В тёмном — тёмном лесу...(СИ)

– Откуда ты берёшь идеи для своих статей?
– Из того, что слышу и вижу, – пожала плечами я. – Что-то кажется мне смешным, и я пишу об этом.
– Я смеюсь до слёз, читая твою колонку в “Блэйд”. У тебя так необычно работают мозги…
Я была невероятно польщена, но не подала виду, наблюдая за ней из-под ресниц и пытаясь понять, серьёзно ли она говорит.
– А ещё я слышала, что ты написала пару книг…
– Одну, – небрежно ответила я. – Книгу о путешествиях, ничего особенного.
– Ничего особенного? Это круто.
В её улыбке читалось искреннее восхищение.
– О каких именно путешествиях?
– По Ирландии. По Бразилии.
Я едва удержалась, чтобы опять не пожать плечами. Не то чтобы я была чрезмерно скромной, просто я на самом деле считала, что в этом нет ничего особенного. Я ведь не написала лучший роман США или что-то вроде того.
Пока не написала. Скорее всего, и не напишу, если смотреть правде в глаза – что я делаю крайне редко. Но всё это не имело значения. Алкоголь играл в моих жилах, и я чувствовала себя виновницей торжества. А вечеринка была ещё та: блики от костра, звёздный свет и свежий ночной воздух, запах сосен, дыма, духов. Мы лежали лицом к лицу на нашем двойном спальном мешке, соприкасаясь ногами, коленями и руками. Передавая бутылку друг другу, мы постепенно избавлялись от одежды. Мы выпили ещё, но затем я вдруг начала нервничать больше, чем Лана. Она была расслаблена и улыбалась мне, протягивая руку, чтобы убрать пряди волос с моего лица, пока я говорила. В конце концов, я вообще забыла, о чём говорю. Лана спасла меня, спросив о поездке в Бразилию, и я ответила, что поездка была бы лучше, если бы я была не одна, и что, возможно, в следующий раз я приглашу её составить мне компанию.
– Серьёзно? А куда же ты собираешься в следующий раз?
– В Испанию, – сказала я наугад, подумав, что женщина с фамилией О’Брай захотела бы поехать в Испанию.
Лана была приятно удивлена. Её глаза заблестели.
– И когда же ты едешь? Кажется, я хочу с тобой.
Она облизала свои губы, наклонилась и провела ими по моей правой груди.
Моё дыхание сбилось. Я попыталась отстранить её и прижать к себе.
– И я хочу с тобой… – прошептала я, склонившись над ней.
Я провела руками по её объёмной груди, затем по узким плечам… устанавливая связь. Я чувствовала приток горячей крови и влагу под своими пальцами. Мне нравился язык её голого тела и маленькая, бархатная родинка под рёбрами. Мне нравился оттенок её кожи и мягкость губ. Я прижалась к ней ещё теснее, наслаждаясь трением наших тел друг о друга.
– Ты любишь внутри или снаружи? – сипло спросила она, положив руку на мою поясницу и прижимая меня ещё ближе.
Я посмотрела на свой плоский живот, потом хихикнула, встретив её взгляд.
Никогда раньше не слышала, чтобы это так называли.
– Я хочу, чтобы ты трахнула меня, – сказала я в ответ. – Мне нужно, чтобы ты трахнула меня.
– Слушаю и повинуюсь.
Она была в прекрасной форме, и это мне тоже нравилось. Рельефные мускулы, кубики пресса на животе… интересно, каково это – быть в такой форме? У неё столько силы, столько мощи. Она одной рукой обвила мой стан, а другую просунула между моих бёдер. Я вскрикнула и заметила, что Лане это понравилось. Она любит голосистых. Настоящая испанка, ведь они все обожают лесть.
– Ах, блядь, как хорошо. У тебя такая сильная рука, – сипло проговорила я.
– А ты – такая красивая, – прошептала девушка.
Не каждый день услышишь подобное. Опять хихикнув, я уселась на неё полностью, привыкая к её руке внутри меня. Прошло довольно много времени с тех пор, как у меня была настоящая, живая партнёрша, а не силиконовая заменительница. Лана подняла голову, поцеловала меня в шею, и я, склонившись к ней, завладела её губами. О, эти её поцелуи… Я целовала её, пока не почувствовала, что скоро вырублюсь от нехватки воздуха, и даже тогда её губы нехотя оторвались от моих. Мне нравилась эта неохота, влажный звук её губ, отпускающих мои, вкус алкоголя в её рту.
– Господи, как хорошо, – пробормотала она.
 
Я начала двигаться, вверх и вниз… размеренно… поднимаясь и опускаясь по её руке. Мягкое, захватывающее скольжение карусели – вот что это напоминало мне, и шест этой карусели двигался в моей разгорячённой, влажной промежности. Пока мы просто играли, но я уже начинала чувствовать ту настойчивую, болезненную потребность. Я положила руки на её плечи и стала неистово двигаться. Лана легко подстроилась под мой ритм, приподнимая руку мне навстречу, проникая в меня всё глубже. Её стоны заводят меня ещё сильнее. Я выгибаю спину, схожу с ума, умоляя её отыметь меня посильнее, посильнее, ещё посильнее… Мне нужно так много. Во мне такая большая пустота. Мне нужно, чтобы она заполнила её жаром и требовательными стонами; я хочу, чтобы её желание подавило моё. Я почти всхлипываю, когда она обводит изнутри мою возбуждённую плоть. Меня прошибает пот и я вся горю. Я смотрю вверх, и вижу, что небо вращается, звёзды катятся по нему, пытаясь выпасть за край. Головокружительный коловорот звёзд, древесных крон и вращающейся луны, всё быстрее и быстрее… Лана простонала, и я почувствовала сладкое облегчение внутри.
Моя промежность стала пульсировать в ответ на её оргазм, будто рот, пытающийся найти слова. Для этого найти слова было невозможно. Я потянулась к звёздам, висящим так низко, и закричала в полный голос, когда наслаждение волной разорвало меня на части. Опустошённая, я повалилась на мокрые от пота груди Ланы и закрыла глаза. Она крепко обвила меня второй рукой. Стук её сердца был слышен будто на расстоянии миллионов миль, эхом разносясь по Вселенной…
– Господь всемогущий… – простонала она. – Пожалуйста, скажи мне, что ты такая же, когда трезвая.
Карусель всё замедлялась… замедлялась… пока постепенно не остановила своё вращение. Было так хорошо лежать тут, тело к телу, слушая отдалённый треск цикад. Наконец, я осознала её слова, улыбнулась и подняла голову.
– Это спорный вопрос. Я никогда не бываю трезвой.
Её губы были так близко…
Криво усмехнувшись, она сказала:
– Тебе кажется, что ты шутишь.
Это меня напугало.
– Я не шучу, – произнесла я и убрала волосы с лица. – Послушай, мне нравится пить, но у меня нет проблем с алкоголем.
– Хорошо, хорошо, – сказала она тоном человека, который не хочет спорить.
На меня словно вылили ведро холодной воды. Её слова сбили меня с толку, причинили боль. Высвободившись из её объятий, я села.
– Тебе, скорее всего, следует поработать над техникой ведения бесед после занятий любовью.
– Прости. – Лана опять притянула меня к себе. – Это и вправду было невероятно.
У меня не было ответа для неё. Она всё испортила. Я лежала, положив голову на её плечо, скорее обижена, чем зла – но всего немного. Она погладила мои волосы. Её прикосновение было лёгким, почти нежным. Я не смогла вспомнить, когда в последний раз кто-то был нежен со мной.
– Тина, – тихо произнесла она.
И всё. Я подняла голову, и она поцеловала меня. Её губы были тёплыми и на удивление сладкими. А затем мы опять занялись сексом, но на сей раз медленно и неторопливо.
ГЛАВА 8
Передо мной вырисовывался дом. Десятиэтажный. Окна отсвечивали красным в свете заходящего солнца. Петли поломанной входной двери заскрипели, и она распахнулась… Вздрогнув, я проснулась. Было очень холодно. В висках пульсировало, а во рту был отвратительный привкус. Мне хотелось в туалет.
– Страшный сон? – мягко спросила Лана.
Я поняла, что мы почему-то находимся в одном спальном мешке, и я лежу сверху на Лане, положив голову на её груди. Она уже была одета, как, впрочем, и я… хотя я не помнила, ни как одевалась, ни как мы ложились в спальный мешок.
– Я… нет. Я не помню, – шёпотом ответила я, в ответ на её приглушённый тон, не понимая, почему мы шепчем.
Где-то справа от нас хрустнула ветка. Я вздрогнула. Лана натянула на мои плечи спальный мешок, мокрый от росы, и опять обняла меня одной рукой.