Выжившие (СИ)
Вова посмотрел на друга как на сумасшедшего.
Собственно, если говорить честно, Женю действительно малость понесло, как будто он принял на грудь вискаря из бутылки, грамм двести. Но учитывая, что они задумали и что им предстояло — такое состояние даже в тему. Тем более что Вова подобное за Женей наблюдал и во время игр, когда складывалась патовая ситуация и Женя начинал чудить. Забавно, что казавшаяся авантюрой идея Жени чаще всего срабатывала.
— Ладно, уговорил, чертяка красноречивый, — наконец решился Вова и скинул рюкзак на траву, а затем, достав нож, пошел рубить ветки можжевельника для обеспечения себе и Жене удобных и комфортных условий лежки. Женя же, оставшийся ' на посту', не находил себе места — его обуревала жажда действий…
С горем пополам дождались обеда.
За это время в деревне особо ничего не происходило — народ попрыгал у костра, но им это развлечение быстро наскучило, и все разбрелись по домам. Хотя «главный» загнал часть бойцов назад на ЗИЛ. Как оба «наблюдателя» догадались — там деревенские организовали засаду на тех, кто направлялся в блатной поселок, попасть в который можно было либо тем путем, которым сюда приехали сами Женя и Вова, или же свернув с трассы в деревню.
Судя по всему, большинство «поселковых» предпочитали путь через деревню и, свернув с трассы, тут же попадали, как куры в ощип: пока было время, и Женя, и Вова обнаружили еще три машины, укрывшиеся во дворах. И тачки эти были недешевые — позволить себе такие местные никак не могли. Это что же получается? «Засада» с трассы уже не первый день стоит? Вполне может быть…
А вообще, картина вырисовывалась удручающая. Апокалипсис не факт что случится. Все же и Женя и Вова до последнего верили, что эпидемию зомби-нашествия можно остановить грамотными действиями. Да и еще не наступило время этого самого нашествия. Так…самое начало.
И, тем не менее, уже начали появляться отмороженные банды и группировки. Сначала «вороны». Но это логично и вполне объяснимо — и в обычное время люди не на заводах работали, а почуяв свободу тут же развернулись. Так что их действия были вполне ожидаемыми.
Но то, что начали творить деревенские — уже ни в какие ворота. Это полный беспредел… Неужели не задумываются, что с ними будет, если все как-то разрулится и государство вернет себе контроль над этой территорией?
А хотя… Что им предъявить? Тачки от греха подальше отгонят и бросят, от трупов только пепел и кости останутся, да и те закопают. И все, не было ничего… Будет эта деревенька жить дальше, а мужички, попробовавшие крови, вернутся в свою шахту и будут там корячиться так же, как и прежде…
Вот так.
Ближе к полудню Жене окончательно наскучило наблюдать за деревенькой, которую уже можно было смело именовать «сонной» — в ней ничего не происходило, и даже люди на улицу из домов не показывались. Лишь в кузове ЗИЛка было какое-то шевеление. Бдели там бойцы.
— Я вернусь в поселок, — заявил Женя, — проверю, как там наши, да и пожрать чего притараню.
— Сдурел? — возмутился Вова. — А если тут что-то начнется? Или того хуже — в нашу сторону поедут?
— А рация тебе зачем? — хмыкнул Женя. — Да и вообще — если добудем тачку, нужно будет быстро уходить. Предупрежу наших теток, чтобы вещички собрали и были готовы.
Тут Вове крыть было нечем.
— Ладно, — буркнул он, — но быстро давай. Одна нога там, вторая тут.
Пока Жени не было, Вова продолжил осматривать деревеньку.
Ему, если честно, совершенно не импонировала идея угонять «Оку». Не в том смысле, что он не хотел угонять, а в том, что именно «Оку». Ну не нравилась она ему совершенно. Он даже сам для себя придумал аргументы, почему не нужно ее трогать — во-первых, она маленькая. В нее вряд ли влезет все, что было в «Чероки». А ведь еще есть целых пять человек, которых нужно увезти. Во-вторых, Вова не был уверен, что это привидение с моторчиком вообще может ехать. Ну и в-третьих, осматривая в который уже раз деревню, Вова приметил «Жигуль». Старая добрая классика — 2101, она же «копейка». Неубиваемая просто. Когда Вова был маленький, у его бати было несколько таких, и в столь жутком состоянии, что теперь и вспоминать страшно… Тем не менее, все они ездили, причем не по месту, а в город. И в Бадатий с батей катали, и даже в Ахтияр. И ничего — все тарахтело, грохотало, но ехало. А даже когда «копейка» ломалась, долго посреди трассы они не стояли — батя произносил несколько заклинаний на матершинном, по чему-то стучал молотком, куда-то тыкал отверткой, и о, чудо! «Копейка» заводилась и ехала дальше.
Были, конечно, курьезы — и глушитель отпадал, и передачи пропадали, и даже рычаг переключения этих самых передач Вова вырывал как-то, но смог с гулянок вернуться домой, переключая коробку плоскогубцами…
А уж проходимость…
Помнится, поехали они с батей по дрова и застряли — грязь, слякоть, машина застряла в грязи, сзади еще и прицеп, набитый сухими деревьями…
И ничего, выехали. Батя просто подсос и первую передачу врубил — так даже газовать не пришлось. Да чего там — как из грязи выехали, батя еле успел за руль запрыгнуть, а то бы «Жига» и унеслась вдаль сама по себе…
И Вова решил во что бы то ни стало убедить Женю красть именно «Жигуля», притаившегося за вон тем пошарпанным красным гаражом…
* * *Женя не обманул и обернулся быстро. Еще и припер несколько судочков. Когда открыли их, в нос обоим ударил приятный запах свежеприготовленной еды.
Вова накинулся на нее сразу и не раздумывая, и сожрал бы все, если бы не Женя.
— Ты не разгоняйся, нам тут еще на вечер подкрепиться…
— Фто там у наф? — продолжая набивать рот едой, спросил Вова.
— Да порядок, — пожал плечами Женя, — девушки обживаться начали, но я это быстро пресек. Объяснил, что если повезет — сегодня уедем.
— А они фто?
— Да что…собираются. Я сказал, что можно в сумки собрать. Если сумок не найдется — в наволочки нагружать и завязывать, чтоб тащить было удобно.
— Ну пфафильно, — закивал Вова.
— На термос, запей! — Женя протянул небольшой термос, заполненный горячим кофе, — а то смотреть страшно, как ты давишься… Из голодного края, что ли?
— Жрать хочется неимоверно! — извиняющимся тоном буркнул Вова.
— Тоже мне выживальщик! — пожурил его Женя. — Надо уметь стойко переносить тяготы и лишения… Я вот, между прочим…
— Слышь, — оскорбился Вова, — ну-ка давай без нравоучений. И вообще, стойкий ты наш, ты подойти не успел, а я уже за десяток метров учуял, как от тебя котлетами несет, так что лапшу мне на уши не вешай!
— Ладно-ладно, — хохотнул Женя, — раскусил, каюсь.
— То-то же. А то гляди, аскета тут из себя корчит. Бретарианец, блин…
— Ну все, все,– буркнул Женя, — лучше расскажи, что тут было. Тихо?
— Тихо, — ответил Вова, — и я вот чего подумал…
— Ну?
— Смотри, вон там, чуть правее «Оки» и ближе к нам красный гараж. Видишь?
Женя тут же прильнул к окулярам бинокля.
— Ну? — спустя несколько секунд спросил он.
— Прямо за ним гляди — «Жигуль». Давай его упрем…
— А чего тебе «Ока» так не нравится?
— Ты серьезно? Сам как думаешь? — даже оскорбился Вова. — Места в ней мало, не факт, что на ходу…
— Так, ну смотри, — спокойно ответил Женя, — насчет места — в «Жигуле» не намного больше…
— Да? А багажник?
— А на «Оке» вон багажник на крыше есть — закинем сверху торбы, привяжем, и вуаля — влезет даже больше, чем в «Жигуль».
— Ну допустим, — нехотя согласился Вова, — но я не уверен.
— Теперь смотри дальше, — прервал его Женя, — насчет «на ходу». Обрати внимание — лобовуха у «Оки» чистая. В том смысле, что следы от дворников есть. Видишь?
— Угу, — Вова поглядел в бинокль и кивнул.
— Теперь на двери смотри. Что видишь?
— Да ничего…
— Да ну? А ведь тачка явно недавно каталась.
— Да с чего ты взял?
— Видишь грязь? Она точно свежая. Брызги вертикально, считай, идут — значит, недавно тачка заляпалась, — продолжил Женя.