Гонцы дурных вестей (СИ)
— Прекратить кровопролития! Прекратить кому говорят!
С помощью копейщиков удалось разделить враждующих на два лагеря, но ругательство и общий гам улеглись ещё не скоро. Когда же наконец всё успокоилось, прибывшее с воинами существо Его величества взял слово:
— Именем Его величества короля Бергральда, седьмого правителя Сонерита, я приказываю вам сложить оружие и сдаться. В противном случае жертвы сегодняшнего дня увеличится.
Бенджамин последовал примеру Тоби — убрал окроплённый кровью клинок в ножны, так же поступили остальные. Их противник колебались, но грозно настроенные копейщики требовали послушания. Заметив, что приказ выполнен, канцлер монотонным голосом зачитал дальнейшие распоряжения своего повелителя.
Felis ощутил ладонь на своём плече. Обернулся встречаясь взглядом с капитаном, чья физиономию теперь пополнится ещё одним шрамом. Он утащил героя в конец толпы, и заговорчески прошептал:
— Не думаете же вы, что Эрнест по прозвищу Якорь, настолько неучтив, что будет держать вас около своих друзей против воли? Не бывать тому! Вот как мы поступим…
***
— И что вы этим хотите сказать?
— Уважаемый cancellarius, да что же тут непонятного? Этот молодой человек, — капитан указал на Бенджамина — был невинно втянут в этот конфликт. Да поглядите же на него, он ведь жертва обстоятельств!
Представитель власти смерил юношу взглядом, и без особого энтузиазма спрятал кошель злати передаваемый капитаном.
— Что ж, в таком случае мы проявим к нему милосердие и позволим остаться без кандалов, но под охраной.
— Господин канцлер, это невозможно.
— Невозможно? Что вы такое говорите, приказ короля и невозможен?
— Взгляните на это, — капитан изъял из кармана круглую печать, повертел её в воздухе — Эту печать ему доверили всемилостивый графы Пепельных земель. Если, они узнают, что их посыльный попал в столь затруднительное положение…наверняка будут злы…может даже подадут жалобу…лишат жалования…
— А почему это, он сам молчит?
— Он немой. Да, нем с самого рождения. Графы взяли под свою опеку бедняжку, и вырастили на кровные.
Судя по лицу verbum signifer в нём кипели противоречия. Он был готов поверить капитану. Даже если это ложь, полученный кошель злати смягчит душевные терзания, ежели правда, так можно и на повышение рассчитывать! Почесав шнобель, несколько раз цокнув языком, мужичок дал согласия, при условии, что отпустит, его под надзором стражи. На том и порешили.
Бенджамин был ошарашен изворотливостью капитана, о чём не преминул сказать.
— Не думаете же вы, что Эрнест по прозвищу Якорь, хоть раз в своей долгой жизни платил мзду или какие-нибудь пошлины. Ещё бы! Длинный язык, это как острый клинок — он спасает жизни. Но мой летучий друг, наш план, увы имеет некоторые осложнения. Прежде чем вы отправитесь по своему делу, помогите мне, ведь это в ваших же интересах. Молчите! Никто не должен видеть, что вы шевелите ртом. Слушайте внимательно: я не лгал про печать и графов Пепельных земель, они и правда ждут меня. Вам предстоит сыграть роль посыльного. Не забудьте замолвить обо мне словечко! Я попрошу стражу сопроводить вас к ратуше, а там вы уже будете свободны. Вы киваете. Славно, значит так и поступим. Глядите, кажется ваш эскорт уже готов. Ну же, вперёд!
Как и было обещано капитан перекинулся несколькими словами (и златью) со стражниками, и уговорил их сопроводить felisa к зданию ратуши. И вот Бенджи из одной западни попал в другую…
Бесстыжая бумага
Со дня зарождения Монерьера — столицы Милрита, свои услуги предоставляет почтовая компания <<Leiunium ut ventum>>. Они сыскали доверие при дворе, и даже сама королева пользуется их помощью. К ним же решил обратиться сир Курви. Mus несколько вечеров силился написать роковое письмо, но каждый раз ощущал давящее чувство вины, и откладывал перо на следующий раз.
Червини, замечая с какими трудностями столкнулся его компаньон, предложил помощь. Таким образом, изложения истории взял на себя маг, а горькие соболезнования высказал Курви. На третий день со смерти Бенджамина, конверт был положен в почтовую станцию и уже на седьмой доставлен по адресу.
Здесь же следует сделать небольшое отступление, чтобы объяснить читателю коем образом Крузана, оказалась в Лутергоге. После отъезда felisa, она решила забрать своих молодчиков и двинутся в родной город, Женщина была слишком подавлена потерей одного из учеников, а его стремление сменить наставника, лишь усилили эти неблагоприятные мысли. Она условилась с Бенджамином, что тот будет каждую неделю отправлять письмо, со строчкой: <<Я жив.>>. И вот в Усадьбу лиса (так прозвали жилище госпожи) доставляют письмо.
Следует заметить Крузана была обижена на felisa, обидой матери, которая не может справиться с трудным отпрыском. Она ценила и уважала каждого ученика, но Бенджамин, то ли в силу своего простодушного характера, то ли из-за иных причин, пробуждал в женщине материнские чувства. Ситуацию усугублял пропавший Иосиф, чьи поиски в Генбурге не увенчались успехом. Но о нём, героиня наших строк думала самую малость.
Это случилось в пятом часу вечера. Гонец застал Крузану в заполненной учениками гостиной, и ей пришлось приложить много усилий, чтобы сохранить прежний невозмутимый вид. Она быстро выхватила письмо и закрылась в кабинете. Увидев подпись в графе отправителя, женщина ничуть не смутилась вспоминая толки про поездку сира Курви и Червини. Видимо, они повстречали Бенджамина, и тот решил воспользоваться моментом. Кто хоть раз дожидался близкого человека из дальней дороги, также питал подобные иллюзии, и понимает наставницу донельзя лучше.
Она нетерпеливо разорвала конверт, и жадным взглядом впилась в содержимое записки. Каждая новая строчка осушала её моральные силы; женщина пошатнулась от уготованных ей новостей. Упала в кресло, снова и снова перечитывая послание. Мы не берёмся передавать всю боль Крузаны, ту шаткую надежду которую ей дали, чтобы принести ещё большие страдания, дабы растянуть и усилить эти непередаваемые мучения. Она была истощена и обезоружена, сбита с ног ударом провидения. Воистину мир коварен, а судьба шутлива.
В последующие дни, наставница запиралась в кабинете, давая однотипные задания пятёрке учеников. Каждый из них напоминал ей о Бенджамине; эти мысли женщина топила в бумажной работе. Когда оная подошла к концу, Крузана взялась за меч и стала денно и нощно избивать тренировочный манекен. Она всеми силами старалась забыться, но сколько бы времени не прошло, строчка: <<…героически погиб во время охоты…>> навсегда останется в её истерзанном переживаниями сердце.
Non sunt verba, nisi vt
Он погружался в беспробудное дно, словно противовес всем всплывающим вверх телам. Иосиф видел ангельские крылья, лежащие на водной глади словно цветы лотоса; мимо него проплывали маски падших: расколотые и разбитые, они сопровождали десятки существ всевозможных видов. Отлив беспокоил волны, укачивая мужчину словно мать младенца; его налитые свинцом веки то и дело опускались, но блаженный сон всякий раз прогонял шёпот подсознания, словно кошка шугающая мышь.
В одночасье благодаря неведомой силе, Иосифа стало тянуть в сторону. Он хотел бы возразить этим клешням, впивающимся в плечи, поспорить с верёвкой окутывающей ноги, но не в силах издать ни звука, повиновался незримой воле.
***
Пожалуй в каждом сообществе существуют свои отщепенцы. Это такие личности, кои пьют с общей чаши, но разделяют иные взгляды. Мы говорим об отступниках, тех существах, что решили по тому или иному поводу, сменить сторону и оставить, или же предать, прежних товарищей.
К подобным person, можно отнести разношерстный отряд, скрывающий лица за шарфами. Один из них, вместе с широкой рыболовной сетью, спрыгнул в мутную от крови воду. Через несколько секунд, он подал условный сигнал и четвёрка alieni принялись вытаскивать пойманную <<рыбёшку>>. Наверняка читатель уже догадывается, каков улов этих мо́лодцев. Мы же можем лишь подтвердить догадки.