Хроники Нарнии. Начало истории

Наконец они дошли до особенно просторного зала, и Дигори подумал, что это, как сказали бы мы, вестибюль. И точно, в другом его конце были высокие двери то ли из чёрного дерева, то ли из чёрного металла – в нашем мире такого нет. Засовы на них располагались слишком высоко даже для королевы, и Дигори подумал, как же выйти, но она отпустила его, подняла руку и, гордо выпрямившись, что-то проговорила (звучало это жутко). Двери дрогнули, словно шёлковые гардины, и обрушились с диким грохотом. На пороге осталась кучка пыли. Дигори присвистнул.
– Так ли могуч твой учитель и хозяин? – спросила королева и снова сжала его руку. – Ну, это я узнаю. А ты запомни: вот что я делаю с теми, кто стоит у меня на пути.
Яркий свет и холодный воздух хлынули им в лицо (именно воздух, не ветер). Дети стояли на высокой террасе, с которой открывался удивительный вид. Да и небо над ними было необычным, солнце светило как-то тускло, стояло слишком низко, было очень большое и вроде бы старше нашего, словно устало смотреть на мир и вот-вот умрёт. Слева, повыше, светила большая звезда, так что нельзя было понять, ночь это или день.
– Гляди на то, чего никто не увидит, – сказала королева. – Таким был Чарн, великий город, столица властелинов, чудо света, быть может – чудо всех миров. Есть такие владения у твоего дяди?
– Нет, – сказал Дигори, но ничего объяснить не успел, ибо королева продолжила:
– Теперь здесь царит молчание. Но я глядела на город, когда он был полон жизни. И сразу, в единый миг, по слову одной женщины, он умер.
– Кто эта женщина? – несмело спросил Дигори, и без того зная ответ.
– Я, – ответила королева. – Я, последняя владычица мира, королева Джадис.
Дети молча стояли рядом с ней и дрожали от холода.
– Виновата моя сестра, – сказала королева. – Она довела меня, будь проклята вовеки! Я хотела её пощадить, но она не сдавалась. Всё её гордыня! Мы спорили о праве на власть, но обещали друг другу не пускать в ход колдовство. Она всё предрешила, когда попыталась навести на меня чары. Как будто не знала, что в этом я сильнее! Как будто думала, что я не воспользуюсь словом. Она всегда была слабой и глупой.
– Словом? – спросил Дигори. – Каким?
– Это тайна тайн. Прежние властелины были слишком мягки и глупы, чтобы её использовать, но я…
«Нет, какая гадина!» – подумала Полли.
– А как же люди? – спросил Дигори.
– Какие люди? – не поняла королева.
– Простые, которые здесь жили, – сказала Полли. – Они же вам ничего не сделали!
– Что за чушь! – воскликнула королева, не оборачиваясь к ней. – Они мои подданные.
– Не повезло им, однако, – тихо заметил Дигори.
– Я забыла, что ты и сам из таких. Тебе не понять государственных интересов. Запомни: то, что нельзя тебе, можно мне, ибо я великая владычица и на моих плечах судьба страны. Наш удел высок, мы одиноки.
Дигори вспомнил, что дядя произнёс те же самые слова; правда, сейчас они звучали убедительнее – должно быть, потому, что старик не так красив и величав.
– Что же вы сделали? – спросил Дигори.
– Я всех заколдовала. Ты видел: мои предки погружали в сон самих себя, когда уставали править, – вот и я, заколдовав всех, присоединилась к ним, чтобы спать, пока кто-нибудь не позвонит в колокол. Скажи, твой мир хоть немного веселее?
– По-моему, он гораздо лучше! – сказал Дигори.
– Что же, – промолвила королева, – идём туда!
Дети в ужасе переглянулись. Полли сразу невзлюбила её, Дигори же понял теперь, что при всей её красоте на Землю её лучше не брать, и, покраснев, пробормотал:
  
– Собственно, там… нет ничего интересного… Вам будет очень скучно… Смотреть не на что, знаете ли…
– Ничего, скоро там будет на что посмотреть.
– Нет-нет! – поспешно заверил Дигори. – Вам не разрешат у нас колдовать!
Королева презрительно усмехнулась.
– Глупый детёныш! Твой мир будет ползать у меня в ногах. Говори свои заклинания, и поскорей!
– Какой ужас! – шепнул Дигори растерянной Полли.
– Неужели ты боишься за своего дядю? – спросила королева. – Если он выкажет мне должное почтение, я сохраню ему жизнь и власть. Я не собираюсь бороться с ним. Наверное, он великий чародей, если сумел послать тебя сюда. Он король твоего мира?
– Нет, что вы! – возразил Дигори.
– Ты лжёшь, – сказала королева. – Все чародеи – короли. Разве может презренный люд овладеть тайнами? Хорошо, молчи, я и так всё знаю. Дядя твой – великий властитель и чародей вашего мира. Пользуясь своими чарами, он увидел в зеркале или в пруду отблеск моего лица и, пленённый моей красотой, создал магическое средство. Оно едва не погубило ваш мир, но ты попал сюда, преодолев пространства между мирами, чтобы умолить меня и отвести к нему. Отвечай, я угадала?
– Н-не совсем… – пробормотал Дигори, а Полли воскликнула:
– Совсем не угадали! Какая чепуха, честное слово!
– Это ещё что? – удивилась королева и ловко схватила Полли за волосы на самом затылке, где больнее всего, и при этом, конечно, выпустила её руку.
Крикнув друг другу: «Быстрей!» – дети схватили свои кольца. Надеть их не пришлось – зачарованный мир сразу исчез, откуда-то сверху забрезжил мягкий зелёный свет.
 
Глава шестая
 
Как начались несчастья дяди Эндрю
 
– Пустите! Пустите! – крикнула Полли.
– Я тебя и не трогаю! – сказал Дигори, удивившись, что она обращается к нему на «вы».
И головы их вынырнули из пруда в светлую тишь леса. После страшной и дряхлой страны, из которой они спаслись, он казался ещё более радостным и мирным. Если бы могли, снова забыли бы, кто они, и погрузились в сладостный полусон, слушая, как растут деревья, но им мешало немаловажное обстоятельство: выбравшись на траву, они обнаружили, что королева, или колдунья (зовите её как хотите), уцепилась за волосы Полли. Потому несчастная девочка и кричала: «Пустите!»
Дядя Эндрю не сказал им и не знал, что кольцо совсем не нужно надевать, можно даже его не трогать, а просто коснуться того, кто его надел. Получается вроде магнита: одно кольцо вытащит всё остальное, как намагниченная булавка – мелкие предметы.
Теперь, в лесу между мирами, королева изменилась – стала бледнее, настолько бледнее, что красота её поблёкла. Дышала она с трудом, словно здешний воздух был ей противопоказан. Дети почти совсем не боялись её.
– Отпустите мои волосы! – воскликнула Полли. – Что вам нужно?
– Да, пустите её! – поддержал Дигори. – И немедленно!
Вдвоём они были сильнее, чем она (во всяком случае, здесь), и им удалось вырвать волосы из её рук. Она отпрянула, задыхаясь; глаза её горели злобным страхом.
– Быстро! – сказала Полли. – Меняй кольцо и ныряй!
– Помогите! – закричала колдунья, но голос её был слаб. – Пощадите меня! Возьмите с собой! Не оставляйте в этом страшном месте! Я тут умру.
– Рады бы, – важно сказала Полли, – но государственные интересы не позволяют… Как у вас, когда вы убили тех людей. Быстрее, Дигори!
И они переменили кольца, но тут Дигори сказал:
– Ах ты, господи! Что же мы делаем? – Волей-неволей он немножко жалел королеву.
– Не дури, – ответила Полли. – Честное слово, она притворяется. Скорей!
И они ступили в пруд, ведущий домой («Хорошо, что мы его пометили», – подумала Полли), но Дигори почувствовал, что к уху его прикоснулось что-то холодное. Когда очертания нашего мира уже выплывали из мглы, он понял, что его держат за ухо двумя пальцами, и стал вырываться, брыкаться, но тщетно – по-видимому, колдунья вновь обрела свою силу. Наконец перед ними возникли дядин кабинет и сам дядя, взирающий в изумлении на невиданное существо, которое Дигори доставил из другого мира.