Ноунэйм (СИ)

– О, киберы приперлись, ребята! – с издевкой сплюнул пионер. – Всё, мы спасены!
– Чувак, лучше скажи, что тут происходит, – спокойно попросил Кузнец. – Иронией ситуацию не выправить.
– Песец общеигрового масштаба происходит, вот что! – огрызнулся другой парень, совсем ещё октябрёнок. – Первый день в игре, и такое попадалово!
– А если точнее? – осторожно уточнила я и тоже выглянула из укрытия.
Выглянула, да так и зависла. Потому что разглядела наших противников. Вы когда-нибудь видели зомби-коммунистов? А зомби-коммунистов в боевых скафандрах с разнообразным набором оружия в руках? Вот я теперь видела. Причём вели себя эти существа на редкость благоразумно. От обычных игроков их отличала разве что запредельная бледность кожи, отсутствующий взгляд и красная аура, что окружала тела.
– Да вот эти черти, – пионер махнул головой в сторону зомби, – это же геймеры бывшие. Понятия не имею, откуда эта дрянь пошла, но смахивает на действие вируса. Те, кто контактирует с ними, тут же становится таким же.
– Ясно, и много здесь таких? – Артемий подключился к отстрелу наседающих тварей. – Слабые места есть? И почему сами не лечитесь?
– Так не действуют больше хилки[3], как и здоровье больше не отображается, – выпучив глаза на Агностика, ответил октябрёнок. – Вы что, не поняли ещё? Здесь реально могут грохнуть. Ты либо помрёшь, либо присоединишься к этой зомбированной армии.
– Прекрасный выбор, прям, как на всенародных голосованиях, – злобно прокомментировала я. – Так что по слабым местам?
– Голова, – подала голос девушка, что сидела поодаль, – как и в реале, попадание в голову решает все проблемы.
– Но вы так не действуете, – не спросил, константировал Кузнец.
– Да, с тех пор, как поняли, что это такие же игроки, как мы.
– А как вы это поняли? – выстрелив по ногам самому ближнему зомби, поинтересовался Тэм.
– Нас было пятеро, – тихо проговорил в ответ четвёртый выживший, тоже октябрёнок.
На несколько мгновений между нами повисла неловкая тишина.
– Нам нужно пробиться к зданию МВД, вы там были? – наконец, спросил Артемий.
– Там окопались бурачеши и держат оборону, – не отрываясь от боя, проговорил главный в их компании, тот самый пионер.
– Кто? Бурачеши? – от удивления у меня глаза на лоб полезли.
– Ага, у них там какой-то лидер объявился, он их и организовал, – ответил мне парень. – Зараза!
Он еле успел отскочить в сторону, как за остаток стены ввалились сразу два подстреленных тела. Корчась и отплёвывая кровавые сгустки, оба зомби продолжали тянуть к нам свои руки.
– Так, ребята, держите ключи, – я перекинула связку ключ-карт от моей квартиры в ТоталиГраде, – забейтесь туда и постарайтесь отсидеться до завершения всей заварушки. Руслан, у тебя есть запас патронов для их ружей?
– Я не благотворитель, – недовольно подняв глаза к остаткам потолка, ответил хакер.
Тем не менее, полез в инвентарь и принялся раздавать "птенцам" пачки с патронами для импульсных пистолетов. Самые элементарные, но пробиться в спальные районы хватит.
Я встретила этот его жест благодарной улыбкой. Сколько бы он не строил из себя отрешённого наблюдателя, но ничто человеческое Кузнецу не чуждо.
– Расходимся, – продолжая прицельно стрелять в разные части тел приближающейся толпы, скомандовал Тэм.
И с ним никто не стал спорить. Мы просто разбежались в разные стороны.
– Спасибо! – лишь успел поблагодарить кто-то из этой побитой, случайно попавшей в переплёт, четвёрки.
А потом я была вынуждена пригнуться и лавировать между руинами, чтобы не попасть под обстрел уже со стороны активизировавшихся зомбарей. Поняв, что добыча вот-вот ускользнёт, эти твари резко увеличили огневую мощь. Видимо, решили не присоединять нас к своим войскам, а попросту истребить.
Я совершенно не узнавала ТоталиГрад. По улицам, некогда шумным и наводнённым неписями да игроками, словно чума прокатилась. Настолько они были пустынны. Жути сюрреалистической картине добавляли тёмные проёмы окон и дверей проносящихся мимо домов, зловещее кряхтение толпы позади и полыхающее багровым светом небо.
 
Учитывая эти обстоятельства, дорогу до ГлавКа мы осилили не за час, а минут за двадцать. И на площадь перед монументальным зданием мы ввалились с тяжёлой отдышкой и впечатляющим хвостом из желающих с нами разобраться.
Правда, проход дальше нам преградила массивная стена из сваленной мебели, которую неизвестно кто вытащил из ближайших домов. Высотой в три метра эта, ощетинившаяся ножками столов и стульев, преграда оказалась для нас непреодолимой. Хотя бы потому, что сверху на нас начали сыпаться копья и стрелы.
– Так, это, видимо, те самые бурачеши, – проговорил Тэм, вжимаясь в стену и активируя над нами щит "Железный занавес". – Есть идеи, как будем пробиваться?
– Эх, сюда бы Ромку с его огнемётом! – мечтательно произнесла я.
– А вам, товарищ Искра, лишь бы народное имущество уничтожить! – обвинительно донеслось сверху.
И уж очень знакомы мне были эти интонации. Задрав голову, я убедилась в своей догадке. Феликс Эдмундович стоял на вершине оборонительной гряды и с явным неодобрением смотрел на нас. Затем развернулся, что-то гаркнул кому-то невидимому для нас. Тут же через стену была переброшена веревочная лестница, собранная из копий.
– Поднимайтесь уже, пока эти адепты неосоциализма до вас не добрались, – махнул лапкой Феликс и скрылся по ту сторону от преграды.
– А он изменился, – только и проговорил Кузнец, прежде чем ухватился за лестницу, фиксируя её в неподвижном положении. – Кира, вперёд!
Взобравшись на доски, что служили помостом для засевших сверху бойцов обороны, я огляделась. Площадь передо мной была забита палатками, среди которых то тут, то там горели костры. В тени постоянно кто-то передвигался и, приглядевшись, я поняла, что это не только лопоушки. В лагере нашли пристанище практически все представители местного бестиария!
– Кира, здесь не безопасно, двигайся! – Артемий подтолкнул меня вперёд. – Исследовать это чудо будем позже.
Спрыгнув по ту сторону преграды, я услышала, как сверху бурачеши-дозорные принялись обкидывать наших преследователей чем-то взрывным.
– Повреждённые почилини, – с глубоким уважением в голосе ответил на мой немой вопрос Феликс. – Они вызвались отдать свою жизнь во имя сохранения колонии.
– Товарищ Феликс, а теперь, будьте добры, объясните, какого чёрта тут происходит?! – приводя себя в порядок, задал вопрос Руслан.
Кот в ответ лишь устало хмыкнул и кивнул в сторону прохода между палатками, служащего здесь центральной улицей. Теперь у меня появилась возможность разглядеть моего драгоценного пета. Эдмундовичу явно тяжело далось одиночное плавание – вместо привычного боевого скафа на нём был надет военный китель, покрытый пылью, местами – копотью. Да и прихрамывал он, хотя старался это скрыть. Феликс вышагивал впереди нас, гордо задрав подбородок и отдавая команды пробегающим мимо мобам. Каждому – на разных языках, которых я в жизни не слышала.
– Феликс, ты что, вождём заделался? – осторожно поинтересовалась я.
– Когда всё здесь пошло крахом, пришлось самому поднимать упавшее знамя революции, – подтвердил мою догадку тот. – Мы пришли, здесь сможем спокойно поговорить.
И кот приглашающе откинул полог одной из палаток, что располагалась в центре этого внушительного лагеря. Внутренняя обстановка встретила нас спартанской аскетичностью – стол, стул и раскладушка с подушкой и тонким одеялом. Висящая под потолком лампа заливала это убранство тусклым светом.
 
– Долго же вас не было, – устало вздохнув, проговорил Феликс и уселся на столешницу. – Ещё бы чуть-чуть, и здесь бы вас встретили лишь угли да толпы оголтелых фанатиков.
– Так, стоп, Эдмундыч, начни сначала. Мы вообще не в курсе, что тут происходит, – потребовал Артемий, разворачивая стул и садясь на него верхом.
Я заняла место на койке, а Кузнец – у выхода, то и дело бросая взгляд наружу. Очевидно, так же, как и я, не мог смириться с тем, что ранее охотившиеся на нас твари теперь более адекватны, чем большая часть населения серва.