Зона эрогенных действий (СИ)

Углубляться в лес стало всё сложнее. А ещё, как назло усилился ветер. Пусть в лесу особо не ощущалось потоков, зато с растревоженных крон стало сыпаться ого — го — го.
Ещё до наступления темноты мы расчистили небольшую площадку для лагеря, и устроились на ночлег у трёх костров.
Со мной подрывался пообщаться Вильям, но я игнорировала его. Карие глаза всматривались и теребили мне душу, цепляя свежие и не до конца зажившие рубцы. Говорить с ним сейчас было выше моих сил…
Ночью ничто не предвещало, Бру даже лучниц на деревья умудрилась посадить. Но перед самым рассветом, когда все уже клевали, случилось! Кони заржали отчаянно, переполошив весь лагерь. Утром стало ясно, что одного скакуна недосчитались. А судя по крови на снегу и следам, сработал оборотень.
Отряд быстро собрался и помчался по следу одной длинной узкой цепочкой. Около часа шли, углубляясь в гущу, пока не вышли на небольшую горную речушку.
От берега до берега рукой подать, да и глубина максимальная от силы метра два, вода прозрачная, дно в мелкий камушек просматривалось полностью. Стремительный узкий поток не давал замёрзнуть воде окончательно. К берегам уродливо подступали рваные края двухметрового снега. Следопыты вышли на лёд, что занимал примерно треть с обеих сторон реки. И заключили все, как один, что нужно двигаться вверх по реке. Следы оборотня вели именно туда. Хотя какие там следы. Немного крови то здесь, то там. Конечно направление движения было понятно по свежим каплям на льду, но не явно. И, возможно, намеренно сфабриковано.
Лёд оказался вполне устойчивый для людей, но крайне опасный для лошадей. В чём вскоре убедились. Животины легко пробивали корку копытами, а в попытке вырваться резали себе ноги.
Пришлось вернуть их на снег и пустить с небольшим сопровождением параллельно основной группе по снегу. К полудню группа с лошадьми отстала километра на два, что едва было слышно сигнальный свист валькирий. И это при том, что группа периодически останавливалась и проверяла подозрения следопытов. Ведь задача наша была именно в том, чтобы найти следы оборотня, когда же он сошёл на берег. Для этого приходилось двигаться по обеим сторонам реки и проверять все подозрительные сломы снежной корки.
А оборотень всё не сходил. Или мы так думали…
— Следы! — Раздалось впереди, наконец, с такой уверенностью, что аж сердце ёкнуло.
— Уверена? — Подгребла Брунгильда к запыхавшейся девушке.
Я тоже вышла на берег по проделанной мечом дорожке, и поднялась на верх к снежной глади, что здесь поблёскивала ледяной коркой. На ней и был след в сторону дубовой рожи. Прямо к уродливых корягам. Надо признать, смотрелось зловеще, что адреналин подскочил в крови!
Отряд дождался лошадей и двинулся от реки в гущу. Следы оборотня стали чётче. Теперь и я могла их хорошенько рассмотреть. И когда в очередной раз всмотрелась в отпечаток лапы, меня вдруг осенило.
— Всем стоять! — Рявкнула я, наполняясь ужасом.
— Что такое? — Подскочила Бру.
— Это альфа, — прошептала я валькирии, скрипя зубами, посматривая на склоняющийся к горизонту оранжевый диск. — И у нас не так много времени. Ищите деревья, да повыше, и лезте все туда. Командуй сестра, и не сомневайся.
— А лошади?!
— Чёрт с ними, Бру, — выдала я, лихорадочно выбирая дуб, да повыше.
Валькирия больше не задавала вопросов. Отряд всполошился от неё сигналов мгновенно. А вскоре все уже сидели на деревьях и хлопали зенками в некотором недоумении. А под нами стояли привязанные лошади и тоже зыркали, как идиоты.
Но идиоткой здесь была только я.
Попалась в ловушку коварных оборотней и других завела! Не осталось сомнений, что нас просто выманили, аккуратно убивали по одному в селе, а потом оставили следы, якобы один залётный. Но когда я увидела след альфы, всё стало на места. Ведь альфа никогда не бывает один! Здесь его стая! И она методично ослабляла город. Ушёл один отряд, следом пустят ещё один. И вскоре в городе не останется серьёзных сил для отпора. Оборотни войдут и захватят людей. Как раз на зимовку хватит им еды!
 
— На сколько всё плохо, — шёпотом спросила Бру, сидевшая на одной со мной ветке.
— Здесь стая, — прошептала я. — И до утра мы можем не продержаться.
  
Глава 12. ДОЛГИ ВОЗВРАЩАЮТСЯ
 
Солнце скрылось, забирая почти весь свет. Лишь белые снега отражали его жалкие остатки. Лес замер вместе с нами. Ни криков птиц, ни скрипа снега. Только кроны с голыми ветками над головой трещали на ветру.
Мы ждали… Вслушивались в каждый шорох, внимательно следили за поведением лошадей.
На небе встала полная, красная луна. И как только она появилась, раздался пронзительно тонкий вой вдалеке! Да такой, что шерсть дыбом встала… А следом я расслышала движение! Кто — то мчался по снегу в обличие монстра, приближаясь к нам.
Валькирии тоже вскоре распознали движение. На снежном горизонте, под бардовым светом луны показалась фигура. Нет, это не была огромная псина со страшной мордой и плотными канатами мышц, шествующая сюда, дабы поставить нам ультиматум.
Я просто обозналась! К нам шла уже тоненькая фигурка, совершенно не проваливаясь в снег.
Черноглазая брюнетка в чёрных мехах взволновала лошадей и лучниц на деревьях. Затрещала от натяжения тетива, разрезая таинство ночной тиши. Я цыкнула на своих и стала спускаться.
— Ты куда? — Брунгильда ухватила за руку.
Но я кивнула, что всё нормально. Спустилась к девушке, что подошла уже практически вплотную к моему дубу.
— Ну привет, — произнесла я на выдохе. — Какими судьбами ты здесь?
— Доброй ночи воительница Миранда, — поприветствовала низким тоном Омега и оскалившись, добавила: — Долг жизни и долг чести.
А я и забыла, что когда — то спасла и волчицу Омегу от Красномордого. И никак не ожидала, что вновь увижу эту морду, что нисколько не напоминает собачью в человеческом облике.
— Так это была ты? — Усмехнулась я, ощущая, как соратницы мои выдыхают с облегчением.
В свежем морозном воздухе повеяло и другими сладкими запахами. Ну конечно, булки расслабили девчонки.
— Здесь только я, — подтвердила Омега, с интересом рассматривая отряд, сидящий всё ещё на ветвях. — Я не враг.
— Так это ты ворота открыла той ночью ворота в город? — Осенило вдруг Брунгильду.
— Открыли вы, я сломала замки, — кратко ответила Омега, вновь обнажая острые клыки.
— Ну, то есть драки не будет? — С опаской спросила главная валькирия, всё ещё не решаясь спускаться.
— Я бы не хотела расстраивать Миранду, — бросила волчица и протянула мне тоненькую ручку с когтями, выдавая ритуальную фразу: — Прими меня.
— Я принимаю тебя, Омега, — ответила ей, сжимая крепко жилистую лапку.
Утром после ночлега мы выдвинулись обратно в порт. А через двое суток Брунгильда с облегчением выдохнула, когда отряду открыли ворота её воины с разнеженными харями. Под строжайшим секретом Омегу поселили в сарае, взяв с отряда клятву о неразглашении. Омегу не нужно было приковывать цепями, дабы избежать неконтролируемых всплесков во время полной луны. Воля самки альфы была сильнее всех животных порывов, что она доказала всем нам, когда при полной луне пришла в обличие девушки.
По дороге обратно я узнала, что волчица шла за мной по следу от самого замка Красномордого. И осталась в ближайших лесах, когда я посетила замок Дэсада. Убедившись, что я в безопасности, она уже собиралась уходить. Но когда меня пленили, отправилась следом на другом драккаре, притворившись пленницей.
 
Омега мне нравилась своей прямотой и не болтливостью. Волчица тоже обронила, что я нравлюсь ей, особенно теперь. Она чувствовала, что за время от последней встречи я сильно повзрослела. Повзрослела несоизмеримо времени.
Ещё бы!
Время понемногу шло к зиме. Метель бушевала чаще, морозы становились всё безжалостней, за ворота города вообще перестали шастать. Их замело так, что когда, после лютой метели в них постучался путник, около часа разгребали сугробы, чтобы его пустить.