Волк погибшей империи (СИ)
- Значит договориться? Хорошо, мы подумаем. Давайте встретимся еще раз через несколько дней. Мне нужно во всем Вами сообщенном и переданном разобраться. Хоть вопросов и сейчас море, но не стоит все в одну кучу мешать. Можно будет встретиться здесь же. Есть какой-нибудь более простой способ с Вами связаться, чтобы второй раз товарища Зорина медалью не награждать?
Все-таки у Сталина было отличное чувство юмора.
- Да, в планшете есть на экране иконка. "Связь с Зориным" называется. Нажмете и соединитесь. Если я буду вне досягаемости, мне передадут при первой возможности. Или перезвоню, или Вы просто оставьте для меня сообщение, когда и куда прибыть.
- Договорились, товарищ Зорин. Мы с Вами обязательно свяжемся. Может быть, Вы нам и корабль свой покажете?
- В любой момент товарищ Сталин. Даже с женами познакомлю. Я бы Вам кроме корабля еще бы и станцию с удовольствием показал бы, вот где настоящие чудеса, но Вы ведь на перу дней не выберетесь.
- С женами? А ну да, Вы же говорили, что многоженец. - Напряженность, возникшая при обсуждении потребности в людях, ушла. Сталин снова повеселел.
- Так получилось, иначе было никак. Кстати, если рискнете прибыть на мой корабль, могу Вам и здоровье немного подправить. Лет на тридцать-сорок больше протянете. Глядишь, и успеете выстроить неубиваемую систему. Можете взять с собой кого захотите, но только тех, кого потом в Сибирь ради сохранения тайны прятать не придется.
- Подумаем, товарищ Зорин. И об этом мы тоже очень серьезно подумаем. Всего доброго.
*****
Три дня Сталин почти не появлялся в Кремле. Разумеется, он был в курсе всех основных событий на фронте и в тылу и даже ежедневно устраивал разносы множеству ответственных товарищей по телефону. Но все основное время он тратил на изучение информации на планшете, с которым практически не расставался. Даже спал урывками по два-три часа. Сталин был приятно удивлен, насколько четко и структурировано была представлена информация по множеству тем. История мира, история СССР, основные направления развития науки и техники до первой декады следующего века, подробная карта залежей природных ископаемых на территории СССР, да и не только СССР. За последнее Сталин был готов в ноги Ивану поклониться. Нефть, газ, золото, алмазы, редкоземельные металлы, уран, полиметаллические руды и многое другое. Это миллиарды и миллиарды сэкономленных народных денег на поиск и освоение месторождений. И что еще более ценно, это годы и годы, не потраченные впустую. Столь же ценным было четкое изложение основных технологических прорывов в последующие десятилетия. И это тоже сэкономленные миллиарды, и даже больше, это пропуск в мировые технологические лидеры. За все это товарищу Зорину стоило в ноги поклониться и памятник при жизни поставить. А основные направления мировой политики и взаимоотношения государств? Сталин отнюдь не считал себя наивным, да и не был таковым, но даже его поразило иезуитское коварство сегодняшних названных союзников, и в какой-то мере восхитила их тайная стратегия по установлению мирового господства. Теперь ему будет гораздо проще противодействовать этим планам. А кое-что не грех будет взять и на вооружение и реализовать самому раньше, чем это сделают оппоненты.
Прочитал Сталин внимательно и о технологических особенностях древней цивилизации Джоре случайным наследником которых стал потомок. Все эти фантастические технологии базировались на внедрении в человеческий мозг хоть и биологических по природе, но искусственных образований, симбионтов. Только они и усвоенные с их помощью базы знаний позволяли управлять всех техникой и оборудованием. Теперь он гораздо лучше понимал слова Ивана о невозможности применения этих технологий в этом мире. Для этого пришлось бы как минимум объявить СССР вассалом империи Джоре. К такому Сталин был не готов. Да и к установке симбионтов при всей привлекательности открывающихся перспектив отнесся крайне настороженно. Он вообще был крайне недоверчивым человеком. При этом с прекрасным воображением. Сталин достаточно легко мог представить себе, что симбионт способен нести в себе не только возможности развития мозга и управления техникой, но и контроля человеческого сознания. Прекрасный метод контроля и управления, но лишь для того, что досконально знает обо всех свойствах симбионта и управляет процессом их производства, программирования и внедрения. Согласиться на такое, это согласиться на потенциальный статус управляемой пешки. Сталин сомневался даже в отношении возможности пройти курс медицинского оздоровления и омоложения на инопланетном медицинском оборудовании при всех несомненных плюсах, которые эта процедура в себе несла. Хотя он и понимал, что эту битву с искушением он скорее всего проиграет. Уж слишком привлекательным было получить лишние пару десятков лет жизни для реализации его планов. А после ознакомления с информацией на планшете этих планов стало гораздо больше. А перспективы вырисовывались намного ярче и четче. Да, он уверен, что сможет теперь, полностью осознавая опасности перерождения советской элиты, не допустить такого развития событий. СССР не погибнет, став примером неудачного социального эксперимента. СССР, его СССР, победит в этой сложной, но справедливой борьбе. Уж если в том мире, понеся гигантские человеческие и материальные потери страна сумела добиться очень многого, то теперь она сможет добиться в десять раз больше. И это не будет страна за железным занавесом, как в том мире. Напротив, советский человек станет самым успешным, самым благополучным, в том числе и материально. А турист с советским паспортом станет самым желанным гостем в любой стране мира. Ну а с возможными нюансами вполне справятся компетентные органы НКВД. Или как там в мире Ивана, КГБ. Сталин покатал на языке непривычное название. Комитет государственной безопасности. А что, неплохо звучит, солидно и вызывает уважение. Да и суть стоящих перед организацией задач отражает более полно.
Последнее, до чего добрался на планшете Сталин, были фильмы. Память у Ивана после столь своеобразного внедрения симбионта стала абсолютной. В итоге все фильмы, которые довелось ему смотреть в своей жизни, в результате процедуры ментоскопирования были переписаны на кристаллы и стали доступны для просмотра. А искины, немного подкорректировав получившиеся информационные массивы и очистив их от ненужных шумов, смогли обеспечить вполне приемлемое качество этих образцов земного искусства. И уж совершенно точно для СССР начала 40-х годов эти фильмы стали недостижимой вершиной совершенства. Для начала Сталин просмотрел рекомендованную Иваном киноэпопею "Освобождение", впечатлился и ужаснулся одновременно. Затем переключился на советские кинофильмы более позднего периода. Ему важно было понять, какой была жизнь в этой стране после его ухода. Как она менялась, какие думы волновали создателей фильмов, что они хотели донести до своих современников. Сталин и сейчас считал кино важнейшим ресурсом идеологической борьбы и культурного воспитания народа. А потому все фильмы смотрел очень пристрастно. И перед ним куда лучше, нежели из официальной документальной хроники, и политических материалов, изученных ранее, разворачивалась картина постепенного, но очень планомерного убийства первого в мире социалистического государства. И что очень ценно, это был взгляд изнутри, с позиции простых советских людей. Он видел, как постепенно, год за годом, менялось их мировоззрение. Как от мечтаний о покорении просторов космоса и научных открытиях люди все больше и больше замыкались в своем маленьком мирке материальных и бытовых проблем. Как все больше и больше ширилась пропасть между простым рабочим человеком и партийно-государственной верхушкой. Как на экране героев труда все больше сменяли герои-прощелыги, способные достать дефицитные товары, пробить себе льготы и так далее, одним словом умеющие "устроиться по жизни". Особой болью резануло сердце, как воспринимали потомки его время и его личные усилия во главе государства. Какой изощренный ум мог настолько исказить действительность? Хотя он понимал и то, что не во всем потомки были не правы в своих жестоких оценках. Много допущено ошибок. И дорого они обошлись стране и народу. Но ведь было не только это. Ведь по сути все благополучие и спокойная уверенность в будущем, которая сквозила в людях до как минимум середины семидесятых годов, покоились именно на том, что создавали они сегодня. Как об этом можно было забыть? И тут же ловил себя на мысли о том, как они сами порой забывали все хорошее, что было до них еще в российской империи, выплескивая с водой из купели ребенка. Теперь он куда лучше понимал Ивана. Посмотрел Сталин и немало образчиков продукции Голливуда. В них его тоже в первую очередь волновал все тот же вопрос. Как и почему простой человек на Западе почувствовал себя более счастливым, чем советский человек. И как ему показалось, он нашел ответ на этот вопрос. И теперь он знал, что и как ему делать. В этом мире все будет иначе.