На практике у врага

Кажется, магистр хотел от меня именно этого. Потому что в тот же момент он открыл папку, достал листы и начал читать.
Мне оставалось только удивленно хлопать ресницами. Раненый полуголый Ару стоял посреди уютной гостиной со светлыми стенами и таким же светлым… то есть уже залитым кровью диваном и как ни в чем не бывало читал мой отчет. Алые ручейки стекали по его животу, и мне пришлось сделать над собой усилие, чтобы не провожать капли крови взглядом.
  
Я дала себе мысленную оплеуху. Что я делаю?! Не нужно его так разглядывать, лучше вообще на него не смотреть! Но я должна была признать, что даже злой и раненый мой учитель чертовски хорош… Удивительно только, как он на ногах стоит после такой кровопотери.
В этот момент Ару бросил отчет на стол передо мной и холодно сказал:
– Ты перечислила не все признаки, по которым могла определить уровень Адских врат. Не зачтено. Вон отсюда.
Что? Я искала его по всей Академии, бежала сюда через незнакомый город, а теперь он не принял мой отчет?! Чувствуя, как внутри начинает клокотать злость, я оглядела стол. А затем решительно придвинула к себе пачку листов, чернильницу и заявила:
– Никуда я не пойду. Останусь здесь и буду переписывать отчет до тех пор, пока вы его не примете.
Во взгляде Ару снова вспыхнула ярость. Сгустки пламени уже были готовы сорваться с его пальцев. Но в следующий миг его лицо исказилось от боли. Учитель резко отвернулся от меня и, пошатываясь, добрел до дивана. Затем он рухнул на него как подкошенный и прижал к ране какую-то тряпку.
Я и сама не поняла, как оказалась рядом. Зачем? Я же не умею лечить… Ару взглянул на меня исподлобья и прохрипел:
– Уйди.
– Вам нужна помощь, – возразила я.
– Не твоя. Уйди.
Больше ничего сказать я не успела: раздался настойчивый стук в дверь. Учитель закрыл глаза и приказал:
– Открой. Если это не Руперт, гони в шею.
Я послушно развернулась и направилась к двери, перешагивая через лужицы крови. Немного повозилась с замком и поспешно распахнула ее. А потом удивленно воззрилась на вновь прибывшего.
Нет, выглядел он вполне обычно: красавец-блондин чуть выше меня ростом, с собранными в хвост волосами цвета льна, яркими зелеными глазами и улыбкой, от которой придворные дамы Западной столицы таяли, как снег под весенним солнышком. Я оглядела серый костюм из дорогой ткани и подавила желание ущипнуть себя за руку. Меньше всего я ожидала увидеть на пороге именно этого Руперта.
Руперт ре Кайрас, двадцатипятилетний гуляка и повеса, которого знали во всех игровых домах и борделях Инрешвара, уставился на меня с нескрываемым удивлением и спросил:
– А где Рой?
Я посторонилась, пропуская его в комнату. Ре Кайрас вошел и закрыл за собой дверь. Затем стремительно приблизился к дивану, на котором лежал учитель. Ару отнял от раны окровавленную тряпку.
– Ну ты и… – яростно произнес гость. Дальше последовал поток ругательств.
Ару оборвал его:
– Следи за языком.
Ре Кайрас повернулся ко мне и предельно вежливо сказал:
– Простите, леди.
После этого он повернулся к Ару и начал доставать из сумки пузырьки и мази. Учитель кивнул в мою сторону и приказал:
– Отправь ее в Академию.
Я тут же снова села за стол и заявила:
– Ну уж нет. Я не уйду отсюда, пока не переделаю отчет и вы его не примете.
Ре Кайрас внезапно хихикнул:
– Она пришла сюда, чтобы сдать отчет о практике?
– И я убью того, кто дал ей адрес, – процедил Ару.
Его приятель рассмеялся и махнул рукой:
– Пишите, леди. Сейчас я приведу в порядок вашего учителя. А то ему в ночную смену сегодня.
Я отвернулась к столу и макнула ручку в чернильницу. Появление ре Кайраса, как ни странно, принесло облегчение. Хоть одно знакомое лицо. Только что же он делает в Эйенкадже? Он не огненный. И три года назад, когда я видела его в последний раз, он бегал за очередной юбкой, в перерывах развлекаясь в борделях и проигрывая состояние отца. Неужели за это время успел остепениться? Не верю.
Словно отвечая на мои мысли, Ару спросил:
– Как прошла ночь?
– Заметили странную активность возле дома одного из каменщиков в северных предместьях. Поставили наблюдателей, людей расселили по родственникам. Возможно, удастся избежать открытия врат. И так, по мелочи. Сняли стаю полиморфов в трущобах. Вероятно, из тех врат десятого уровня, которые не сразу заметили.
Он что, был в патруле?! И он будет лечить Ару? Ре Кайрас умеет делать что-то полезное?
Усилием воли я постаралась выбросить из головы посторонние мысли и вернуться к отчету. Я перечитала его еще раз и с тяжелым вздохом начала писать новый отчет.
Ару за моей спиной зашипел от боли, а ре Кайрас с тяжелым вздохом сказал:
– О чем ты думал, Рой?
– Не при ней.
Это, само собой, он про меня.
– Она уже видела слишком много…
И совершенно ничего не поняла. Откуда эта ужасная рана, почему Ару скрывает ее и почему не вызвал лекаря?
Мои размышления были прерваны очередным стуком в дверь. Ре Кайрас отправился открывать, а я не выдержала и оглянулась на своего учителя. Тот все еще сидел на диване без рубашки и, морщась, наносил на рану темно-зеленую мазь. Перед ним стоял таз с алой от крови водой, а все пятна с дивана и пола были тщательно убраны. Похоже, магией его приятеля.
Ару поднял глаза на меня, и я почувствовала, что краснею.
– Отвернись, – холодно приказал он.
Я отвела взгляд. Ре Кайрас как раз закрыл дверь. Он взмахнул жёлтым конвертом и мрачно сообщил:
– Кажется, у нас проблемы.
Я увидела на послании большую печать и нахмурилась. Что случилось на этот раз?
Мой учитель, похоже, узнал печать. Он сразу нахмурился.
– Рвануло в предместьях?
Ре Кайрас ответил:
– Да, но нас вызывают не туда.
После этого он бросил странный взгляд на Ару. Тот покосился на меня и поторопил его:
– Говори как есть.
Его приятель тоже покосился на меня и негромко сказал:
– Отмеченный Адом в особняке на улице Паскуаля…
С лица моего учителя сбежала вся краска. Я в ужасе смотрела на ре Кайраса и не верила своим ушам.
– Какой дом? – безжизненным голосом спросил Ару.
– Девятый, – признался блондин.
В следующий миг мой учитель уже был на ногах и застегивал белую рубашку. Его товарищ подошел к комоду и начал рыться в одном из ящиков. Я повернулась к начатому отчету и заметила, что поставила на листе жирную кляксу. Дрожащей рукой отложила ручку.
Об Отмеченных Адом я только слышала. В Инрешваре они появлялись крайне редко, в Шайере – чаще, но на такие задания вызывали лучших опытных магов. Похоже, мой учитель считался здесь таковым. И я в это охотно верила. Но куда собирается Руперт ре Кайрас?
Я ощутила движение за спиной и обернулась. Ару стоял совсем рядом, уже одетый в рубашку и жилет, без единого пятна крови на брюках. Затягивая ремни портупеи с артефактами, он посмотрел на меня непроницаемым взглядом и равнодушно произнес:
– Поднимайся. Ты идешь с нами.
– Я?
Сначала я подумала, что ослышалась. Но Ару повторил:
– Вставай. Хотя нет. Ты можешь остаться здесь. Отчет ты не сдала. Поставлю прогул за сегодняшнюю практику – и можешь возвращаться в свой уютный Инрешвар, где отмеченных Адом почти нет.
Я тут же оказалась на ногах и заявила, возмущенно глядя ему в глаза:
– Вы не имеете права брать на такое опасное задание практикантку!
– Ты в Эйенкадже, девочка. Здесь в усмирении Отмеченных участвуют все, чья магия прошла хотя бы половину круга обращений. Или вылетают из Академии.
С этими словами он отвернулся и подхватил с одного из кресел темно-коричневый сюртук. Я невольно коснулась медальона в виде половинки круга на своей шее и поймала сочувственный взгляд ре Кайраса. А затем будто со стороны услышала свой голос.
  
– Я пойду с вами.
Кровник резко обернулся и смерил меня взглядом. Затем спокойно кивнул:
– Отлично. Руперт, дай ей артефакты и оружие.