Опалённая (СИ)

Галатея же с восходом солнца наоборот еще больше помрачнела, хотя ее и окружала прекрасная природа, способная вдохновить любого. Девушка поймала себя на мысли, что завидует подруге. Счастье просто быть рядом с тем, кого любишь. Принцесса уже сомневалась, что однажды ей будет дано познать нечто подобное. Да и не в ее это характере, так самоотверженно любить. Так ведь?
  
Глава 28
 
Когда рассвет озарил собой каждый уголок земли, продолжать путешествие по реке стало опасно. Лодка была как на ладони. Пристав к берегу, мужчины первым делом спрятали судно в небольшом овраге, чтобы возможные преследователи не могли определить, в какой момент они сошли на берег. Дальше пришлось идти пешком через старый лес с вековыми дубами, но задача эта оказалась не из легких. Местность здесь была неровной, то и дело внезапно возникали ухабистые пригорки, а за ними глубокие рвы. Часто попадались поваленные деревья, вырванные с корнем после очередного проливного дождя, размывшего почву.
Как и всегда, тяжелее всех приходилось Нуларе, но девушка об этом молчала, стараясь не подводить своих товарищей. За время путешествия она сильно выросла духом, да и физически, наконец, раскрыла свой потенциал. Как оказалось, ей было достаточно всего пары часов сна, чтобы потом весь день оставаться бодрой. Ее спутники таким похвастаться не могли и посему старались даже не разговаривать лишний раз, чтобы не тратить остатки сил на болтовню. Зато Нулара активно восхищалась местной природой и тем, что это первое путешествие в ее жизни. Иногда ее восторженный поток речи прерывался коротким визгом, когда девушка оступалась, и Ральфу приходилось ее подхватывать.
— Может, все таки обратимся? — не выдержав, застонал герцог. Привыкший к удобствам, ему хотелось как можно скорее помыться, переодеться и отдохнуть на мягкой кровати.
— Нет, — категорично ответила Галатея, которой, казалось, все ни по чем. Она ловко перепрыгивала через поваленные стволы деревьев и ямы, скользила по склонам и уклонялась от торчавших во все стороны веток. Без сомнений, принцесса могла бы передвигаться еще быстрее, если бы ее никто не сопровождал.
— Но почему нет? Лес не место для людей, это место для волков, — не понимал Ральф.
— В волчьем облике меня слишком легко узнать, — пояснила девушка.
— Но здесь никого нет кроме нас. И ладно нам, мужикам, но подумай о Нуларе. Она уже хромает после того, как в очередной раз подвернула ногу.
— Я в порядке. Не надо тут из меня слабое звено делать, — обиделась девушка, но, опять же, трудно было не заметить, что ей приятна забота герцога.
Галатея остановилась и оглянулась на подругу. Остальные трое смотрели на принцессу и ждали ее решения. Стоя на холме, вся в черном, включая волосы, она напоминала мамбу — утонченную и невероятно опасную змейку с глазами, чья глубина затягивала и гипнотизировала.
— Ладно, буду с вами честна, — наконец, заговорила Галатея, — Я плохо контролирую ту силу, которую дает мне облик волка. К тому же, ты, Ральф, уже мог ощутить на себе ее воздействие.
— Вообще-то, я не слишком-то понял, что произошло в тот момент. Меня тогда будто в параллельную реальность отбросило. Мир стал каким-то… другим, — задумался герцог, погрузившись в воспоминания.
— Эта сила… лучше ее, все таки, называть магией, чем она и является, прямиком воздействует на сознание. Я могу прибегать к ней в исключительных случаях — когда поблизости нет моих союзников.
— Иными словами, — вмешался Тхаан, — под влияние вашей магии попадают все, кто находится рядом?
— Верно. Но есть еще кое-что. Вам это не понравится, — Галатея отвернулась, боясь увидеть реакцию своих спутников.
— Говори уже как есть, — попросил Ральф, — Мы и так уже знаем про тебя столько, что можем быть убиты за свои знания.
— Я буду слышать ваши мысли, — быстро проговорила принцесса, — И это я ненавижу больше всего. Некоторых вещей лучше просто не знать.
Все трое какое-то время молчали. Теперь Ральф уже не был столь решительным. Тхаан тоже не знал, что сказать, хотя он не выглядел удивленным.
 
— Что ж, не знаю, как вам, мальчики, но мне от нее скрывать нечего. Мои помыслы чисты, как рудниковая вода, — гордо заявила Нулара.
Герцог взглянул на ее веселую улыбку и, вдохновившись, тоже согласился на подобные условия.
— Пожалуй, Нулара права. Мои мысли тебе и так известны, — сказал он немного понуро, — Лишь убедишься в искренности моих слов. Хан, что на счет тебя?
— Довольно! — оборвала их рассуждения Галатея, — Я ценю ваше доверие, но лезть в ваши головы я не стану. Думаете, это весело? Ничего подобного. Вы не знаете, каково это, когда твои мысли переплетаются с чужими и ты уже не можешь различить, где чьи. Голова буквально разрывается на части, не в силах вместить в себе весь этот хаос. Моя мать… Иногда я ее не узнавала, когда она возвращалась после допросов. В ней словно говорил другой человек. Иногда она меня не узнавала, называла чужим именем и запирала в подвале на несколько дней. Королева не была сумасшедшей. Она просто не была собой. Вот и я не хочу становиться кем-то другим, — закончила Галатея и под конец смутилась, осознав, что дала волю эмоциям и впустила посторонних людей глубже дозволенного в чертоги своего внутреннего мирка, — На этом все. А теперь вперед. С высоты дирижабля я заметила небольшое поселение, расположенное между горным кряжем и этим лесом. Нужно успеть добраться туда до темна, — добавила она.
— Ты имеешь в виду ту мрачную долину? Даже не знаю. Не думаю, что нам удастся там укрыться, — высказался Ральф.
— У тебя есть другие предложения?
— Пойдемте уже. Есть охота, — простонала Нулара, после чего все четверо продолжили путь. Но теперь все были не только уставшими, но и понурыми. Эмоциональный монолог Галатеи заставил каждого задуматься о чем-то своем.
Тхаан, которого маскировки ради называли Ханом, все чаще и чаще оглядывался назад, временами останавливался и прислушивался. Его сухое лицо казалось встревоженным.
После полудня было принято общее решение остановиться и передохнуть. Голодные желудки довольно громко возмущались, а иногда и страдальчески постанывали.
— Может, кто-то из нас попробует поохотиться? — предложила Нулара, сидя между корнями дерева и растирая руками ноющие ступни и голени.
— Мы не можем разделяться сейчас, — сказала Галатея, сидевшая напротив.
Зашевелились кусты, и из них появился Ральф, успешно справивший свою нужду. Устало дыша, он опустился у ног принцессы, словно преданный пес, и распластался на траве. Сквозь полуприкрытые веки он наблюдал, как солнце пробивается сквозь листву на деревьях, а слабый ветер раскачивает тонкие ветви на верхушках. Герцог чувствовал умиротворение. Глядя на него, а также на Галатею, которая, не обратив на Ральфа внимания, продолжала задумчиво смотреть в никуда, Нулара ощутила волну грусти. Она бы много отдала за то, чтобы Ральф вот так когда-нибудь умиротворенно лежал в ее ногах.
Спустя четверть часа они втроем забеспокоились, что Тхаан до сих пор не вернулся после того, как они вместе с герцогом отошли по своим делам.
— Мне это не нравится, — заговорил Ральф, привстав с земли.
— Может, он заблудился? — предположила Нулара, и парню пришлось приложить немало усилий, чтобы не закатить глаза.
— Он профессиональный разведчик, Лара. Даже если захочет, все равно не сможет заблудиться, — терпеливо возразила Галатея.
— Так и знал, что не нужно его брать с собой. Готов поспорить, что вскоре он приведет за нами войско, — сказал Ральф.
 
— Не спеши с выводами. Смысл тогда ему был нас спасать? — возразила принцесса.
— Может, смысл в том, что теперь он знает наши планы. Может, он хочет самолично связаться с Фракцией, чтобы присвоить всю награду.
Галатея не ответила. И так было ясно, что слова герцога вполне могут оказаться правдой.
— Ладно. Если через десять минут он не вернется, продолжим без него, — поразмыслив, объявила она.