Экскурсант (СИ)
- Добро, - сказал я. - Поехали.
Скажу сразу, скачек вышел доовльно нудным и вымотал меня преизрядно, вышли мы в точку хоть и с плюсом, но всего лишь на троечку. Как и предполагала Светлана, из-за перепадов погружения в многомерность мы потеряли наш исходный якорь. Но так как второй остался, мы, преизрядно намучившись, добрались все же до места назначения. Правда, оставшуюся после потери исходного якоря треть пути я провел в "подключке" к креслу. Тем не менее, за время путешествия случился и ряд, несомненно, приятных моментов. В основном эти моменты были тесно связаны с приобретенным Светланой телом. К моему большому сожалению, давно ожидаемое мной событие так и не произошло. И винить в этом стоило, пожалуй, только меня самого и проложенный мной маршрут прыжка.
- Ты зря расстраиваешься, Серж, - сказала мне тогда в утешение наша хранительница ключей, - этот переход был бы неплохой практикой даже для имеющего приличный налёт навигатора. Для новичка же такая ситуация может служить вступительным экзаменом в академию флота. Мне кажется, что у тебя талант к выбранной профессии.
Уже после начала первого перехода я стал понимать, что самые главные враги астронавта - одиночество и скука. Саныч, похоже, имел некоторую привычку к такому отрыву от общественной жизни. А мне было немно проще потому, что я с детства познакомился с одиночеством и вполне ладил с ним, ну а один враг - это уже не два. От второго врага я спасался по-разному. Неожиданно одним из самых простых способов оказалась чистка оружия. Любимых "девайсов" у меня теперь стало три. Наряду с двумя новыми игрушками я не забывал и про земной карабин. В отличие практически неразборных устройств Содружества была в нем некая харизма. И, разбирая пахнущее смазкой земное оружие, я как бы окунался в привычный для меня мир, проникаясь духом оружия. Это, наверное, странно, но меня не тяготило расставание с привычной средой обитания, как, похоже, и Саныча. У него же по причине довольно плотного запрета на спиртное во время перехода все тесно крутилось вокруг баб-с. Когда злоупотребления моего друга женским обществом пошли на спад, мы стали больше общаться. Тогда к своему удивлению я обнаружил, что Саныч ударился в учебу и избрал полем применения интеллекта историю членов Содружества, начав с цивилизации крайгов. Светлана же своей задачей, похоже, ставила обеспечение нас своей компанией в любое необходимое нам время, возможно, таким образом поддерживая психологическое состояние экипажа на должном уровне. Благо, своих голограмм в пределах корабля она могла поддерживать великое множество. Зачастую же получалось, что пока она была телесно с одним из нас, другой довольствовался в тот момент духовным общением. И, как говаривал Саныч, если беседовать "без рук", то отличить получалось далеко не сразу.
Сама Светлана, похоже, продолжала удовлетворять свое любопытство новым открытым видом разумных, которых мы с Санычем привыкли называть "люди". Литература Земли на эту тему, как и прочие источники информации, давала очень противоречивые сведения, так что сведения продолжали изыскиваться в двух доступных ей источниках. Во время пребывания в женском обществе мы с Санычем хоть и не постоянно, но с завидной регуляростью отвечали на самые различные вопросы о жизни планеты Земля. Не трудно понять, что области извлечения информации из меня и из Саныча разнились, и связано это было в первую очередь с нашим желанием или нежеланием общаться на те или иные темы.
Когда мы находились втроем, разговоры шли обычно про быт или отношения людей в тех или иных житейских ситуациях. Я с некоторым удивлением заметил, что Саныч оказался по самые уши закомплексованным на теме интима. Видимо, по этой причине мы со Светланой как-то все чаще и чаще обсуждали именно отношения людей, касающиеся интимной сферы. Светлана однажды призналась, что долгое время не решалась начать об этом разговор со мной, подозревая подобную Санычу реакцию и с моей стороны. И я, наверное, понимал ее. Одно дело отдаться инстинкту, другое - обсуждать инстинкт. Наши постоянные разговоры начались со странного вопроса Светланы.
- Сергей, я хочу задать тебе вопрос, - сказала Светлана, посетив меня в моей каюте во плоти Стекляшки. - Мне обязательно нужно получить ответ, чтобы избежать возможных напряжений в нашем кругу.
- Нет проблем, - я отвел глаза от "дракончика", которого пытался подцепить к программе прицеливания через шлем брони. - Что за официоз?
- Ну... Это такой вопрос, - замялась Светлана. - Он про отношения людей...
- Ну и? - продолжил я смотреть. - Ты чего мнешься-то?
- Он... Он относится к интимной стороне человеческой жизни, - Светлана сложила руки на коленках, как смущенная девушка, приведенная на смотрины.
- Ага, - усмехнулся я. - Понял. Саныч тут не ответчик. Валяй, пытай меня, Красивая.
- Скажи, а ты не был бы против, если бы я пошла к Санычу на "серьезное" свидание в этом теле? - зарумянилась Светлана.
- Да нет, - удивился я. - В чем вообще проблема, ты же уже взрослая девочка, ты мне не приходишься ни дочкой, ни женой.
- Проблема в том, - продолжила Светлана, - что Саныч достаточно эмоционально попросил не приходить к тебе "на рюмку чая" в телах, которые он...ну...любит.
- Ха, грёбаный куркуль! - прыснул я весело. - Он даже к резиновой женщине всегда ревновал окружающих. Кстати, хоть посмотреть-то можно на образцы санычевского эротического искусства?
- Можно, - сказала Светлана, порозовев личиком, - Он не говорил, что смотреть на них нельзя.
- Давай парочку из самых употребляемых, да не переигрывай с румянцем, - подмигнул я Светлане. - Кстати, что бы ты делала, если б я стал настаивать?
- Это было бы весьма сложной ситуацией для меня, - сказала Светлана. - Я была бы вынуждена пойти на обман кого-то из вас, чтобы избежать накала обстановки. Скорее всего, пришлось бы обмануть Саныча, понадеявшись на твое молчание, ты же все-таки капитан. Но не исключаю, что проще было бы подсунуть тебе кого-нибудь, под маской пассии Саныча. Ты отвернись, не хочу портить впечатление метаморфозами.
Я отвернулся. Повернулся обратно, когда меня позвал глубокий голос с лёгкой хрипотцой. Передо мной стояла весьма упитанная дама лет тридцати - тридцати пяти. Бросалась в глаза грудь размера примерно шестого "плюс-минус, я не специалист" и приличная попа. Ноги у эротического образа были на удивление очень даже неплохими. Лицо же мне совсем не понравилось, в нем было что-то от облагороженной базарной торговки, хотя имевшаяся толстая коса пшеничного цвета немного подправляла впечатление. Голос тоже не поверг бы меня в муки желания, хотя, был он в общем-то приятным. Одета эта мадам была с яростным смешением стилей. Одно можно было сказать определенно: это была явно не женщина моих пристрастий.
- Нет, Светик, - сказал я, отворачиваясь. - Этот образчик женских прелестей не станет яблоком раздора между нас с Санычем. Покажи еще кого-нибудь.
- Я готова, - раздался неуверенный девичий голосок.
Я повернулся. Предо мной стояла худенькая девушка лет восемнадцати, при самой жуткой ошибке - двадцати. На ней была надета форма мичмана ВМФ многострадального Советского Союза. Личико было весьма миловидным, задорный вздернутый носик, веснушки, обезоруживающая улыбка. У меня вообще появились подозрения, что Саныч состряпал образ какой-то реальной девчушки, с которой встречался в прошлой жизни планеты Земля. У девушки были красивые руки, правда, с полным отсутствием маникюра. Я же всегда по достоинству оценивал ухоженные женские руки непременно со своими ногтями. Ноги девушки, скрываемые явно ушитой форменной юбкой, были, в общем-то, хороши, только вот явно еще не достигли апогея своей красоты. Грудь на удивление оказалась совсем небольшой, про такую мы в общаге шутили: "два пончика взаначке".
- Симпатичная девчушка, - сказал я. - Не скажу, что моя мечта, но куда лучше первой. Давай обратно мою Светланку.