Хроники Нарнии. Начало истории

Поднявшись на ноги, он не задыхался и не хватал воздух ртом, что странно, если ты только что был под водой. Одежда его была суха. Пруд – небольшой, скорее лужа, не больше десяти футов в диаметре – находился в лесной чаще. Деревья стояли почти рядом, и листьев на них было столько, что неба Дигори не видел. Сюда, вниз, падал только зелёный свет, но наверху, должно быть, сверкало солнце, ибо и пройдя сквозь листву, свет оставался тёплым и радостным. Тишина тут стояла невообразимая – ни птиц, ни насекомых, ни зверьков, ни ветра, – и казалось, что ты слышишь, как растут деревья. Прудов было много – Дигори видел штук десять, не меньше, – и деревья словно пили корнями воду. Несмотря на редкостную тишину, было ясно, что лес преисполнен жизни. Рассказывая о нём позднее, Дигори говорил: «Он был свежий, он просто дышал, ну… как пирог со сливами».
Удивительно, что, едва оглядевшись, Дигори забыл, почему он здесь. Во всяком случае, он не думал ни о Полли, ни о дяде, ни даже о маме – и не боялся, не беспокоился, не испытывал любопытства. Если бы его спросили: «Откуда ты взялся?» – он сказал бы, наверное: «Я был здесь всегда». Так он и чувствовал – словно был здесь всегда и не скучал, хотя ничего не случалось. Позже, рассказывая об этом, он говорил: «Там нет никаких событий – деревья растут, и больше ничего».
Дигори долго стоял и смотрел, пока не увидел, что неподалёку на траве лежит какая-то девочка. Глаза у неё были закрыты, но не совсем, словно бы она просыпалась. Он постоял ещё, глядя на неё; наконец она открыла глаза и, посмотрев на него, проговорила всё ещё сонным голосом:
– Кажется, я тебя где-то видела.
– И мне так кажется, – сказал Дигори. – Давно ты здесь?
– Всегда, – ответила девочка. – Ну… не знаю… очень давно.
– И я тоже.
– Нет-нет, – возразила девочка. – Ты только что вылез из прудика.
– Да, правда, – удивлённо проговорил Дигори. – Я и забыл.
Они довольно долго молчали, потом девочка сказала:
– Знаешь, наверное, мы правда виделись. Что-то я такое помню… что-то вижу… какое-то место. И мальчик с девочкой, совсем как мы… они где-то жили… что-то делали… Наверное, это сон.
– Я тоже видел сон, про мальчика и девочку, которые жили в соседних домах… и полезли куда-то. У девочки было грязное лицо…
– Нет, ты напутал: это у мальчика…
– Мальчика я не видел, – сказал Дигори и вдруг вскрикнул: – Ой, что это?
– Свинка, – ответила девочка.
И впрямь: в траве возилась морская свинка, перепоясанная ленточкой, к которой было привязано сверкающее жёлтое кольцо.
– Смотри! – закричал Дигори. – Смотри, кольцо! И у тебя такое… И у меня.
Девочка очнулась и приподнялась. Они напряжённо глядели друг на друга, пытаясь припомнить что-то, и закричали наконец в два голоса:
– Мистер Кеттерли!
– Дядя Эндрю!
Теперь, узнав, кто они, дети стали всё вспоминать и скоро вспомнили. Дигори рассказал, какой плохой его дядя.
– Что же нам делать? – спросила Полли. – Взять свинку и вернуться домой?
– Куда нам спешить!.. – сказал Дигори, зевая во весь рот.
– Нет, спешить надо, – сказала Полли. – Здесь слишком спокойно… сонно, понимаешь? Если мы сдадимся, то заснём и останемся тут навсегда.
– Здесь очень хорошо, – возразил Дигори.
– Да, но домой вернуться надо. – Полли встала на ноги и осторожно потянулась было к свинке, но передумала: – Лучше её не брать. Кому-кому, а ей тут хорошо. Дома твой дядя станет её мучить.
– Ещё бы, – согласился Дигори. – Что он с нами сделал, ты подумай! Кстати, а как вернуться домой?
– Нырнуть в этот пруд, – предложила Полли.
  
Они подошли к пруду, постояли, посмотрели на зелёную мирную воду, в которой отражались густые листья. Казалось, там и дна нет.
– Нам не в чем купаться, – сказала Полли.
– Глупости какие! – возразил Дигори. – Нырнём как есть. Ты вспомни: мы ведь не промокли.
– Ты плавать умеешь? – спросила Полли.
– Немножко. А ты?
– M-м… совсем плохо.
– Да не надо нам плавать, – успокоил её Дигори. – Только нырнём, и само пойдёт.
Нырять им не хотелось, но они не сказали об этом друг другу, а, взявшись за руки, отсчитали:
– Раз, два, три – плюх!
И прыгнули. Раздался всплеск. Они, конечно, зажмурились, но, открыв глаза, увидели, что стоят в той же мелкой луже, что и стояли. Пруд был неглубок, вода едва доходила до щиколоток. Они вышли на траву.
– В чём дело? – спросила Полли, испугавшись, но не слишком (испугаться в таком лесу невозможно).
– Знаю! – сказал Дигори. – Конечно, не получилось. На нас жёлтые кольца. Они переносят сюда, понимаешь? А домой – зелёные! Давай поменяем. Карманы у тебя есть? Так, хорошо. Положи жёлтое в левый. Зелёные – у меня. Держи, одно тебе.
Надев на палец зелёные кольца, они снова пошли к пруду, но Дигори воскликнул:
– Стоп!
– Что такое? – удивилась Полли.
– Мне пришла в голову мысль, очень хорошая. Куда ведут другие пруды?
– То есть как?
– Ну, к нам, в наш мир, мы вернулись бы через этот пруд. А через другие? Может, каждый ведёт в какой-нибудь мир?
– Я думала, мы уже в другом мире… Ты же сам говорил… и дядя Эндрю…
– Да ну его, дядю! Ни черта он не знает. Сам небось никуда не нырял. Ладно, ему кажется, что есть наш мир и второй, другой. А если их много?
– Значит, этот лесной – один из них?
– Нет, это вообще не мир, это… промежуточное место.
Полли не поняла, и он принялся объяснять:
– Нет, ты подумай! Наш проход не комната, но из него можно попасть в комнаты. Он и не часть дома, но можно попасть в любой дом. Так и этот лес. Он ни в каком мире, но из него можно попасть куда хочешь.
– Ну, даже если… – начала Полли, но Дигори продолжил, словно её и не слышал:
– Тогда всё ясно. Поэтому тут так тихо, сонно. Здесь ничего не случается. Как там, у нас. Люди едят в домах, и разговаривают, и что-то делают. Между стенками, над потолками, в нашем проходе событий нет, но оттуда можно попасть в любой дом. Наверное, отсюда мы попадём в любой мир. Давай нырнём в другой пруд.
– Лес между мирами, – заворожённо проговорила Полли. – Какая красота!
– Куда же мы нырнём?
– Вот что, – сказала Полли, – никуда я нырять не буду, пока мы не узнаем, можно ли вообще вернуться.
– Ещё чего! – воскликнул Дигори. – Хочешь угодить прямо к дяде? Нет уж, спасибо.
– Нырнём тогда немножко, не до конца. Только проверим! Если всё пойдёт хорошо, сменим кольца и тут же вынырнем.
– А можно повернуть, когда ты там?
– Ну не сразу же мы здесь очутились. Значит, время у нас будет.
Дигори поупирался ещё, но сдаться ему пришлось, ибо Полли наотрез отказалась нырять в другие миры, если они не поставят этот опыт. Она была такой же смелой, как он (например, не боялась ос), но не такой любопытной. Дигори же был из тех, кому надо знать всё, и стал впоследствии тем самым профессором Кёрком, который участвует в других наших хрониках.
Поспорив как следует, они решили надеть зелёные кольца («Тут они безопасные, – сказал Дигори, – помни: как зелёный свет»), взяться за руки и прыгнуть. Если им покажется, что они возвращаются к дяде или просто в свой мир, Полли крикнет: «Меняй», и они наденут жёлтые. Кричать «меняй» хотел Дигори, но Полли не согласилась.
Они надели кольца, взялись за руки и снова крикнули:
– Раз, два, три – плюх!
Теперь получилось. Трудно описать, что они чувствовали, очень уж всё было быстро. Сперва по чёрному небу пронеслись какие-то яркие огни (Дигори до сих пор считает, что это были звёзды, и клянётся, что видел Юпитер совсем близко, даже разглядел его лˆуны), но тут же показались крыши, и трубы, и купол Святого Павла – словом, Лондон. Как ни странно, стены были прозрачные. Дети увидели дядю Эндрю, сперва расплывчато, потом – всё чётче, словно он попал в фокус. Прежде чем он совсем определился, Полли крикнула: