Волк погибшей империи (СИ)
Именно здесь находился скромный двухэтажный дом с маленьким садом, арендованный семьей бывшего главнокомандующего вооруженных сил Юга России Антона Ивановича Деникина. Здесь он проживал со своей женой и дочерью, хотя и не мог похвастаться уединением. Немцы, прекрасно зная авторитет генерала и то влияние, которое он может оказать на позицию сотен тысяч русских эмигрантов, не пожелали оставить его без своего внимания и достаточно плотного контроля. Постоянно за домом и кругом общения Деникина следило не менее двух агентов гестапо. В итоге, чтобы не подставить никого из своего окружения Антон Иванович превратился в своего рода отшельника. Хотя благодаря газетам общее представление о происходящем в мире имел. Изменения в германском руководстве, прекращение военных действий на Восточном фронте и заключение перемирия с СССР, никак не отразилось на политике немецкой оккупационной администрации во Франции. Рейх не только не собирался возвращать свободу французам, но наоборот, рассматривал эту страну, как стратегическую часть Рейха в борьбе за место под солнцем. А посему не произошло и никаких изменений в режиме наблюдения и за Деникиным.
Появившийся в Мимизане сразу после полудня молодой человек наверняка бы привлек к себе пристальное внимание горожан. И дело отнюдь не в его костюме, который вполне соответствовал местной моде, или слишком уверенном для нынешних времен взгляде. Просто очень нечасто появлялись здесь незнакомцы в последнее время. И каждое новое лицо автоматически привлекало внимание. Но было в этом человеке что-то такое, что заставляло взгляд буквально соскальзывать с его фигуры и забывать о нем тотчас же, как только это происходило. Человек не был невидимкой, его видели не только местные пейзане или торговцы. Он благополучно миновал несколько уличных постов немецкой жандармерии, не обративших на него ни малейшего внимания и не посчитавших его достойным интереса. Путь его лежал к дому бывшего русского генерала. Но даже агенты гестапо, несшие круглосуточное дежурство неподалеку, не смогли заметить его появления. Обоих наблюдателей неожиданно сморил полуденный сон прямо в машинах. Видимо, солнце в тот день припекало особенно жарко. Так никем и не замеченным человек дошел до нужного порога и аккуратно постучал в двери.
Надо сказать, что неожиданный визит незнакомца поначалу не встретил у генерала какой-либо симпатии. Настороженностью лучились и глаза его жены, также вышедшей навстречу гостю. Но прекрасный русский язык, брошенное вскользь упоминание о крепком сне, сморившем надсмотрщиков, а также заявление, что визит вызван вопросами, касающимися дел Российской империи, вызвал некоторое любопытство. Не так уж много развлечений было у генерала в последнее время. Посему неожиданный визитер удостоился беседы в столовой с чашкой чая, поданному согласно русским обычаям.
Деникин, которому немного осталось до семидесятилетия, все еще выглядел довольно крепким человеком. На блестящем абсолютно голом черепе особенно выделялись кустистые черные брови над внимательными глазами, резко контрастировавшие с совершенно белыми от седины и топорщащимися в стороны холеными усами и аккуратной стриженой бородкой клинышком. Несмотря на всю неожиданность визита встретил генерал гостя в добротном темном костюме и белоснежной тщательно выглаженной рубашке. Довершал образ аккуратно повязанный галстук. Даже дома Деникин не позволял себе ходить с расхлябанном халате. Старая школа, увы, давно забытая во времена Ивана. А как читатель наверняка догадался, визитером был именно он.
- Ну-с, молодой человек, чем обязан столь неожиданному визиту ко всем забытому старику? - Начал разговор Деникин после того, как обязательные политесы были выполнены, и сделан первый глоток крепкого ароматного чая, поданного Ксенией Васильевной, женой генерала.
- Ну не прибедняйтесь, уважаемый Антон Иванович. Какой же Вы старик, и уж тем более всеми забытый? Думаю мало найдется людей, пользующихся сравнимым с Вами авторитетом и уважением среди покинувших Родину соотечественников. Да и насчет молодого человека Вы явно погорячились. Я конечно чуть моложе вас, но шестой десяток разменял.
- Неужели? Никогда бы не поверил. Я бы на вид Вам дал чуть менее тридцати. Какие-то особые секретные техники сохранения молодости, или просто природа вас так наградила?
- Вы мне не поверите и даже наверняка сочтете шарлатаном, но уж больно не хочется ходить вокруг да около и вешать Вам лапшу на уши. Скажите, Антон Иванович, хотелось бы, положа руку на сердце, прожить еще одну жизнь, постаравшись исправить все совершенные по глупости и молодости ошибки? Да, есть технологии, позволяющие не только вернуть внешнюю молодость и здоровье, но и продлить существенно жизнь. И я ими владею. Но пока Вы мне совершенно естественным образом не поверите. Потому давайте начнем с другого. Что Вам известно о последних событиях в мире и на нашей с Вами Родине?
- Уж не Мефистотель ли Вы, молодой человек? Больно посулы на классику смахивают. Кровью подписаться предложите?
- Бог с Вами, генерал, как можно. К сатанинским да и божественным проявлениям мой визит, уверяю Вас, не имеет ни малейшего отношения. Как и любой человек был в свое время рожден вполне земным образом. Да и потом как-то с высшими сферами не довелось. И все же поделитесь, что Вы знаете из важных новостей за последнее время?
- Как Вы наверное догадываетесь, источников новостей здесь не так много. В основном местные, иногда центральные газеты. Слышал, что немецкая авантюра против СССР закончилась неожиданно быстрым провалом. Пишут, что разом кто-то уничтожил всю нацистскую верхушку в Германии и задаются вопросом, каких изменений следует ждать в политике нового руководства Германии. Кажется, новым фюрером стал Борман. Еще ходят слухи о каком-то непонятном союзнике Совдепии, который помог Сталину справиться с немцами. И еще слышал, что Сталин объявил амнистию для всех русских эмигрантов, которые не воевали с СССРией после 24-го года.
- Ну вот. Вы оказывается, Антон Иванович, даже сидя в этом медвежьем углу, прекрасно обо всем важном информированы. А прибедняетесь. Признаться, мне даже нечего существенного добавить. Разве что кроме некоторой конкретики произошедшего.
- Даже так? Было бы очень любопытно послушать.
- Только у меня просьба, Антон Иванович. Все сказанное только для Ваших ушей. По крайней мере до того момента, когда обо всем будет объявлено официально. Вашего слова будет достаточно.
- Даже не для моей супруги?
- Вы знаете, а давайте пригласим Вашу супругу к нам присоединиться, все сказанное далее будет касаться ее ничуть не в меньшей мере. А вот, что касается всех прочих, хотелось бы обойтись без лишних слухов.
- Хорошо, у Вас есть мое слово, продолжайте. - Эти слова были произнесены после того, как за столом к беседе присоединилась настороженная хозяйка дома. Все же женщины обладают намного более развитой интуицией. Жена Деникина смотрела на Ивана, а сердце зашлось в какой-то щемящей тревоге и одновременно надежде. Она уже поняла, что с появлением на их пороге неожиданного незнакомца прежняя жизнь закончена. А вот что принесет с собой новая?
- Дело в том, что источник всех бед фашистов, как и причина безвременной гибели фюрера со товарищи сейчас сидит перед Вами, генерал. И не стоит так удивляться. Понимаю, что звучит невероятно, но я это именно тот тайный союзник Сталина, который положил конец войне с Россией. Дело в том, что я не из этого мира. Я родился в России, только в тысяча девятьсот шестьдесят седьмом году.
- Вы из будущего? - Удивленно переглянувшись с супругой, проговорил генерал.
- Но как такое возможно?
- Не стоит считать меня сумасшедшим, я вполне серьезен и, полагаю, адекватен. Давайте я Вам вкратце поведаю свою историю, а потом Вы зададите мне все интересующие Вас вопросы.
- Хорошо, обязуюсь Вас больше не перебивать.
Рассказ Ивана затянулся на два часа. Его действительно никто не перебивал, лишь Ксения Васильевна иногда зажимала рот ладошкой, сдерживая рвущиеся возгласы в самые драматические моменты истории. Наконец рассказ был окончен, и за столом установилась тягучая тишина. Иван сказал все, что хотел на данный момент, а Деникин все еще не в силах осознать услышанное и тем более поверить в правдивость рассказа, пытался привести мысли в порядок. Он даже с некоторым волнением покосился на дверь дома.