Выжившие (СИ)

— Ну не все же такие, как ты, здоровенные! — не согласился Вова.
— Не все, — легко согласился Женя, — но сам щит весит немало, пускай даже на тебя какая-нибудь девчонка, в которой весу пятьдесят килограмм, полезет. Удержишь?
Вова пожевал нижнюю губу, обиженно глядя на приятеля, а затем с разочарованным вздохом поставил люк на пол.
— Ладно, согласен. Хреновая идея была…
  
— Это да, — кивнул Женя, — а вот с наручами и лопатой толково получилось. Может и сработать.
— Ну хоть что-то, — все еще недовольным тоном проворчал Вова. — Ладно, пошли, пожрем по-быстрому и поехали… У тебя не задерживаемся — забираем, что надо, и валим из города…
— Аньку забрать хочу! — заявил Женя.
Вова явно не был к этому готов, но виду не подал.
— Она где? Все еще в больнице?
Женя кивнул.
— Хреново, — вздохнул Вова, — могут быть проблемы… Чего она домой не ушла?
— Не отпустили.
— До сих пор там?
— Не знаю, вчера была. Сейчас позвоню — узнаю.
— Из машины позвонишь. Давай, жрем и поехали…
С завтраком они справились быстро, затем намотали «наручи» Жене. Далее Вова спрятал свой обрез под куртку (сделал для него там нечто вроде неглубокого кармана и петлю с липучкой, чтобы не выпал. Женя сунул в карман револьвер, взяли копья Вовы и отправились на улицу.
Сегодня было тихо, ветра не было. Небо хмурилось, снова собирались тучи, но пока дождь не шел.
Несмотря на ранее время, во дворе уже были люди — два старика ковырялись возле старенькой «Нивы», грузили в багажник пакеты и сумки.
Одного из стариков Женя узнал — дядя Федя, сосед Вовы, с которым тот приятельствовал.
Вова направился к старикам поговорить, ну а Женя залез в машину, нашел купленные вчера приятелем вещи и переоделся, тихо ругаясь себе под нос, так как в машине это делать было очень и очень неудобно.
Худо-бедно, но он справился. Вещички вроде пришлись впору — Вова угадал с размером.
Пока Женя оценивал обновки, подошел и Вова.
— Ну что, пойдет?
— Нормально, — кивнул Женя.
— Ну…тогда поехали.
В городе было неспокойно. Хоть пока что ничего особенного приятели не увидели, ощущение опасности, напряженности витало в воздухе.
Заметили пару странных личностей, которых окрестили «мертвяками» — одного во дворе среди трехэтажек, еще одного засекли бредущим по одной из улиц частного сектора.
— Хреново. Вчера я катался, искал их, а сегодня вон, уже сами попадаются на глаза, — вздохнул Вова.
— Сам говорил — все катится в тартарары, — хмыкнул Женя.
— Это да…
К дому Жени подъехали не сразу. Сначала прокатили мимо, внимательно разглядывая двор, однако ни ментов, ни подозрительных машин под подъездами не увидели.
Вова осторожно зарулил с улицы, с дальней стороны, чтобы в случае чего иметь возможность резко сдать назад и смыться.
Однако было тихо и спокойно.
Вовин «кореец» подъехал к парковке, стал задницей к газону, мордой на выход, рядом с «Чероки» Жени.
— Ну, вроде тихо, — все еще шаря взглядом по сторонам, заявил Женя. — Что, идем?
— Идем, — кивнул Вова, осмотревшись через боковые окна и удостоверившись, что прямой угрозы рядом нет, он заглушил двигатель.
  
Отступление 2
 
Празднование начала новой жизни, как и было обещано, началось по штатному сценарию.
Мишу нисколько не смущала разница между тем, что он рассказывал Олегу и остальным соседям, интересующимся его состоянием здоровья и тем, что происходило.
Нет, новую жизнь Миша действительно собирался начать, но завтра. Или послезавтра. Ну а подобный поступок, такое волевое решение обязательно нужно было «закрепить».
Для закрепления и были собраны два «лучших» друга Миши: Серега — тощий, длинный алкаш с соседней улицы по кличке «Шпала», и Георгич, который страдал от давления, ходил постоянно с красным лицом и от того прозванный «Помидором».
Оба эти персонажа были хорошо известны на районе. Местные адекватные мужики часто гоняли Шпалу и даже били не раз и не два за его дурацкую манеру пытаться утащить все, что плохо лежит, на металлоприемку. Шпала был широко известен своей «предпринимательской жилкой» — появись в его руках баллонный ключ — на следующее утро кто-то не досчитается колес на своем авто, если ему удавалось раздобыть болгарку — Шпала резал все, что только мог: двери подъездов, перила и ограждения, дорожные знаки. Самой большой радостью Шпалы была погода, когда сильный ветер обрывал провода электросетей. Тогда он был вообще в шоколаде — провода, валяющиеся на дороге или тротуаре, тут же отрубались и тащились все в тот же цветмет, из-за чего порой несколько кварталов оставалось без света, пока энергетики заново прокладывали линию.
Бабки проклинали Шпалу, мужики при случае обязательно били ему морду, женщины, завидев в подозрительных местах его несуразную, длинную, вечно горбатящуюся фигуру тут же поднимали крик и гнали прочь. Все как один ждали, когда наконец-то этот вредитель найдет свой конец, когда его шарахнет проводами, все еще находящимися под напряжением, когда уже болгарка соскользнет или же когда он уже выпьет «правильную» рюмку и уйдет в мир иной.
Однако Шпала помирать не собирался. Жил и здравствовал, портил жизнь всем окружающим.
«Помидор» был куда менее опасным. В прошлом предприимчивый мужик смог добиться определенных высот. Коммерсант из него был неплохой, да только пристрастился, как и многие до него, после него к «беленькой», и далее все понеслось под уклон. Свары и ссоры в семье вылились в то, что жена забрала детей и ушла от него. Далее Помидор попал в ДТП, превратив предмет своей гордости, свою машину, которая к тому же была главным «инструментом» по добыче денег, в груду металлолома.
Случай этот ничему его не научил, и даже более того — все усугубил. Помидор в аварии выжил, заработал инвалидность, и на всю коммерцию после этого забил. Жил от выплаты к выплате, заливаясь дешевой водярой, быстро найдя себе — друзей-приятелей в лице Миши и Сережи.
Вот и сегодня трое приятелей собрались вместе.
Помидор разлил водку по стаканам, поднял свой и заявил:
— Ну, Миша, давай за тебя и твое здоровье! Молодец, все-таки выкарабкался, выжил!
— Ну так мужик то он здоровый, чего бы не это самое, — закивал Шпала.
— Да, у нас в роду все долгожители были. Вот и мне досталось, — легко согласился Миша.
Из его головы как-то быстро выветрился тот факт, что выкарабкался он отнюдь не благодаря своей генетике, а исключительно за счет своего везения, которое привело его в программу испытаний новых препаратов.
— Ну тогда следующая за родителей, — хмыкнул Помидор, разливая в опорожненные стаканы новую «дозу».
— И чтоб жил не тужил, горя не знал на зависть всем вокруг! — выдал свою любимую присказку Шпала.
Он был в курсе, как к нему относятся все вокруг от мала до велика, однако проблему в себе искать не стал, сделал проще: решил, что все вокруг сволочи, и частенько поминал об этом.
— А-а-а…хорошо пошла! — поморщился Помидор, схватив кусочек дешевой колбасы и закинув в рот. — Ну что, еще по одной?
— Покурим! — заявил Шпала.
Все трое потянулись к пачке дешевых контрабандных сигарет, которые с барского плеча купил Миша, виновник торжества.
Сегодня у них действительно был «шикарный стол». Зачастую пили сивуху, которую покупали у деда Кости, что жил в паре кварталов отсюда в обшарпанном бараке. Из жратвы у них обычно был только хлеб и дешевые консервы вроде бычков или кильки, ну а курили чинарики, которые предварительно собирали по улицам. Сегодня же на столе были и колбаса, и магазинная водка, и даже, как сказал Шпала, «цельные сигареты». Шик! Жизнь удалась!
  
Пока курили, Шпала как обычно начал жаловаться на жизнь — сегодня он чуть было не спер из багажника какой-то тачки целый набор ключей. Настоящее сокровище, от продажи которого им троим хватило бы денег дня на три беспробудного пьянства. Да только владелец машины вовремя заметил Шпалу и здорово перетянул его по хребту монтировкой. Так что Шпала остался и без добычи и со здоровым фингалом на спине.