Зона эрогенных действий (СИ)
Жуть, как хотелось искупаться. Но я не рискнула. Лучше быть вонючей грязной и непоруганной. С моей — то фигурой всякий горазд присунуть, даже тот, что этим раньше не грешил. И не стоит забывать, что Эрективная магия работает не только на монстров.
Хотела сказать, что ещё и на рыб. Вот только на шутку мою некому реагировать. Как же хреново путешествовать без коня!
Да, вы не ослышались, когда месяцы путешествия с тобой только конь, он вскоре начинает понимать тебя, словно человек.
Стругая ветку для древка удочки, сгрустнула, ну куда им моя дохлая кляча сдалась…
К концу второго дня пути дошла до схождения двух рек и свернула на широкую тропу с устоявшейся колеей, коих до этого не встречала. Это говорило о том, что здесь уже и телеги не редкость. Лесистость заметно поредела. Заметив прудик, решила там и заночевать. Солнце стремительно уходило за горизонт, я насобирала веток поблизости и только закончила сооружать башенку для розжига костра, как засекла движение!
Отряд из трёх рыцарей промчался метрах в сорока от озерка, что заслонялось от магистрали тремя рядами скудных деревьев и облезлых кустарников. Проследив их направление по простирающейся поляне, я заметила на горизонте огоньки. Кажется, там был городок.
Днём бы не увидела, так бы и плутала, собирая землянику. Карта королевства в сумке на седле осталась. Ну хоть кому — то польза. Варвары тоже люди. Я против них ничего не имею. Естественному отбору мешать не моя задача.
Оценив примерно расстояние до цивилизации, я решила отправиться в городок утром. Ночи здесь чернее бездны, пешему без факела можно запросто в яму с кольями угодить. Не знаю, каким чудом однажды не угодила…
Разожгла костёр путём трения, погрызла рыбки вчерашней, закусила шампиньонами и улеглась без задних ног. И ёп их мать завыли волки!
Два дня не выли, а тут на тебе, сменили комаров, что вчера тоненько жужжали под ухом! Вот скоты. Не всё так просто… Что делать? Выбрала я дерево помощнее, да полезла устраиваться подробнее.
Потому что это нихрена не волки!
Оборотни бесновались всю ночь в округе. Судя по визгливым ожесточённым крикам, битва с ведьмами была не шуточная. Под самым деревом псину огрели молнией. Я так до самого утра и не заснула, вдыхая палёную шерсть.
С восхода чтобы хоть как — то взбодриться, полезла в прохладный пруд. А затем только обшарила порванные карманы поверженного. Чуть дальше был ещё один оборотень в виде собачьей статуэтки из уголька. Так и замер в движении, не обратившись утром обратно. А тот, что под деревом был, вполне себе человек.
У оборотня монета какая — то странная попалась, каких раньше не видывала. Материал вроде, как белое золото, чеканка не хуже имперской. С одной стороны — герб лорда ничем не примечательный, но с особенными деталями. А с другой — портрет девушки, и не в профиль, как это принято, а в анфас. Или табло, тут уж как кому нравится.
И я бы в кошель её уже закинула, да вдруг ошарашенно вновь на девицу взглянула. Разрез глаз, губ, рельеф носа… Да берите меня семеро, если это не похищенная дочь короля Алафии изображена!
Монету я в бюст перепрятала, слишком важная вещица. И ведь не каждый может узнать принцессу на монете. Это мне посчастливилось её на портрете рассмотреть в гостях у одного старенького рыцаря, что падок был на всякие картинки. Но дело не только в портрете. Теперь нужно искать владельца герба и дело в шляпе.
Мыслила я по дороге к городку. Мыслила бы и дальше, да визг, крики, ахи из кустов донеслись. И рык!
Неужто монстр девочку подцепил и насилует! Прорвавшись через кусты, я выскочила на небольшую полянку среди леса. С виду ничем не примечательный парнишка с горящими краснотой глазами долбил в миссионерской позе бедную крестьянку. Очень молодую и совершенно беспомощную. Я бы мимо прошла, ведь девственность увы ушла безвозвратно. Так этот хмырь её потом ещё и прикончит, чтобы душонку прихватить с собой. Такого допустить нельзя.
С этой мыслью я накинулась на юнца, отдавшего душу Разлому, и рубанула точно и без сомнений. Голова упала прямо на лоб девы с глухим стуком. Упс!
Кровь захлестала, как из фонтана вода. Визг ударил по барабанным перепонкам так, что я поспешила снять обезглавленный труп с девочки, которая уже вся перепачкалась поганой кровью.
— Ну тише малышка, тише, — решила её успокоить, вытирая кровавое личико лопухом. — Всё, сдох паршивец, кони двинул подколодный.
А юна, а хороша, подумалось. Платье порвано частично, одна сисенька голенькая с сосочком торчащим… И тут вдруг мысль пришла запоздалая. А почему мне сила с душами от монстра не перепадает?! Он что, пытался исполнить свой дебют?
— Спасибо вам, о прекрасный рыцарь! — Выпалила девица и как обняла меня!
Да с такой нежностью! В щеку чкомнула, во вторую! Снова, уже в уголок губ нежно поцеловала. А потом вдруг как вопьется в губы!
Тоненький, скользкий язык прошёл меж губ, как змеюка. Кислинку ощутила на языке, а дальше слабость и пьянящий холодок от горла вниз пошёл! Потом как в жар ударило!
Оттолкнула я суккуба что было сил.
— Ах ты ж сука! — Взревела, отплёвываясь. — Тьфу зараза!
Тьфу… А рот уже слюной изошёл и не плюётся дальше ничего, с уголков течёт. Тепло расползлось внизу живота и слабость накатила. Так ноги и подкосились.
Ах вот он какой, это поцелуй суккуба. Девка, как оказалось и есть монстр, а я парня невинного прикончила… вот же дура тупая.
Суккубка надо мной нависла, торжествуя, и давай платье задирать. Решила мне на лицо сесть, лесбиянка чёртова? Ага щас… Собрав все силы в кулак, я вынула из чехла на поясе нож, рванулась к ней и вогнала клинок прямо под челюсть и до мозга. Монстр повалился, как подкошенный.
Семнадцать душ я всосала в себя на ура. Поднялась, приходя в себя. Сил заметно прибавилось, но до конца не отпустило. Что — то было не так.
Что — то явно было не так!
Под бедром зачесалось, я опустила руку и размазала тонкую струйку на внутренней стороне бедра, просочившуюся из трусов. Это что, смазка?!
Она сочилась из меня не переставая. Я попыталась вытереть, как следует, но от прикосновения к своей кисе, тут же кончила, как никогда не кончала раньше!
Колени подкосились во внутрь, я еле удержалась, опершись о ствол дерева и продолжая терпеть не прекращающиеся конвульсии.
Через пять минут я могла уже идти нормальной походкой, но из кисы продолжала сочиться смазка. И я вдруг осознала, что очень хочу, чтобы в меня кто — то вставил. Без разницы кто… Подавив животные мысли, помчалась быстрее. Бег помогал отвлечься, переносил сознание с промежности на дыхалку. Я мчалась и мчалась, чувствуя холодок между ног. Проветривание шло на пользу. Но магия поцелуя ещё продолжалась!
Выбившись из сил, я пошла пешком. Внизу всё горело, похоже, там набухли не только половые губы, но и анус. Соски встали такими скалами, что броня на груди ремнём со спины надавила. Он трения сосков при движении ещё больше вниз жару поддаёт, что с ума можно сойти. Всё на грани губительного экстаза.
Перешла на шаг, и только тогда заметила, что за мной увязалась какая — то серая, облезлая псина с надорванным ухом. Она бежала на расстоянии, и когда я замедлилась, тоже пошла лёгкой трусцой.
— А ну брысь, тварь! — Выругалась я. — Фу зараза! Пшла!
Ближайшие кусты зашуршали и из них выскочило ещё две дикие собаки чёрного цвета, худющие до беспредела, чем — то напоминающие доберманов, но скорее помесь.
Я ускорилась, собаки тоже.
Смазка продолжала сочиться из меня, даже когда на горизонте показались шпили башен. Собаки не дрались между собой, шли за мной в двадцати шагах с высунутыми языками. Примерно через километр к группе преследователей присоединилось ещё три шавки поменьше. А когда я подошла к первым домам за мной шла уже свора из двух десятков.
— Убью шкуры плешивые! А ну пшли! — Рычала я из — за плеча, спеша куда — нибудь приткнуться.
Первые жители, что встретились на пути, вставали с лукошками, и наблюдали за картиной с раскрытыми ртами. Девушка с походкой, будто поддала в штаны идёт прихрамывая, а за ней синхронно стая разнообразных собак с языками навыкате и хвостами трубой. Увидел бы Наставник, я бы сквозь землю провалилась со стыда!