Зов крови (СИ)
— И как? — расширил глаза от ужаса Карташ.
— Больше его никто не увидит, — ухмыльнулся я. — А если честно, то век бы таких тварей не видел. Я в него из обреза, из двух стволов, да прямо в морду, а он, сука, живой!
Меня понесло. Остальные новички подались вперед, прислушиваясь к моему рассказу. Я все как на духу говорил, как ночью шел на АТП, повсюду шорохи, шелест, а там меня встретил мутант. Парни слушали меня чуть ли не с открытыми ртами. Ну еще бы, сами-то они не видели никого опаснее кабана или слепого пса. А я впервые за собой отметил такой выброс хвастовства за раз. Раньше никогда не любил прихвастнуть, только спьяну, а чтобы так…
Ничего, возможно, оно и к лучшему, что я хоть в сталкерскую среду вольюсь. Все-таки в связи с последней информацией я понял, что путь будет нелегкий. И начнется он нескоро.
— Ты кровососа завалил? Сам? Ну ты ваще… — протянул один из новичков, Васян.
— Да ладно, бред это все, нах, — отмахнулся другой. — Я тут уже месяц, а ни одного кровососа не встретил, нах.
— Рус, ты от лагеря ни на шаг не отходишь, — возразил еще один. — А Зона — это тебе не устав, здесь все всегда меняется.
— Еще один профессор нашелся, — вспылил Рус. — Ну вас всех нах тогда.
— И что, ты даже щупальца его не взял? — удивился вдруг еще один.
— Зачем? — не понял я.
— Ну как… Щупальца кровососа ведь источник его силы! Если их съесть, можно становиться невидимым и сильным как сам кровосос!
— Это тебе Шутник сказал? — поинтересовался Рус.
— Да, — смутился парень.
— Ага, его больше слушай… Я на прошлой неделе по его совету «медузу»… — Рус запнулся. — Неважно.
— Эй, молодежь! — позвал Федяй, выходя из дома. — Кто на Свалку пойдет?
Я неожиданно для себя самого поднял руку. Потом только мозг выдал мысль: «С нормальным проводником — можно». Вслед за мной вызвались Васян и Рус.
— Прогуляемся, нах, — выдал последний.
— Оружие есть? — спросил Федяй. Мы с Карташом показали обрезы, Рус помахал «макаровым», Васян погладил по стволу МР-5.
— Отлично, выходим сейчас же.
— Постой, мы идем на саму Свалку? — спросил Васян.
— Да, а куда надо?
— Ну, я думал, что мы пойдем до границы Свалки и обратно.
— Ага, тут артефактов, что волос на кровососе. Прошвырнемся по Свалке, наберем урожай и пойдем в Бар.
— В «Сто рентген»? — У Руса загорелись глаза.
— В «Сто рентген», — подтвердил Федяй. — Идем.
Может, я зря согласился идти в ходку. Я думал, что так я окажусь ближе к цели, так оно и было, но скорее всего просто жадность взяла верх надо мной. Сами подумайте, мне так сильно подфартило с артефактами, а тут еще есть возможность отправиться в место, богатое артефактами. Как же тут не потерять голову?
Федяй вел нас какими-то окольными тропами вдали от трассы. Аномалий вокруг было не так много, артефактов — ни одного, а мутанты почему-то обходили нас стороной. Проводник что-то бормотал впереди, позади меня шел Карташ, за ним Рус, а замыкал нашу колонну Васян.
— Недавно слышал о том, что какой-то сталкер дошел до Монолита, — бормотал Федяй. — Чертов идиот… Дальше «Выжигателя» небось не зашел, мозги ему поджарило, а он говорит, что в Саркофаг пришел. Его в баре отпинали и бросили на улицу.
С кем он говорит? Бормочет впереди, ни к кому особо не обращаясь. Я все равно слушал его вполуха, никакая информация, особенно касающаяся Зоны, лишней не будет.
— И этот идиот даже не смог назвать количество атомных реакторов на ЧАЭС, — продолжал Федяй. — Мать твою, да он даже не смог ответить на простой вопрос: «Какой энергоблок на ЧАЭС рванул?»! Да четвертый же! Да ну его… Еще долгожитель называется…
— Долгожитель? — спросил вдруг Васян. — Японец что ль?
— Сам ты японец, — буркнул проводник. — В Зоне долгожители это те, кто прожил хотя бы лет десять… А я знаю одного, кто тут еще со Второй катастрофы.
— Кто это? — поинтересовался Рус.
— Эх вы… легенд Зоны знать надо, — проворчал Федяй. — Лесник это, хороший мужик. А тот сталкер, который до Саркофага типа добрался известный хрен, Фугасом кличут. Ну его понять не сложно… он в аномалию попал месяц назад, с тех пор пьет. И пошел в Зону по пьяни, поэтому ему взбрело, что он до Монолита дошел. А этого делать нельзя, слышите, мальцы?
— До Монолита идти? — переспросил Васян.
— В Зону бухим идти нельзя! — сердито поправил проводник. — Да и вообще в Зону идти нельзя.
— А Монолит — это что вообще за хрень? — не выдержал я.
Новички не ответили, Федяй сплюнул и проворчал:
— В баре спросишь, тут не место рассуждать о нем.
Я оставил на заметку в одну из ячеек моей памяти расспросить о Монолите поподробней, а пока стал внимательней осматривать окрестности. Федяй замолчал, и наступила тишина, прерываемая лишь воем собак со стороны Свалки. Проводник насупился, его мрачное настроение мгновенно передалось всей группе.
Дальше шли в молчании. Через час мы вошли в тоннель, соединявший Кордон и Свалку. Он был в длину около километра и выходил в поселке Каменка, который, как и все пространство Свалки был завален мусором и всяким радиоактивным хламом. Туннель представлял из себя длинную трубу диаметром порядка двух метров и очень кстати пригодился сталкерам, которые не горели желанием идти через блокпост вояк на юге Свалки. Еще одна польза от этого туннеля — не нужно было взбираться по крутым холмам, разделявшим Кордон и Свалку.
Проводник включил фонарь и первым пошел по туннелю. Затем вошел я, за мной остальные. Наши шаги гулко отдавались в туннеле, эхо уходило далеко вперед.
Впереди вдруг послышалось рычание, затем Федяй что-то крикнул и вскинул автомат. Короткая очередь АКМа, прогрохотав, сбила с ног огромного черного пса и на миг осветила туннель. И снова наступила тишина и тьма, разрываемая лишь лучом федяевского фонаря.
— Чернобыльский пес, — пробормотал сталкер. — Нам повезло, что выстрелил я раньше, чем он бросился. А то капец мне настал бы. А без меня — и вам. Расплодилась всякая хрень, — добавил Федяй.
Туннель мы пересекли быстро, больше никаких тварей не встретив. Свалка предстала пред нами во всей красе (хотя, скорее, некрасе). Груды хлама громоздились на высоких, поросших бурьяном холмах, кое-где виднелись маленькие озерца, вступив в одно из таких, наверняка получишь добрую сотню рентген. Остовы машин, вертолетов, грузовиков и прочего торчали отовсюду, некоторые машины были наполовину погружены в землю, на них были уставлены еще машины.
Каменка находилась метрах в ста от выхода из туннеля, а в паре десятков метров от нас было кладбище брошенной техники, из которой выделялся рухнувший военный вертолет. «ПАЗики», «ЗИЛы» и прочее чудо советской техники уже который год ржавели под открытым небом. Федяй остановился, окинув взглядом кладбище. Ему явно что-то не понравилось, показалось мне. И Федяй повел нас к поселку.
Каменка была наполовину разрушена, многие дома погребены под землей, полусожжены и разграблены, а то, что осталось — продувалось ветром через сквозные отверстия в стенах, оставшихся после многочисленных перестрелок. Как я уже убедился сам, перестрелки в Зоне — неотъемлемая часть жизни внутри Периметра.
Дождь барабанил по земле, на севере слышались короткие автоматные очереди, выли псы — все шло своим чередом.
— В общем, мужики, немного прогуляемся и отправляемся на север, — сказал Федяй. — Сразу предупреждаю: руками ничего не трогать, далеко не ходить, если что — звать на помощь и возвращаться ко мне по первому приказу. Если что-нибудь увидите подозрительное — зовите меня. Обнаружите артефакт — сами не берите, позовете меня.
— А как выглядят артефакты? — поинтересовался Васян.
— Ну ты сказанул, нах, — влез Рус. — Они ж все разные, в натуре.
— Все, расходимся.
Я медленно побрел к центру поселка, держа одну руку на рукояти обреза. Карташ пошел куда-то в сторону, тщательно всматриваясь во все вокруг, Рус и Васян побрели в другую сторону. Федяя, кажется, мало интересовало собирательство, и он уселся на еще целую деревянную скамейку.