Падение, или Додж в Аду. Книга вторая

Адам и Ева пришли в ярость; Скитальцу и Зверю пришлось их увести.
Раз в лодки их больше не брали, Адам и Скиталец на следующий день пошли от Стана на север вдоль реки. Они хотели добраться до обрыва на западном берегу, откуда, по словам Скитальца, был хорошо виден холм с большим деревом. Их путь вверх по течению пролегал там же, где Адам и другие артельщики шли вниз по течению в день, когда Руб лишился лодки. Адам приметил следы, по виду свежие, в том числе необычно большие, поэтому не удивился, наткнувшись на Тука и его шайку.
  
Они разбили лагерь на том самом обрыве, куда шли Скиталец и Адам. Так что путь вперед был отрезан, но, как обнаружилось позже, люди Тука были и у них за спиной. Адам предлагал незаметно ускользнуть, но Скиталец сказал: это бесполезно, раз их уже заметили. За спиной он нес сверток из старого одеяла, который сейчас положил на землю и отогнул ветхую ткань. Под ней была рукоять меча, некогда висевшего на бедре у Гонца Эла. Клинок скрывали темные ножны, но, когда Скиталец немного его выдвинул, блеснул свет.
– У меня меч, – сказал он, – а у тебя на поясе нож. Наше оружие выковано самим Делатором. Если дойдет до боя, Тук пожалеет, что в него ввязался.
Адам немного ободрился и в то же время устыдился своей наивности – в давней битве с шайкой Тука ангельский нож был у него на поясе, но ему и в голову не пришло обратить это оружие против нападающих.
Скиталец выступил на открытое место, замахал руками и зычно окликнул Тука. Кусты поблизости зашуршали, и Адам, обернувшись, увидел, что из-за них выходит высокая женщина. Очевидно, она давно шла за ними, но так тихо, что они ее не заметили. Адам помнил ее по стычке у лодки. В руке у нее болталась сложенная веревка, в сетке лежал гладкий камень. Адам видел, как женщина орудует пращой, и усомнился, что от меча будет прок, если она решит издали забросать их камнями.
Но этого не произошло. На обрыве их встретил сам Тук – дружелюбно, хоть и настороженно. Адам узнал некоторых членов шайки. Двое из них определенно желали продолжить разбирательство с того места, на котором остановились, но Тук сказал:
– Адам вступил в стычку последним, и только защищая себя и товарищей. Если вы на него злитесь, то спросите себя, что бы подумали о нем, стой он в сторонке, пока мы с ними расправлялись.
Они вроде бы успокоились. Тук приветствовал женщину, назвав ее Фррр, и она в ответ приветствовала его по-свойски.
В день стычки Адаму было недосуг разглядывать людей Тука. Теперь, когда они стояли у костра, он видел разные типы. Тут были старые души; были поновей, такие как Фррр, определенно формировавшиеся в глуши, где у них не было изваяний для образца, а были и выращенные в Элохраме. Однако даже они казались выше и статнее жителей Элгорода, как будто вольная жизнь с Туком и его шайкой изменила их облик.
Вид отсюда был превосходный – и на другой берег, и на город. Тук кивнул на дымы Элгорода в окружении зеленых полей.
– Те, кого там заперли, теперь строят себе новую тюрьму. – Он перевел взгляд выше по течению. – Жалко, что дерево им мешает.
Адам уже хотел вступиться за дерево, когда увидел, что Скиталец с Туком переглянулись. Тогда он понял, что Тук отпустил шутку насчет Руба.
– Будь там только Руб со своей артелью, – Тук покосился на Адама, – я бы их отогнал. Но он пришел с армией.
Этого слова Адам прежде не слышал, но, глядя на души, кишащие под деревом, сообразил, что оно означает что-то вроде Элова воинства. На холме были сотни душ. В основном они разгружали лодки и складывали на берегу различные припасы, но некоторые ходили по склону, вбивали колья – через реку отчетливо доносились удары молотков – и натягивали между ними веревки.
На самой вершине, под деревом, не было ни душ, ни кольев, ни веревок. Посреди этого пустого пространства стояла груда камней с человека высотой. Сейчас она не двигалась, но по глубоким следам Адам видел, что Каирн так и шел по прямой через реку. По пути он разрушил некоторые приготовления Руба, пройдя по ним, как по земле. Там уже работали души, восстанавливая растоптанное.
– Ваш друг? – спросила Фррр и рассмеялась. – Забавно было смотреть, как он поднимается на холм.
– Он обитает в Стане давным-давно и окрестные дикие души знает по той поре, когда Земля была молода. Тогда за год странствий можно было не встретить ни одной новой души.
– Ему не повезло, что он оказался в такой гуще соседей, – заметил Тук.
– Я виню себя, – ответил Скиталец, – что привечал новые души и позволил им селиться здесь. Я думал, они обретут мудрость. А они делали одну глупость за другой.
Фррр повернулась спиной к реке и глянула на север и на запад, где высились заснеженные горы.
– Есть другие места, где души могут жить свободно. По крайней мере, долгие годы.
– Рано или поздно там произойдет то же самое, – заметил Тук, – если не запретить новым душам приносить туда свои обычаи и порядки.
Скиталец кивнул:
– Я должен был предвидеть это давным-давно, но мне было хорошо одному в моем домике и не хотелось думать, чем там заняты новые души.
– А что ходячая груда камней делает на холме? – спросила Фррр, вновь поворачиваясь в ту сторону.
– Вчера мы хотели все туда отправиться, – сказал Адам, – и узнать, можно ли еще говорить с теми древними душами. Однако лодочники отказались нас везти. Поэтому Каирн пошел один. Наверное, он по-своему говорит и слушает, будет ли ответ.
– Допустим, он сумеет объяснить, что дерево в опасности, но какой с того прок? – сказал Тук. – Если я предупрежу члена моей шайки, что в него летит камень из пращи Фррр, тот успеет отскочить, и это не изменит его форму. Но если дерево однажды приняло форму, ушло корнями вглубь и жило тут много лет, может ли оно уйти от опасности? А если может, останется ли оно собой? Или движение превратит его в нечто иное и оно умрет ровно так же, как если бы его срубили?
– Хороший вопрос, – молвил Скиталец, – и у меня нет на него ответа.
Адаму вспомнилась стычка между шайкой Тука и Рубовой артелью, особенно душа, которую Яр безжалостно лупил железной палкой, так что аура излилась и превратилась в хаос. Вспомнил он и Гонца Эла, который не сумел собрать свою форму обратно. Может ли такое произойти с любой душой? Даже с самим Ждодом, когда Эл его низверг? Исчезает ли эта душа навеки или порождается снова и заново начинает себя оформлять?
Каирн простоял на одном месте почти весь день, затем внезапно пришел в движение и отчасти зашагал, отчасти посыпался с холма, цепляя по пути веревки и тенты, которые теперь волочились за ним длинным шлейфом. Его спуск вызвал на склоне мелкие камнепады и оползни. Некоторые Рубовы работники обиделись. Трое из них, подначивая друг друга, осмелели и начали швырять в Каирна камнями – им, похоже, и в голову не пришло, что груде булыжников от этого ни жарко ни холодно. Тук, Фррр, Скиталец и Адам расхохотались. То, что они увидели смешное в одном и том же, неожиданно сблизило их, и расстались они вполне по-дружески.
Адам и Скиталец вернулись в Стан. Каирн, украшенный несколькими новыми камнями, стоял на центральной лужайке, вокруг него играли дети Адама и Евы. Они уже почти догнали ростом большинство элгородских душ.
Адам пошел в дом к Еве. Она увидела по ауре, что в нем что-то изменилось, и они вышли прогуляться по лесу и обсудить новости.
– Грядут перемены, – сказал Адам. – Думаю, нам надо собираться в путь.
– Стан был для нас хорошим приютом, – согласилась Ева, – но, сидя здесь, мы не найдем нашу мать Весну, так что пора уходить.
  
– Нас ждут трудности, – предупредил Адам, думая, каково будет путешествовать с двенадцатью детьми.
– Мне можешь не рассказывать, – ответила Ева.
Адам пристыженно отвел глаза.
– Может быть, кто-нибудь из новых друзей пойдет с нами и облегчит наше бремя, – добавила Ева.
Позже, в вечерней тишине, они услышали далекий стук топоров по дереву и ликующие вопли.
Наутро Адам и Ева пошли на высокий берег глянуть, как идут работы. Сотни душ забрались на дерево и обрубали ветви, чтобы потом было легче повалить ствол. Ветви падали на землю, каждая размером с хорошее дерево. Работники обвязывали их веревками и тащили вниз по склону. Сам ствол тоже обмотали веревками, натянули их в одну сторону и закрепили на старых пнях или на глубоко вбитых кольях. Внизу работал не один дровосек, а несколько команд – они вгрызались в основание ствола с разных сторон.