуэли. Закончите с этим побыстрее. Дальше мы будем говорить, когда твоя душа окажется в рабстве. Посмотрим, как ты тогда запоешь.
— Сам Дарован, значит. Верный дружок Аресуса. Забавно, — скривил я губы. — Так и быть! Надеюсь, ты будешь непредвзят! — усмехнулся я. — А теперь, раз уж столь высокий гость торопится, позвольте и мне моего судью пригласить!
  
Богам ничто человеческое не чуждо. Речь не о высших богах, которые отвечали за какие-то силы вселенной, а вот о таких божках, которые есть плод веры разумных и собственной большой силы. Так как сила идёт в основном от веры, это означает вечную борьбу за верующих. Дарован — бог-оружейник. Покровитель кузнецов, артефакторов и всех прочих, кто связан с этим направлением. Иронично, что в некотором роде он мой коллега. Аресус бог войны, напомню. Война и оружие — что может сочетаться лучше? Вот и состояли они в коалиции, поддерживая друг друга.