Академия любви и ненависти (СИ)

Однако я была о себе слишком высокого мнения. И теряя сознание от усталости, совершенно того не осознавала.
  
Глава 6. Постельный режим? Размечталась!
 
— Ей требуется отдых. У девушки сильное переутомление и стресс. Магического истощения нет.
— Давай подлатай её и отпускай, пропустит занятия — потом не наверстает, — требовал мастер.
Я не стала открывать глаза и постаралась дышать спокойно и тихо, но в присутствии лекаря притворство бесполезно.
— Как вы себя чувствуете, леди?
Моей руки коснулась горячие пальцы, нашли пульс и остановились.
— Благодарю, хорошо. — Я открыла глаза и села. Лекарь оказался весьма интересным мужчиной средних лет, с мягкой улыбкой и колючими глазами. От таких предпочитаю держаться подальше. Побаиваюсь. — Я уже могу идти на занятия?
— Мы с вами встречались. — Мужчина оценивающе меня разглядывал, то и дело склоняя голову то к правому, то к левому плечу. — Точно встречались.
— Простите, не припоминаю, — ответила, стараясь не ёжиться, поэтому перевела взгляд на тренера и обратилась к нему: — Мастер, неужели я упала в обморок?
— Да. А теперь живо на занятия! Главный корпус, четвёртый этаж, аудитория четыре-четыре-три.
— Четыреста сорок третья. Поняла!
— Номер аудитории складывается из трёх величин: первая — этаж, вторая — назначение, третья — уровень опасности, — просветил мастер. Он говорил отчётливо и звонко, так, что в мозгу вспыхивали звёздочки на каждом ударении.
Я опустила ноги на пол и поняла, что перед глазами плывёт. Неуверенно посмотрела на лекаря, тот приложил руку ко лбу и стало легче.
— Благодарю вас.
— А теперь беги, пока он не узнал, что это ты стрескала ночью его пирожные, — хохотнул мастер, придав мне ускорения.
— Она?! — завопил лекарь так, что в огромной просторной галерее задрожали стёкла.
— Я испеку вам новые! — ляпнула я, удирая.
— Ловлю на слове! — донеслось вослед уже куда более миролюбиво.
Я же запрыгнула на перила лестницы и скатилась до самого первого этажа, лишь помогая себе руками на поворотах. Древние зодчие знали толк в строительстве. Не то, что сейчас
— у каждого лестничного пролёта отдельный поручень. Никакого удовольствия! Точнее, оно есть, но не такое. Ни капельки.
Вылетела из лекарского крыла, покрутила головой, соображая, где нахожусь, и со скоростью боевого заклинания помчала к главному корпусу, где без малейшего усилия нашла аудиторию с нужным номером.
Пара пассов — и я стою с аккуратно заплетёнными в косы волосами, не красная, чистенькая и опрятная, как и положено порядочному кадету. И держу руку у двери, намереваясь постучать.
Ну что же. С духом! Мой первый урок.
Я приготовила короткое объяснение для преподавателя, если вдруг его не просветили о причине моей задержки, и попыталась постучать. Однако не вышло. Рука упиралась в мягко пружинящую защиту. Попыталась схватить ручку — та же история.
— Вот это да, — произнесла я с глубоким вздохом.
Нет, я могла, конечно, взломать защиту на раз, но кто же так бездарно сдаёт все свои возможности?
Потопталась пару мгновений, затем решилась на крайне противную меру, грозящую множеством неприятностей, если допущу малейшую ошибку.
Зато это заклинание может знать кто угодно! Было бы желание его освоить и не пугала определённая степень риска.
Нужно сосредоточиться.
Попасть на занятие нужно было во что бы то ни стало, потому не медлила и не боялась. Как только убедилась, что помню каждое слово и дважды мысленно проговорила заклинание, подошла к стене, приложила руки, прочувствовала материю, просканировала на наличие защиты с внутренней стороны. И нырнула.
Меня не ждали.
Высокий худощавый преподаватель средним пальцем поправил дужку очков, водружая их на переносицу, но удивлённо изогнутые кустистые брови всё равно было прекрасно видно.
— Здравствуйте. Прошу простить опоздание. Задержали в лазарете. Позвольте занять свободное место? — скороговоркой вымолвила я, пока учитель находился в ступоре.
 
Мужчина кивнул, и я мышью шмыгнула за первую попавшуюся парту, где обнаружила свободный стул. На своих мальчишек старалась не смотреть, потому что их идиотские ухмылки смутят ещё больше.
С самым примерным видом сложила руки на парте и приготовилась внимать. Однако преподаватель и не думал продолжать занятие, продолжая пристально на меня смотреть.
Выдержать чужой взгляд может далеко не каждый, и я не исключение. Продержалась достаточно долго, но всё же не выдержала.
— Простите. Я сделала что-то не то?
С этой фразой позволила себе разорвать контакт глаз и осмотреть аудиторию. Да так и зависла. За партами сидели не мои одногруппники!
Совершенно незнакомые парни и девушки таращились на меня, как на привидение, честное магическое.
— Это аудитория четыре-четыре-три? — спросила я звонко, хотя вовсе не чувствовала той уверенности, что звучала в голосе.
— Нет. Четыре-четыре-восемь, — ответил мой сосед по парте, симпатичный молодой человек со смеющимися глазами необыкновенно золотистого цвета. — Видимо, кто-то подтёр цифру, чтобы ты заблудилась. Рекомендую выучить карту кабинетов назубок, у нас это обычное явление.
— Прошу меня извинить, — произнесла, поднимаясь. — Вышло недоразумение. Вы позволите мне пройти через дверь или... — Я покосилась в сторону стены.
— Будьте так любезны не утруждать меня ещё больше, — проскрипел преподаватель, подтверждая мои худшие подозрения.
— Направо и третья дверь слева, — прошептал мой временный сосед и подмигнул.
Не желая привлекать к нему лишнее внимание, коротко кивнула и пошла к стене, помахав рукой напоследок. Сделала бы, конечно, книксен, да брючная форма не позволяет. А парнишку запомнила, поблагодарю в той же столовой, где можно общаться без надзора суровых педагогов. Заодно спрошу, что за лекции читают с восьмой степенью защиты. Интересно, сколько вообще этих уровней?
К своей аудитории я не шла, нет. Неслась, подгоняемая яростью и злостью. И что, интересно мне знать, за скотина посмела издеваться над больной и несчастной единственной девушкой в группе? У кого настолько больное чувство юмора? Кому выдать по первое число?
Запихну в стену по пояс, да так и оставлю! Благо, заклинание я теперь знаю на отлично и не боюсь им пользоваться. Ещё подумаю, как его усовершенствовать, чтобы зараза подставучая не выбралась без моей же помощи!
В поворот входила на сумасшедшей скорости и по закону подлости не успела отреагировать, когда на пути вдруг выросло препятствие в виде ненавистного Роберта. Точнее, я-то затормозила, пыталась это сделать! Но расстояние было настолько крохотным, что маневр не сработал. И я со всей силы врезалась в эту каменную стену, больно приложившись носом.
Ощущение соприкосновения с каменной кладкой было настолько ярким и похожим, что я совершенно машинально, не думая, не анализируя, применила заклинание проникновения, с помощью которого мгновением раньше путешествовала по чужим аудиториям и о котором всё ещё раздумывала.
Руки коснулись обнажённой кожи, горячей и гладкой, неожиданно приятной. Я кончиками пальцев погладила её, совершенно не задумываясь, не осознавая, что делаю. И лишь затем ахнула и подняла взгляд.
Чего сейчас не было на лице Роберта де Осторна, так это равнодушия. Высокомерием, впрочем, тоже не пахло.
Могу повесить медаль на грудь — умею я удивлять даже таких рыбин замороженных.
— Ты что творишь? — выпалил он, недовольно хмурясь и пытаясь меня отодвинуть, да только вот незадача, мои шаловливые ручонки проникли под ткань его формы, да там и застряли. Заклинание-то я до конца не довела. Не прошла сквозь эту «стену».
 
— Я случайно! — Произнесла, сильнее прижимая ладони к его телу.
— Ха-ха-ха, Роб, так девицы ещё тебя не цепляли! — расхохотался стоящий рядом Зак.
Зак-шатен, самый подозрительный из уже знакомых мне Заков. Почти на сто процентов Зак де Варриваль.