Душелов. Том 5 (СИ)

  
Душелов. Том 5.
   
Глава 1
 
Полёт занял порядка двух часов.
По их окончанию самолёт приземлился практически у самой южной точки нашей Империи — в одном из государственных аэропортов, доступ к которым нужно запрашивать даже главам самых влиятельных родов Империи. Если же один из самолётов или других летательных объектов по какой-то причине этого не сделает — его попросту собьют. Причём даже без какого-либо предупреждения.
Как правило, подобное — ужасная дикость.
Но в данном случае о подобном никто в таком ключе даже не подумает: всё же всем прекрасно понятно, чем обусловлена эта жестокость и хладнокровие. Это не просто какой-то там один из государственных объектов с повышенной безопасностью, коих по всей Империи разбросано, наверно, тысячами.
Это — государственный объект, напрямую связанный с главной угрозой для всей Империи, — теми самыми всем известными «Дикими территориями» — местом, где никакой жизни нет и не может быть в принципе. По крайней мере, простолюдинам всё время говорят именно так.
— Ты чего это задумался? — спросила Ева, заметив, как я погрузился в собственные мысли, пока машинально следую за классной руководительницей и остальным классом. — Никогда раньше не видел так близко стену и барьер?
Неторопливо переведя, я посмотрел на огромную, каменную, трёхсотметровую стену, границ которой не видно, сколько не вглядывайся. Из неё, в свою очередь, прорастает известный всем с самого рождения барьер — некий полупрозрачный щит Империи, состоящий из миллионов, — а то и целых миллиардов, — шестиугольников, что едва видно с такого расстояния, даже с улучшенным от Дара зрением.
— Нет, — помотал я головой, вновь переведя взгляд на идущий рядом с нами небольшими группками наш класс. — Я был несколько раз вместе с семьей Агнэс в приграничных городах, так что, пускай и не так близко, но стену и барьер я уже несколько раз хорошенько рассматривал.
— Тогда о чём задумался? — продолжила она настаивать.
— О сокрытой правде о диких территориях, — честно признался я.
— А, ты ведь совсем недавно узнал всю её…
Я кивнул, разворачивая мысль:
— Так-то я понимаю, зачем нужно скрывать такую правду от простолюдинов, но всё-таки… мне подобное не по душе.
И пока Ева обдумывала, что мне на это сказать, в диалог вступил Тосио, ответи мне:
— К сожалению, иначе и вправду никак — стоит только простолюдинам узнать правду, что никакой радиации там на самом деле уже нет, а многие аномалии уже изучены, как часть из них тут же, не думая, начнёт пробовать выбраться за пределы Империи, считая, что там их жизни точно сразу наладятся, ведь более они не будут угнетены привилегированным классом.
— Угу, — согласился я с ним. — И плевать им будет, что на самом деле там есть угроза пострашнее в виде демонов, одержимых и одичавших людей, которые убивают всех выходцев из любых Империй…
— Ну, мне кажется, их всех тоже можно понять… — проговорила Ева.
— Кого именно? Простолюдинов или одичавших?
— Всех. Глупо оспаривать, что жизнь простолюдинов тяжела — у нас даже есть хорошо знакомый нам пример, доказывающий это, — явно подразумевала она Элизабет. — А одичавшие… они с рождения живут в жестоком мире, где совершенно нет никакой безопасности. Это у нас самая главная угроза — это одержимые, а те же демоне, если и проникают за барьер, то они всегда мелкие и слабые. Вот только этого не скажешь о тех демонов, что обитают на диких территориях, — там именно они хозяева и творят, что хотят, практически не имея никакого отпора. Сюда же ещё добавляется проблема с одержимыми и аномалиями, многие из которых одним своим существованием нарушают известные нам законы физики. В общем, я это к тому, что их жизнь очень нелегка — с самого рождения их со всех сторон окружает опасность, от которой можно лишь прятаться и бежать, не в силах даже давать отпор. Поэтому совсем неудивительно, что на все проявленные людьми Империй попытки выйти с ними на контакт и договориться, они отвечали молчаливым насилием…
  
Что и ожидалось от Евы. Впрочем, тут я с ней полностью согласен — я и сам, размышляя после получения и анализа всей этой информации, пришёл именно к такому выводу. Тем не менее… неужели действительно ни разу ни с кем из одичавших никому не удалось договориться? Наверняка же число попыток за все эти года было огромнейшим, и всё равно даже так — ни разу?..
Даже если они изначально крайне агрессивно настроены и их язык за всё это время видоизменился, из-за чего они не могут понимать нас, а мы их, то… это всё равно слишком странно.
Что-то мне совсем не вериться в подобное…
Но озвучить это я уже, конечно, не стал — я и раньше бы поступил бы так же, боясь, что это как-то впоследствии отразиться на связанном со мной роде Агнэс, а теперь же, будучи аристократом, ничего подобного вслух я и близко не могу произносить, не будучи уверенным полностью, что услышат это лишь доверенные люди, и более — никто.
А тем временем все наши группы, поделённые на классы, дошли и сели в автобусы, что выглядят являются точными копиями тех автобусов, на которых мы ранее ехали до аэропорта.
Ну а далее нас ждала неспешная поездка до следующего нашего места назначения.
И даже так заняла она у нас всего лишь каких-то пятнадцать минут езды по полностью пустой трассе. Думаю, при нужде и нормальной машине — от того аэропорта и до нашего место назначения можно было бы добраться минут за пять. А может, даже меньше. Что, впрочем, совсем неудивительно, учитывая вероятность нужды быстрой переброски сил на границу.
Когда же автобусы остановились, мы оказались в военном городке. Если быть точнее — на одной из его стоянок, вокруг которой собралось, на удивление, множество ныне служащих.
— Интересно, так всегда? — спросил я, осматривая собравшихся, множество из которых было одето в военную форму.
— Думаю, да, — ответил мне Тосио, — им интересно посмотреть на только что прибывших, с которыми многим из них придётся возиться ближайшие несколько месяцев. Впрочем, мне кажется, из-за кое-чего их всё равно больше, чем обычно.
— Угу, — согласилась с ним Ева, — точно на нас пришли посмотреть.
Ну да, пускай они и служат здесь, но почти все они — аристократы. Так что неудивительно, что многие из них не сдержали свой интерес и пришли посмотреть на такую редкую особь, как аристократ, что всю свою жизнь до вчерашнего дня жил под другим именем и фамилией, как самый обычный простолюдин. Тем более, не совпади так, что они были на службе в этом время, вполне вероятно с некоторыми из них я бы пересёкся на вчерашнем приёме.
Но как бы то ни было, мне это очевидно не нравится.
Тут и резкая смена обстановка, и небольшое волнение от предстоящего, а теперь ещё сверху и раздражение от этого постоянного, до ужаса тщательного наблюдения за каждый твоим действием со всех сторон, от которого я надеялся избавиться хотя бы здесь.
Короче говоря, крайне напрягающая обстановка…
И пока я размышлял над этим, мы, следуя за нашими классными руководителями, вышли со стоянки, неторопливо куда-то направляясь и рассматривая здесь всё с большим интересом — всё же те, кто шли в эту школу, как правило и далее планировали связать свою жизнь со службой в подобном месте.
И у нас, конечно, была подробная карта этого места со всеми приглашающимися фотографиями в том файле, который мы все получили от школы, и наверняка её почти все заучили наизусть, как и я, но одно дело — видеть всё на экране, а совсем другое — смотреть на всё это в живую, буквально проникаясь атмосферой этого места.
А атмосфера здесь… вполне себе нормальная. Чувствуется, конечно, некоторое напряжение, ввиду хмурых и излишне серьёзных лиц служащих, но во всём остальном — всё обычно. Ну, по крайней мере, лично я ожидал куда более подавляющей и мрачной атмосферы от места, в котором живут люди, что постоянно рискуют собственными жизнями.