Экскурсант (СИ)
Пиратский крейсер курс не менял, но и не спешил. И, как ни крути, траектории наши должны были практически совпасть. Мои потуги слабыми импульсами отодвинуть наш кораблик с пути "большого огурца", вряд ли могли помочь нам выйти из опасной для опознавания зоны. По всему выходило, что или пиратам с нами повезло, или же нам с ними, соответственно, нет.
- Идут, как по нитке, - сплюнул Саныч куда-то в виртуальное пространство, - как будто знают.
- Тогда готовься, всем, чем можешь, - вздохнул я. - Будем сматываться громко.
- Шеф, усё давно готово, - отозвался Саныч. - Ждем только пострадавшего.
- Пробуем, - согласился я. - Правда, почти на пару минут, потом нечем стрелять, кроме ракет будет, но я буду крутиться. Прорвемся. А, может, еще и не захотят они с нами возиться, тогда вообще уйдем "без шторма".
Наши траектории достигли опасной близости, и я дал команду на подготовку "генератора прокола". Мы решили нанести удар по ходовой рубке, которая ясно выделялась набухшей фасолиной в передней части корпуса крейсера, походившего на классическую сигару с примкнутыми в районе кормы четырьмя брусками. Было маловероятным, что мы сможем обездвижить корабль, даже если посчастливится вывести из строя один или пару двигателей, по этой причине мы делали ставку на некую временную неразбериху при даже частичном повреждении ходового мостика. Крейсер стремительно приближался.
Как только Саныч отстрелялся, я сразу же начал поверхностное погружение в многомерность без выходного якоря. Картинка смазалась. Через три секунды пространство вокруг нас осветилось радужным салютом, через десять секунд я вынырнул обратно, через три секунды еще раз на всякий случай погрузился на пять секунд. Через еще пять секунд после всплытия передняя часть крейсера залилась потоками ослепительного света. Определить степень повреждения вражеского корабля не представлялось возможным. И нам было никак не успеть к месту разрыва в щитах крейсера, чтобы добавить ему ракет. До следующего залпа "Ботаника" дальним вооружением оставалось почти две минуты, до готовности "генратора хаоса" - пять, готовы к бою были только ЭМИ орудия и скорострельные оборонительные лазерные системы. Я понадеялся, что наша затея сработала, и нагло ушел под щиты невидимости, меняя курс на попутный с крейсером. У противника имелись шансы обнаружить нас и в таком режиме, но не стоило же ему потакать. Можно было сразу сказать, что афера удалась. Скоро мимо нас проплыли куски обшивки. Крейсер начал менять траекторию, сбрасывая скорость. Мы так и шли за ним, не слишком удаляясь. Судя по всему, наши подарки, хоть и куснули крейсер, особого вреда ему не причинили. Скорее всего, наша акция частично вывела из строя сенсоры системы наблюдения крейсера. Возможно, что по этой причине операторы вражеского космолета подумали, что мы ушли в многомерность. Курс и скорость крейсера стабилизировалась, по всему было понятно, что наш противник успокоился, посчитав бой законченным ввиду отсутствия врага.
- Отрыв малого аппарата, возможно штурмовик, - озвучила Светлана видимую нам картину. - Курс на побитый нами "эсминец".
- Добьют, уроды, наш трофей, - пробурчал Саныч. - Все коту под хвост.
- Саныч, это же идея, - просиял я. - Когда пираты сбрасывают малую авиацию, они вынуждены убрать защитные щиты хотя бы на небольшом участке. Мы можем попытаться поймать их на этом.
- Будем ждать, - согласился Саныч.
Штурмовик сделал облет нашего трофея, на несколько минут завис и пошел обратно.
- Может, там кто-то живой остался? - предположил Саныч.
- А может, штурмовик на борт заберут и разнесут трофей к той самой матери, - продолжил я.
К тому моменту "Ботаник" занял место практически напротив шлюза, откуда вышел штурмовик.
- Саныч, это наш единственный шанс, - сказал я. - Что там у нас толстого есть?
- Только "Гарпуны", - ответил Саныч. - Но их нельзя, НЗ, да и смысла нет, надеюсь, что щиты они сами уберут. "Хаос" мы ему и так обеспечим. Чего тут думать, если шлюз будет открыт, то термоядерный заряд "самое то" окажется. Давай по старой схеме?
- Давай, только вот в многомерность нет смысла уходить, как в прошлый раз, мы же с одинаковой скоростью идем, - ответил я. - Лучше резко когти рвануть.
- Пробуем, - согласился Саныч. - Может, после нашей кузькиной матери им не до нас станет?
Штурмовик зачем-то завис перед носом крейсера. Мы уже успели расстроиться, что нашим планам не суждено было сбыться, как шлюз начал открываться. Ждем. Саныч точно поймал момент, щиты почти полностью деактивировались, а шлюз только начал закрываться, выпустив бот похожий на десантный. Мы отстрелялись, сбросили три ракеты и дали полную тягу на двух видах двигателей. И получили "на орехи" залпом защитных систем крейсера. От следующего залпа нас спасло то, что первые попадания изменили курс "Ботаника", а я был вынужден продолжить маневр, не дожидаясь набора скорости.
- Щиты корма. Гравитационный - пробит, ЭМО - пробит, экран многомерности - девять из ста, - подводила Светлана итоги. - Корпус пробит в двигательном и грузовом отсеках. Повреждение звездного двигателя, двигатель вышел из строя. Поврежден один "Гарпун", состояние заряда стабильное.
- И так ясно, что надо уносить ноги, - сказал Саныч, выпуская по крейсеру две противокорабельные ракеты и две из противоракетной системы по штурмовику. Может, "Гарпун" ему все-таки покажем?
- Уходим к планете, "Гарпун" готовь, но пока не пускай, - подтвердил я. - Пробую экран невидимости поставить.
Экран я поставил, резко сменив курс. Но нас выдавал шлейф текущего из пробоин воздуха. Пока везло, никто не обращал внимания, примерно через минуту система борьбы за живучесть должна герметизировать отсеки. Крейсер дал еще пару залпов по нашей предполагаемой траектории. Видимо, у части систем нашими первыми ракетами все-таки была сбита калибровка. Взорвались две пущенные Санычем во время отхода противокорабельные ракеты. Одна на щитах, вторая внутри щитов на обшивке корабля немного ближе к корме. Батареи крейсера опять умолкли, ослепленные термоядерным взрывом. С начала второй атаки прошло двадцать две секунды. Наши ракеты второго эшелона, выпущенные в шлюз, так и не взорвались. Тем не менее, борт крейсера сильно "дымил" выхлопами атмосферы, из разлома на месте шлюза вместе с воздухом вырывались языки пламени. В месте попадания ракеты в корпус крейсера отсутствовала часть обшивки, оттуда тоже тек воздух. Внутри экранов метались куски всякого мусора, бывшего ранее частью крейсера.
- Жаль, наверное "хаос" накрыл ракеты, пущенные в шлюз, - рассуждал я. - Хороший шанс был. Если возьмутся серьезно, могут нас и выследить. Невидимость хороша, если тебя не ожидают. Принципиально, корабль можно обнаружить по ряду косвенных признаков.
- Нет, наш "хаос" накрыл десантный бот, который из шлюза вышел, - радостно возразил Саныч. - Видишь вон там, у борта, колобок с лапками кувыркается.
- Куда же наши ракеты делись? - задумчиво спросил я.
- Сейчас, - сказал Саныч. - Там сюрпризик. Двадцать девять. Тридцать!
На борту крейсера полыхнуло "солнце". Из бока космолета оно выжгло кусок почти с четверть диаметра сигары. Экраны напротив места взрыва погасли, наружу выплеснулись капли плазмы.
- Ты замедлители поставил? - догадался я.
- Да, нужно же было подождать, чтоб шлюз закроют, - подтвердил Саныч. - Жаль не смогли задраить, а то могло бы и пополам разломать.
- Пополам вряд ли, - сказал я с сомнением. - Но, тоже хорошо. Что дальше-то?
Штурмовик, стряхнувший наши ракеты, скрылся на борту крейсера. Крейсер начал разгон, а затем стал "таять", уходя в многомерность. "Ботаник" вынырнул из невидимости, все щиты погасили, с корабля кое-где до сих пор текли струйки воздуха, превращаясь в цепочки кристалликов. Нам досталось, накаркал Саныч легкую победу.