Опалённая (СИ)

“Быстрее! Быстрее…” — эхом отдавалось в голове принцессы, но это были мысли Нулары, а не ее собственные.
Вскоре они обе нагнали Ральфа, который пока мог видеть только один глазом. Он снова пропустил девушек вперед, оставшись прикрывать их тыл.
До края обрыва оставалось немного, но этот участок был самым гладким и почти вертикальным. Правда, местами прорастали корни деревьев, нависших над обрывом. Цепляясь за них зубами, волкам, наконец, удалось взобраться на горизонтальную поверхность, но расслабляться было рано. Там, наверху, стоял Тхаан в человечьем обличьи.
— Ну же, помогите мне, — сказал он, уперевшись руками в поваленный ствол дерева, лежавший у самого края. Не долго думая, все трое тоже сменили облик, и тогда вчетвером они уже смогли запросто скатить дерево. Оно стремительно покатилось вниз, подскакивая на выступах, но свою задачу выполнило, сбив с ног почти всех преследователей. Оставшиеся пару волков, которым посчастливилось избежать страшной участи, замерли на месте, догадавшись, что находятся в невыгодном положении. Они лишь беспомощно скалили зубы, глядя вверх и боясь, что на них снова что-то обрушится.
— А мы-то подумали, что ты был среди них, — запыхавшись после стремительного карабканья, озвучила свои мысли Нулара.
— Простите, что так внезапно исчез, — сказал Тхаан, — Там, в лесу, я задержался на одном из холмов. Оттуда мне хорошо было видно проделанный нами путь, а также небольшой разведывательный отряд, крадущийся по нашему следу. Я понял, что в течение нескольких минут они вас найдут, поэтому у меня не оставалось времени даже чтобы предупредить вас. Мне пришлось выйти к ним и сделать вид, что я двойной агент.
— И ты повел их по ложному следу? — догадалась Галатея.
— Ага. Но вскоре они почуяли не… не хорошее… и мне пришлось сбежать от них. Так я оказался здесь.
— Наверное, ты хотел сказать “неладно”, но мы тебя поняли, — сказала принцесса, — Что ж, ты снова нас выручил.
— А я бы на твоем месте, не доверял бы ему так слепо, — встрял Ральф, стряхивая с одежды пыль, — Может, он с самого начала вел их по нашему следу, а когда понял, что его ребята не могут с нами справится, решил снова притвориться невинной овечкой.
— Тогда зачем ему было сбрасывать бревно на своих друзей? — боязливо спросила Нулара, опасаясь попасть в немилость герцога.
— Действительно, — поддержала ее Галатея.
— Делайте, что хотите. Я свои опасения высказал, — сказал Ральф, которому не нравилось, что девушки так прикипели к Тхаану. Что-то в его извечно безразличном выражении лица казалось герцогу подозрительным.
— Я понимаю твои опасения, друг, — заговорил Тхаан, — и не стану защищать себя, потому что любое мое слово для тебя ничего не стоит.
— Именно.
Вдруг их разговор был прерван криками о помощи, которые доносились снизу. Ребята вернулись к краю обрыва и увидели, что поселение горит. Огонь быстро пожирал хлипкие лачужки и перекидывался на новые, забирая с собой жизни их обитателей. Никаких сомнений не было в том, что это дело рук тилийцев. Не сумев справится со своей целью, они, будучи в бешенстве, решили отыграться на лунастрецах, что долгое время прятались в этой глуши.
— Сожалею, но мы уже ничем не сможем им помочь, — первым обрел дар речи Тхаан. Остальные с ним молча согласились, хоть и понимали, что это их вина. Но нужно было продолжать путь, ведь их миссия куда важнее крошечного поселения.
  
Глава 30
 
Впереди виднелась тилийская граница. Ее легко было распознать по вышкам наблюдения — деревянным конструкциям многометровой высоты, которые стояли в ряд на расстоянии около двух километров друг от друга. Люди, стоявшие на их платформах, казались маленькими черными точками на фоне заката, растекавшегося по небу всему оттенками цитрусового. До самих вышек оставалось пройти еще около мили по абсолютно равнинной местности, поросшей мягкой, еще совсем молодой, травой.
— По нам стрелять-то не будут? — задал Ральф вопрос, который беспокоил и девушек.
 
— Нас слишком мало, чтобы открывать огонь. В таком расстреле нет чести, — пояснил Тхаан, уверенно шагая вперед. Даже Галатея теперь не могла похвастаться такой бодростью, которую проявлял тилиец. Она, как и ее товарищи, уже давно ничего не ела. Постепенно возвращалось то состояние, в котором она была после изнасилования. Полубессознательное.
Наконец, они подошли на достаточное расстояние к одной из вышек, чтобы можно было увидеть тилийскую военную технику, окружавшую ее, а также слышать отдаленные голоса солдат.
— Стоять на месте! — донесся зычный голос одного из них, — Кто такие?
— Меня зовут Тхаан Вандермеер. Лейтенант восточного разведовательного корпуса Б14. Требую встречи с главнокомандующим для обсуждения информации государственной важности, — отвечал Тхаан на их языке.
Ответ последовал не сразу. Солдаты перекинулись парой слов, после чего произошло то, чего никто не ожидал. Прозвучал оглушительный выстрел из винтовки крупного колибра. Для Галатеи в этот момент время, почему-то замедлилось, поэтому она даже смогла разглядеть острую продолговатую пулю, врезавшуюся в плоть Тхаана и вылетевшую с обратной стороны. Парень упал на спину секундой позже, а на груди его стало стремительно разрастаться багровое пятно. Впервые лицо его отображало ярко выраженную эмоцию — удивление. И хотя эмоция эта казалось более чем живой, само лицо оказалось мертвым.
Для Галатеи Тхаан не был важным человеком. Она даже не успела толком к нему привязаться за сутки, но, почему-то, смерть именно этого человека стала для нее последней каплей. Принцесса почувствовала, как внутри нее словно что-то щелкнуло. Это треснула оболочка, годами сдерживавшая ее эмоции.
Нулара в оцепенении смотрела на убитого товарища, в ужасе ухватившись за предплечье Ральфа. Герцог же был не слишком поражен случившимся. Его больше поразили волосы Галатеи, которые вдруг стали белеть, начиная от корней. Белый цвет растекался по черному, словно разлившееся молоко, и вот теперь, принцесса снова была прежней. Но за этим чудесным перевоплощением последовало нечто ужасающее. И Ральф, и Нулара, а также все солдаты, находившиеся в поле зрения, ощутили резкую головную боль. Некоторых эта боль заставила упасть на колени и сдавить голову руками.
“Я будущая королева Лунастеры. Если вы не пропустите меня на территорию Тилии для переговоров с вашим королем, я превращу ваши мозги в похлебку, которой вы кормите пленных.” Голос Галатеи услышали все даже сквозь нестерпимую боль. Еще некоторое время принцесса мучила всех вокруг, включая своих друзей, а затем ослабила свою невидимую хватку.
Нулара и Ральф тяжело дышали. На их лбах выступил пот. Спустя минуту к ним вышел один из солдат, держа руки над головой, показывая тем самым, что настроен мирно. Передвигался он на полусогнутых ногах, видимо, все еще ощущая на себе последствия невидимой атаки принцессы.
— Миледи, мы и не думали причинять вам вред. Нам лишь был отдан приказ убить изменника. Какие бы цели тот не преследовал, он ослушался приказа.
Всего через полчаса после формального обыска и короткого допроса, касавшегося только личностных данных лунастерцев, все трое ехали в экипаже, направляясь в столицу Тилии. Путь предстоял быть долгим, но менее опасным, если учитывать, что в этих землях Фракция их не достанет. Внутри экипажа также сидел офицер тилийской армии. Всех троих накормили и какое-то время не трогали, дав возможность вздремнуть. По утру их, однако, разбудили и сообщили, что им нужно пересесть на поезд. Сопровождавший лунастерцев офицер был весьма обходителен и позаботился о том, чтобы принцессе и ее товарищам предоставили купе королевского класса. Там они смогли снова перекусить и развеять напряжение, которое все эти дни их не покидало. Тем не менее все трое были молчаливы и мрачны после произошедшего на границе. Галатея старалась выглядеть спокойно и ничем не выказывать свое чувство вины перед друзьями за то, что заставила их страдать. В то же время девушка размышляла над тем фактом, что смогла сотворить такое в обличьи человека. До сих пор она думала, что это невозможно. За все поколения лишь ее мать была на такое способна, да и то лишь потому, что развивала эту способность денно и ночно.