Последний шанс (ЛП)
Как только мы выходим наружу, Клара и я смотрим друг на друга и начинаем во весь голос петь песню "You’ll Be in My Heart". Джек приподнимает брови, удивившись тому, как ужасно Клара поёт (и не без причины).
— Вы двое — просто нечто, — говорит он.
***
Тем же вечером мы с Кларой занимаем один из уединенных столиков в "Ирландце", чтобы поужинать и выпить. Себастьян лежит, свернувшись, рядом со мной. Он весь вечер ходил между мной и Джеком, который работает сегодня за барной стойкой.
Я так и не приблизилась к пониманию того, почему Клара здесь, но после сегодняшнего срыва с меня достаточно переживаний, поэтому я не рискую спрашивать её напрямую. Вместо этого я наблюдаю за Джеком, который наливает пиво компании ребят, только что пришедшей в паб. Сегодня в "Ирландце" больше людей, чем обычно. Я закрываю глаза и пытаюсь расслышать музыку, которая течёт над головами. Её едва слышно, но, как только я её узнаю, я широко раскрываю глаза.
— Что? — говорит Клара.
— Послушай!
— Что?
— Музыку!
— А что с ней!
— Это я! Один из моих каверов!
Мои глаза находят Джека, который занят напитками. Он подпевает песне, наливая стакан, и я вдруг замечаю, что тоже начала петь вслух.
Клара следит за моим взглядом.
— Ладно, я вела себя прилично, но теперь мне надо знать, что происходит между тобой и котовым папочкой.
Я закатываю глаза.
— Перестань его так называть.
— Ты первая его так назвала. Я не виновата в том, что это прозвище приклеилось к нему, — говорит Клара.
Она делает глоток своего напитка. Поставив его обратно на стол, она продолжает:
— Так что… у вас с ним серьёзно?
Я отрываю взгляд от Джека.
— Конечно, нет. Я не могу просто взять… и остаться в Кобе. Я люблю путешествовать. А у Джека здесь дела. Наши жизни не совпадают.
Клара помешивает соломинкой свой джин с тоником.
— М-м… но у тебя к нему серьёзные чувства?
— Я… не знаю.
Я сдвигаюсь на стуле и подтягиваю под себя обе ноги.
— Не думаю, что это имеет значение.
— Конечно, это имеет значение.
Я ничего не говорю.
— Ты из-за него не хотела возвращаться домой? — спрашивает Клара.
Я смотрю на неё.
— Я не пробыла здесь и пару месяцев. Я скоро опять отправлюсь в путь. С чего ты решила, что я не возвращалась из-за него?
Между нами повисает неловкая тишина, и Клара делает ещё один большой глоток своего напитка, а у меня появляется ощущение, что на самом деле Клара хочет обсудить вовсе не Джека.
— Зачем ты здесь, Клара? Что случилось?
Она ставит напиток на стол.
— Я тебе уже сказала. Я собираюсь бросить медшколу и стать живой статуей.
— Но почему ты собираешься бросить медшколу?
— Потому что я не хочу быть врачом.
— Это неправда. Ты всегда хотела быть врачом. Ты хотела быть врачом даже сильнее, чем мама и папа любят разговаривать о своей профессии. И это… о многом говорит.
Взгляд Клары становится пристальным, когда она встречается со мной глазами.
— Почему ты бросила медшколу, Рэйн?
Её вопрос застаёт меня врасплох. Я не понимаю, как это связано.
— Дело не во мне.
— Конечно в тебе! — говорит Клара. — Я приехала сюда, чтобы увидеться с тобой! Я думала, что мы будем вместе ходить в медшколу, а затем ты вдруг неожиданно отправляешься в своё волшебное путешествие! Я думала, что поеду с тобой в Ирландию, но ты поехала без меня.
А вот теперь я расстроена.
— Я устала тебя ждать! Я пыталась спланировать поездку на лето, когда ты закончила школу, но ты решила заниматься всё лето. Когда мы вместе ходили в колледж, я попыталась спланировать поездку на весенние каникулы, но ты всегда записывалась на дополнительные курсы на время весенних каникул. Я попыталась снова спланировать поездку на лето перед поступлением в медшколу, но ты была слишком занята в интернатуре. И не надо вести себя так, словно это моя вина.
Клара продолжает говорить, словно не услышала, что я сказала.
— Последний раз, когда я тебя видела, ты всё твердила о том, как ты ждёшь эту практику, а потом — бац! — ты отчисляешься и становишься уличным музыкантом.
Себастьян протяжно мяукает, и я начинаю почёсывать его между ушами, желая замедлить сердцебиение.
— Я знаю, что ты не воспринимаешь меня серьёзно, но…
— Это не так, Рэйн. Я просто этого не понимаю. Да и куда мне? Ты ничего мне не рассказываешь. Ты два года проучилась в медицинской школе. У тебя только начиналось самое интересное. Что-то должно было произойти.
— У меня случился нервный срыв, Клара!
В пабе наступает тишина. Клара моргает и смотрит на меня. Я чувствую, что краснею, но не решаюсь оглядеться по сторонам.
— Срыв? — говорит Клара. — Что значит, у тебя случился нервный срыв? Я думала, что ты просто… больше не хотела этим заниматься.
Я наклоняюсь к Кларе над столом и понижаю голос.
— Я всё время нервничала. Мне нужно было делать тысячу дел, и тысячи мыслей крутились у меня в голове. И да, я знаю, что всем нелегко в медшколе, но дело было не только в ней. Дело было во всём. Стирка, счета, ну и школа. Я пахала, пахала, пахала, до тех пор, пока не уперлась в стену. И потом я больше не могла этого делать. Я доставала учебники, но не могла заставить себя учиться. Я просыпалась на учебу, но не могла заставить себя одеться. А затем я узнала, что ты начинаешь учёбу осенью, и я была больше не в силах это делать. Мне надо было сбежать от своей жизни и найти новую.
— Была не в силах делать что?
— Разочаровывать!
Клара качает головой.
— Я не понимаю.
— Перестань, Клара. Как только ты появляешься, меня начинают сравнивать с тобой. А как я могу сравниться с той, кому суждено во всем преуспевать? Мисс Популярность? Мисс Лучшая Во Всём? И даже не спорь со мной, потому что ты действительно преуспевала во всех начинаниях. Поэтому нет, я не хочу снова жить у тебя в тени, особенно, когда я и так уже всё провалила. Вообще-то ты даже оказала мне услугу. Я бы всё равно бросила учебу, так что, когда тебя приняли, это только ускорило процесс.
— Ты уехала из-за меня?
Как только я вижу боль в её глазах, мне хочется забрать назад каждое своё слово.
— Нет, Клара. Я не это имела в виду. Прости, я просто…
— Всё, чего я хотела, это быть твоим другом, — голос Клары звучит так, словно вот-вот сорвётся. — Ты перестала быть моим другом, а я не знала, почему…
— Мы сёстры, это ведь лучше, чем друзья?
Она смотрит на меня.
— Ты знаешь, что я имею в виду.
— Я не переставала быть твоим другом. Ты была всегда так занята. Ты так легко вписываешься в любые компании. Все тебя любят. И да, у меня были друзья, но даже им ты как будто нравилась больше, чем я. И я даже не хочу начинать про маму и папу…
Я поднимаю на неё глаза, но она отвернулась к стене.
— Тебе так легко всё даётся — школа, друзья. Ты всегда оправдываешь ожидания. И каждый раз, когда ты оказывалась рядом, я чувствовала себя так, словно я недостаточно хороша. Всё началось в старших классах, а затем то же самое произошло в колледже. Я просто хотела чего-то своего. Боже, это звучит так глупо, но я просто хотела хоть раз стать для кого-то любимым человеком.
Клара смеется. Слёзы катятся по её щекам, и когда она поворачивается ко мне, её лицо выглядит сердитым.
— Ты хотела быть для кого-то любимым человеком? Ты мой самый любимый человек.
Клара вскакивает с места и когда встаёт рядом с нашим столом, я начинаю чувствовать себя невозможно маленькой.
— Ты, правда, думала, что мне всё так легко даётся? Я записалась в летнюю школу, в больницу на практику и на дополнительные курсы, так как не хотела отставать. Если мама и папа постоянно нас сравнивали, то это не значит, что все остальные делали так же. Ты была единственным человеком, с кем мне не надо было притворяться, а затем ты просто взяла… и бросила меня. Ты была мне нужна. Ты нужна мне прямо сейчас. Но знаешь что? Я не хочу наступать тебе на пятки. Я не хочу ничего у тебя забирать.