По законам природы (СИ)

— Знаешь, я никогда не пробовал наркоту, но сейчас ощущение, что происходящее даже хуже. Бред какой-то, — проговорил Ти, играя пальцами. — А ты… правда ни с кем никогда не был в отношениях?
— Именно в отношениях — никогда. С такими, как я, ведь удобно переспать один раз, чтобы запах не лип, — тихо произнёс он, поглаживая руку Тайлера и грустно улыбаясь. — Каково это вообще — быть гаммой? У нас тут есть один, но он не признаёт свою двуполость и встречается только с омегами. А ты, выходит, на два поля?
— Быть гаммой… — повторил Тай, снова начав разглядывать небо. — Не знаю, мне кажется, всё зависит от исходных данных. Если семья нормальная, то быть гаммой — то же самое, что быть омегой или альфой. Думаю, это и бет вполне касается. Но у меня не было нормальной семьи. И с возрастом я не определился. Просто в какой-то момент понял, что мне всё равно: альфа, омега, гамма или бета — неважно. Лишь бы интересно было. И я не о сексе говорю.
Ти протянул вторую руку и стал поглаживать ею кисть Эри, чуть улыбнувшись.
— Кстати, я встречал постоянные пары с бетами, обычно с омегами. Так что вполне есть те, кому на феромоны становится плевать, когда они узнают человека поближе. Не понимаю, почему ты считаешь, что вообще никому не можешь понравиться. Может, тебе просто не повезло встретить такого омегу? Ведь беты всё же ближе к альфам, хоть какая-то определённость…
— Потому что мне хорошо внушили, что беты — ошибка природы. Потому что остальные росли в приюте, оставшись без родителей вообще, а бетам достаточно только родиться, чтобы от них отказались. И… ещё у меня был друг. Бета. Он решился на отношения, свадьбу, ребёнка, а в итоге его бросили. А он всё равно был счастлив. Просто потому что ему оставили этого самого ребёнка. Да и встречался я кое с кем, если это можно так назвать. Омега из обеспеченной семьи. Но, как выяснилось, он всего-то ходил налево от ревнивого мужа. И в моей жизни таких было несколько, кому нужен был секс без запаха. Теперь мне в этой жизни не нужно никаких… отношений. Я решил жить ради Дари. Ну и теперь ещё ради этого, — Эри продвинулся поближе к Таю, выпутав руки и обвив ими всего его, позволив гамме опереться на себя, и вернул свои пальцы в его. Сидеть сразу стало приятнее. — Очень классно.
Ти с удовольствием приник к бете, вдыхая его запах и обдумывая всё услышанное.
— Необязательно быть бетой, чтобы тебя бросили. Мой папа…
Тай запнулся и надрывно выдохнул, немного помолчав, но решил, что уж кому, а своему истинному рассказать можно. А потому начал он поникшим голосом, закрыв глаза и прижимаясь к Эри:
— Мой папа был глубоко верующим. Ходил по субботам в церковь, соблюдал посты. Так мне рассказывали. Не знаю подробностей, но у него случился роман с альфой — главным священником его прихода. Папа залетел, конечно же, нежелательно. А тот священник принёс обет безбрачия, так что дал моему папе немало денег, чтобы он скрылся где-нибудь подальше и не позорил его. В детстве я много раз слышал, что если бы не вера в то, что Бог его накажет, папа сделал бы аборт. Что я неправильный, двуполый. Что я сломал ему жизнь. Уже в четыре года он называл меня шлюхой, потому что я любил общаться со взрослыми людьми и лез буквально к каждому.
Гамма снова помолчал, немного пожевав губы.
— Ненавижу это слово, — сдавленно процедил он. — В итоге в пять лет родители моего папы заставили его отдать меня им. Он и оставил. И больше не приезжал. Никогда. А я всё равно его ждал… Видишь? Не нужно быть бетой, чтобы тебя не любили, ведь множество бет воспитываются в семьях. И множество альф и омег живут в приютах. Просто если ребёнок нежеланный, родители найдут причину от него отказаться…
— Везучие мы с тобой, да? — совершенно невесело проговорил Эриал, пытаясь зарыться носом в волосы Тая. — Отказники с неправильным полом, а теперь ещё и с этой… аномалией.
Истинности своей с этим гаммой Эри всё никак не хотел признавать, стараясь убежать от мыслей об этом. Но желание переспать скрыть уже не мог. Слишком сильно оно было, а бороться было невозможно. К тому же, феромон Тайлера с каждой секундой чувствовался острее.
— Можешь ещё раз сказать, какой у меня запах? — спросил Эри. — И он… серьёзно усиливается, когда мы так сидим?
Тайлер втянул воздух поглубже и слегка улыбнулся.
— Усиливается, ещё как. У тебя запах костра в рассветном лесу, я так себе это представляю. Как будто роса выпала поутру, а кто-то решил запалить огонь на влажных дровах. Ещё присутствует нечто похожее на запах жареных каштанов, сладковатый такой. Сколько ездил по миру, ни у кого таких запахов не чувствовал. Мне очень нравится.
От представления такого аромата Эриал и сам замечтался, теперь решив, что если они таки переспят, то от Тайлера он почувствует именно свой собственный запах вперемешку с вишнёвым. Вышло бы нечто восхитительное.
Гамма чуть отстранился, чтобы слегка насмешливо посмотреть бете в глаза.
— Ты хоть понимаешь, почему тебя так бесит шоколадный запах на мне?
— Потому что я не люблю шоколад? — ответил бета первое пришедшее на ум.
Ти тихо хихикнул и отрицательно покачал головой, после чего приблизился к лицу Эри. Запах и прикосновения буквально с ума сводили, а мысли, тешащие сейчас самолюбие, и вовсе заставляли действовать наперекор здравому смыслу.
— А мне кажется, ты просто ревнуешь. Ведь я должен быть твоим. С твоим запахом. И вот какая штука: теперь я тоже хочу, чтобы мой запах был на тебе.
Подавшись вперёд, Ти прильнул к губам беты, подрагивая в его руках от нахлынувших эмоций. Поцелуй практически сродни оргазму приносил головокружительное наслаждение. Но всё ещё хотелось большего.
Эриал хоть и спал с другими ранее, но ничего подобного даже близко не ощущал при обыкновенном плотском контакте. Сейчас, казалось, сливались сами их души, а это был всего лишь поцелуй.
Приблизившись, он посильнее перехватил голову Тайлера, другую руку кладя ему на шею и сжимая. Принесённый плед упал на землю, но в нём уже не было необходимости, обоим и без того стало жарко и хорошо. Осознав, что феромон выходит на какой-то другой уровень восприятия, бета понял, что это самое настоящее возбуждение, которое в данный момент было слегка неуместным. Но прерываться совершенно не хотелось, поэтому Эри только сильнее сжал объятия, отстранившись от губ, и, борясь со сбивчивым дыханием, ответил:
— Называй как хочешь, но я правда не стерплю и разобью нос любому, кто оставит на тебе свой запах.
Тай неровно выдохнул, глядя в янтарные глаза. Он-то хоть и любил секс и поцелуи, но такого, как с Эри, не было ни с одним предыдущим любовником.
— Я тебя услышал, — прошептал он. — Пусть так. Мне кажется, после всего этого я уже никого другого и не захочу, Эриал.
Гамма привстал, чтобы пересесть к бете на колени и снова прильнуть к его губам, прижимаясь сильнее и крепко обнимая, впиваясь пальцами в его плечи и шею. Но в голове всё равно крутился страх перед эмпатией, и только это не давало Таю начать раздеваться прямо здесь и сейчас.
— Нам как-то… надо это… остановить, — пытался сказать он, прерывая поцелуй, но через каждые пару слов снова его продолжая.
Однако бете лишь ещё больше хотелось зацеловать Тайлера полностью. Отстраниться он пытался несколько раз с переменным успехом, и на последней попытке всё-таки получилось, тогда он придержал гамму за плечи и посмотрел ему в глаза.
— Или ты сейчас встаёшь и уходишь к себе, спокойно засыпая, или я раздену и отымею тебя здесь и сейчас, — не отдавая себе отчёта, строго выговорил Эриал.
Вторая часть предложения была более чем заманчива, но где-то изнутри сознание настойчиво кричало «не надо!», а потому Ти медленно сполз с коленей беты, с трудом обретая равновесие на ватных ногах.
— Спокойно уснуть у меня вряд ли получится, — виновато улыбнулся он. — Но лучше мне и правда уйти. Я хочу тебя, честно, но мне страшно от всего этого…
Эриал ничего не ответил, ведь хотел только запротестовать и вернуть гамму себе на колени. Но пришлось всё же молча согласиться с его словами, отпустив окончательно.