Агент

— Это, батенька, не наш метод, — заявил он. — Нехорошо!
— Понимаете, Владимир Ильич, шпиона поймал, — сказал Камо в оправдание.
— Всё равно нехорошо, — строго повторил Ильич. — Нельзя так делать. Нужно пгидумать что-то другое. Мы обязаны уметь разбираться в людях.
Тяжко вздыхавший Камо покинул кабинет, подмигнув Авинову. Оставшись наедине с Кириллом, Предсовнаркома радостно потёр руки:
  
— Отлично поработали, товарищ Юрковский! Я имею в виду Свегдлова. А о недоразумении с Дзегжинским забудьте. Больше такого не повторится!
— Мне хватило одного раза, Владимир Ильич, — усмехнулся Авинов.
Посмеявшись немудрёной шутке, Ленин заговорщицки подмигнул Кириллу и сказал:
— А мы, товарищ Юрковский, не только плохое помним, но и хорошее не забываем! Будем считать, что в ЧК состоялся ваш экзамен на революционную стойкость, который вы с честью выдегжали! А переживания и потери мы вам возместим — вас, товарищ Югковский, я вписал в наградной лист ВЦИК. Кстати, познакомьтесь!
Отворив дверь в зал заседаний Совнаркома, Ильич окликнул степенного мужчину с аккуратной бородкой, смахивавшего на деревенского старосту.
— Калинин, Михаил Иванович, — представил его Ленин, — рекомендован мною на пост нового пгедседателя ВЦИК. Это человек, за которым двадцать лет партийной работы; сам он — кгестьянин Тверской губернии, имеющий тесную связь с крестьянским хозяйством… Петроградские рабочие смогли убедиться, что он обладает умением подходить к широким слоям тгудящихся масс…
— Ну скажете тоже, — засмущался Калинин.
— Всё правильно! — весело сказал Авинов и протянул руку: — Юрковский, Виктор Павлович.
— Очень приятно, — расплылся в улыбке «всероссийский староста». [125]
А штабс-капитан подумал, что Ильич сделал правильный выбор: недалёкий и вялый Калинин станет совершенно ручным председателем. Никаких хлопот с ним. Чем плохо?
Прения сторон по выдвижению на пост председателя ВЦИК длились долго. Ленин никого не слушал — он вставал с места, ходил, писал, сидя на подоконнике, разговаривал то с одним, то с другим, а после сказал: «Рекомендую Калинина Михаила Ивановича», — и прения закончились. И все дружненько проголосовали «за»…
…Вечерком Кирилл заглянул в «Подполье». Причин тому было несколько. Его вызвал «Буки ноль два»… И надо же было обмыть новенький орден «Красное Знамя»! [126]
— Поздравляю! — ухмыльнулся Стогов, поглядывая на бант с большевистской наградой.
— Служу революции! — ответил ему Авинов в тон.
— Так и до наркома дорастёте…
— Не успею, надеюсь!
Посмеявшись, Буки принял строгое выражение.
— Есть дело, — веско сказал он. — Важное дело. Необходимо срочно связаться с повстанцами в Тамбовской губернии. Поступила секретная информация — генерал Мамонтов отправится в рейд по красным тылам. Казаки доберутся до Тамбова и Козлова и смогут передать восставшим крестьянам «подарки» от Корнилова — пару броневиков, десяток орудий, боеприпасы… Понимаете? «Тамбовские волки» станут настоящей армией — за линией фронта!
— Понимаю… — затянул Кирилл. — И вы хотите, чтобы я наладил связь с повстанцами?
— Да! Да, Веди. Это сложно, это опасно, но и важно чрезвычайно, — сказал Стогов, волнуясь.
— Понимаю… — повторил Авинов. — Хм, озадачили вы меня, однако… Ладно, сделаю попытку. Под Тамбовом формируется 1-я Конная армия, Сталин туда регулярно наведывается. Напрошусь к нему в помощники. А вот и вам задачка, — он протянул Буки папиросу со свёрнутым в трубочку-мундштук донесением. — Отправьте это в Центр.
 
Фите
 
10 октября из Москвы в Екатеринодар отбывает боевая группа С. Тер-Петросяна (Камо) в составе 16-ти человек. Согласно письму В. Ленина в Реввоенсовет Республики, [127] данный «Международный смертельный летучий отряд пролетарского гнева» сформирован для диверсий в нашем тылу и ликвидации Корнилова, Деникина, Врангеля, Шкуро, Эрдели, Слащова. Камо просил, чтобы ЦК РКП(б) выделил ему в отряд старых большевиков, но Ленин предложил использовать комсомольцев и молодых членов партии. Все они получили выписки из приказа по Кремлёвским пулемётным курсам о завершении учёбы и подготовились для заброски в тыл врага.
 
Бойцы отряда одеты как выходцы из богатых семей. Идут с грузом золота, валюты, динамита, николаевских денег, оружия и патронов для подпольной организации. Линию фронта перейдут в районе станицы Урюпинской, а из Царицына отправятся на поезде в Екатеринодар по надёжным документам. Особое внимание обратить на С. Тер-Петросяна и А. Новикову, награждённую часами от Реввоенсовета РСФСР «за проявленную доблесть». Оба вооружены и очень опасны.
 
Веди 05.
 
  
Глава 19
 
ТАМБОВСКИЕ ВОЛКИ
 
 
Сообщение ОСВАГ:
 
15 октября войска Восточного фронта перешли в наступление. Сибирская армия генерала Гайды в три дня опрокинула 2-ю и 3-ю красные армии, стремительно овладев городами Ош и Оханск. Башкирская дивизия князя Голицына с боями взяла город Вятку. Западная армия генерала Ханжина ударила по флангу 5-й красной армии. Уральская армия атамана Дутова разгромила в Абищенске 25-ю дивизию Чапаева (чапаевцы перепились!). Волжский корпус генерал-майора Каппеля нанёс сокрушительный удар красным, вернув Казань и заняв Нижний Новгород. Благодаря поддержке трудящихся, сформировавших Сормовскую рабочую дивизию, удалось добыть весьма ценный трофей — не менее 444 миллионов рублей золотом из запасов Российской империи.
 
До середины октября Авинов прожил в напряжении — дата, на которую Мамонтов намечал свой рейд, неумолимо приближалась, а вот способа, как выйти на повстанцев, Кирилл всё не находил. Но и работалось ему хорошо, «отчётливо», как говаривал Стогов, — «комиссар Юрковский» в должности помощника Сталина слушал такие разговоры наркомов и держал в руках такие бумаги, что бедный Исаев едва поспевал передавать бесценные сведения курьерам, шмыгал по явкам, как челнок. Авинов мало-помалу приспосабливался — снимал совсекретные документы на фотоплёнку, потом резал её на кадры, скручивал и рассовывал по мундштукам папирос.
Бывало, что его гонцов проверяли на военно-контрольных пунктах в прифронтовой полосе, но курево не отбирали — куды ж мужику без цигарки? Хотя, в общем-то, «шмон» наводили редко — Кирилл дорожил своими посланцами. Он доставал для них пропуска через военспецов Буки-Стогова в отделе ЧК, что в Чернышевском переулке, рядом с Тверской.
Последняя неделя стала самой «урожайной» для агента «Веди 05», и та паника, которая поднялась в Кремле после наступления на Восточном фронте, была для него наградой куда высшей, чем орден «Красное Знамя».
…Забегая в аппаратную, Ленин диктовал срочную телеграмму в реввоенсовет Востфронта, срываясь на крик: «Всеми силами остановить наступление Каппеля! Если мы до зимы не завоюем Урала, то я считаю гибель революции неизбежной; напрягите все силы!»
Двадцать процентов коммунистов бросила партия на фронт, на восток шли и шли эшелоны питерских да московских рабочих, а комсомольцы сами рвались как один умереть за власть Советов.
Троцкий, почуяв момент, бросил клич, распечатанный в плакатах и газете «Правда»: «На коня, пролетарий!» [128]
Но тут уж Иосиф Виссарионович утёр нос Льву Давидовичу. Пока Предреввоенсовета кидал лозунги в массы, наркомнац потихоньку-помаленьку создавал большую конную армию, ударный стратегический «кулак», призванный сокрушать «белобандитские банды». Преследуя эту цель, Сталин пошёл самым коротким путём — он усилил Сводную кавалерийскую дивизию товарища Будённого. [129] Не просто повысил комдива до командарма, а придал ему несколько тысяч конников, автобронеотряд имени Свердлова, не пожалел пары бронепоездов и авиагруппы. А в Реввоенсовет 1-й Конармии ввёл старого своего приятеля — Клима Ворошилова.