Академия любви и ненависти (СИ)

- Считайте, что я его обвинил в домогательствах к леди Корделии ди Фиорди. Он приходил с визитами в её спальню, зная её настоящее имя и какой скандал это может вызвать.
Де Луар кивнул и возобновил продвижение, раскидывая сканирующие сети, но на мои вопросы, что ищет, не отвечал. Не доверяет. И дело не в том, что он по натуре такой. Как ни крути, что ни делай ради блага Арратора, северянам нет полного доверия. Он меня всегда и во всём подозревает. И у меня действительно достаточно много тайн, которые иногда хочется взять и выложить мудрому руководству, но я не рискую. Ведь я северянин. Извечный замкнутый круг. И мы прекрасно понимаем, насколько это порой мешает, однако для восстановления прежних дружбы и доверия чего-то не хватает.
- Всё-таки склоняюсь к мысли, что ректор Мастон — заложник обстоятельств, - выдал де Луар после небольшого размышления. - Они нашли его слабое место и заставили сотрудничать. Корделия писала мне о своих ощущениях от их беседы в комнате магического механизма. У неё невероятно развита интуиция. Всё же женщинам в этом плане больше дано.
- Что есть, то есть.
- Так же предполагаю, что Мастон хотел предупредить Корделию, потому и навещал её в столь неприличные моменты, где никто, кроме тебя, не мог отследить. Ты защитил её комнату так, что там можно проводить переговоры глав государств, - хмыкнул его светлость. - Чем, кстати, наверняка привлёк к ней внимание. Достаточно было прямого запрета навещать твою девушку. Что ты тоже сделал, потому к ней и в открытую нараспашку комнату побоялись бы заходить почти все, кроме, разве что, оборотня, -ехидно заметил герцог, намекая, что знает о моих ночёвках с любимой для «обеспечения её безопасности», ведь ничто иное её не спасёт.
Проигнорировал намёк. Я мужчина и обязан защищать свою леди ценой собственной жизни. И если немного перегибаю палку, делаю это из благих побуждений и с позволения леди. Кроме того, в отличие от того же ректора, я ничем не скомпрометировал Кори. О моих ночёвках у неё не знал никто, кроме пары агентов, которые умеют держать язык за зубами. Ну и де Луара, разумеется. Но тот — могила. Никогда не сдаст. Хоть и непременно подшутит, как сейчас. Любит показать, что ничто не скроется от его всевидящего ока.
Чтобы отвлечься от смущения тоже раскинул поисковую сеть, только действовал не стандартным заклинанием, а собственной разработкой. Сеть ушла глубоко под землю, следуя за замёрзшими струйками воды, распространяясь словно грибница на огромные расстояния, сканируя куда большие пространства, ведь вода — прекрасный проводник, а вода с магией - наилучший.
- Если вы ищете алтарь жертвоприношений, то он находится внутри останков того здания, на уровне минус второго этажа, - сообщил начальству, ничем не выдав своего ехидства. Нашёл, от кого что скрывать.
- Когда-нибудь ты мне расскажешь то, что я должен знать, Роберт, - неожиданно по-отцовски произнёс де Луар. - И что-то мне подсказывает, это будет очень скоро.
Он ждал моего кивка, да я и, признаться, едва не кивнул на его заявление, однако сдержался. Как всегда. И первым направился в нужную сторону.
Алтарь прятался с помощью нехитрого механизма, который, увы, сильно повредила инициация одной прекрасной леди. Металл оплавился до такой степени, что разделить его нельзя было даже с помощью магии. Как мне сперва показалось. Однако с нами был бывший наследный принц Арратора Никиас с редким даром королевского металла.
- Никуда без меня, да? - весело воскликнул он, появляясь в проломе стены, но тут же посуровел и доложил: - Все погибшие доставлены в столицу, ваша светлость. Раненные размещены в госпиталях. Серена и Эйнар с ними. Наверное, это первый случай в истории нашей страны, когда правящая семья работает в госпитале, - к концу его речи голос вновь стал весёлым.
- Дракон следит, чтобы его леди не перетрудилась. Серена носит наследников, ей нельзя сильно выкладываться, но лекарей её уровня у нас, конечно, нет. Куда без неё? - мягко произнёс де Луар. В принцессе Серене он души не чаял и не скрывал своего обожания, ставя её аналитические способности в пример всем агентам.
 
- Не только. Он работает для неё батарейкой, ваша светлость, - с улыбкой сообщил Никиас.
- С его резервом мы можем не сомневаться, что все пострадавшие будут восстановлены в кратчайшие сроки. Непременно проконтролирую, чтобы информация ушла в народ, это здорово повысит авторитет новой власти, - отметил себе де Луар.
- Кто бы знал, как я счастлив, что более к ней не отношусь, - хохотнул Ник, приближаясь к повреждённому механизму и осматривая его, не сомневаясь, что его вызвали именно для этого. - Могу восстановить только рычаг. Если этого будет недостаточно, испытаем более варварские методы.
Мы с де Луаром дружно посмотрели на этого весельчака. С некромантами сложно иметь дело на войне именно из-за их реакции на смерть. Гибель огромного количества людей их так сильно насыщает, что вызывает эйфорию. Здесь же погиб целый город варваров, добрая тысяча оборотней, ещё и наши воины пострадали. Никиас будет бесить всех своим видом не один день точно, а затем, как обычно, раскаиваться.
Ник легко разделил металл и надавил на рычаг, запуская находящийся под землёй механический лифт.
- Заметьте, никакой магии. Хитрые, - заметил де Луар.
Алтарный камень поднимался довольно долго и удивил своим видом.
- Напоминает морскую губку, - обходя багровую от свежей крови плиту, оценил Ник. - А зачем она нам?
- Накопитель невиданной силы. На эти алтари завязана защита их городов. В каждом городе свой камень, именно поэтому идти на них войной бесполезно. Здесь столько добровольно и принудительно отданной силы, что можно годами пытаться снести их защиту, - объяснил герцог. - Я не был уверен в своей гипотезе, потому решил проверить лично.
- То есть к варварам можно попасть или официально, по предварительной договорённости, или с помощью телепортов механического мира? - догадался Ник. - Из-за этой защиты Марисса Фиорди отступила и не напала на варваров?
Я не вмешивался в беседу — восхищался про себя его светлостью. Имея огрызки информации он смог выстроить стройную теорию и подтвердить её.
Выходит, Дэйнора отправили в мир магических механизмов не только для того, чтобы спрятать от варваров, но и по согласованию с тайной канцелярией, заинтересованной в проверке своих идей. И Дэй первый, кто смог прижиться в абсолютно чуждой нам механической среде.
- Ваша светлость, а Дэйнор ди Фиорди имеет предков из... Бездна! Из Рубинового мира, да? - ошеломлённо сообразил я.
Так вот, почему браслет Корделии сработал в Рубиновом мире! Это магический механизм, замаскированный под простой магический браслет! На Родине он активировался и почувствовал растущую под кожей Кори защиту своего исконного врага — аэнири. Вот и вся разгадка странного поведения артефакта. А Дэйнор, зараза, ничего мне не сказал. А ведь догадался ведь! Точно знаю, что догадался.
- Да. Марисса — дитя Крадора, Рубинового мира, как вы его называете.
Заполучивший желаемое де Луар светился от счастья и не поскупился на информацию, рассказав нам о своих предположениях и подтверждённых фактах, связанных с жизнью и смертью Мариссы.
- Как только Корделия выполнит обещанное, я сообщу больше, - произнёс он так, чтобы никто, кроме меня, не услышал. - Эта информация сделает твой путь к проклятью шире и ровнее.
- Лучшего крючка не сыскать, - хмыкнул я немного желчно. Мы оба понимали, на чём держатся наши рабочие отношения.
- У меня есть много приманок, Роберт, но я не собираюсь их использовать. Ты перерос агентскую работу и за пять лет в Каисторне значительно улучшил финансовое положение рода. Но я буду рад, если ты примешь решение войти в канцелярию на взаимовыгодных условиях.
 
Я посмотрел на этого хитреца. Хочет ведь и меня и Корделию привлечь. Знаю я его. И что-то мне подсказывает, Корделию отговорить я не смогу. Она в полном восторге от путешествий по мирам и ни за что не простит, если я буду против.