Студент по обмену, или Принцесса с сюрпризом (СИ)
Ланикхидар не удержался и нежно прикоснулся к щеке Ами, убирая прядь волос, что мешала любоваться красивым изгибом губ, искусанных и слегка припухших. От этого прикосновения юноша проснулся, лёгкая улыбка появилась на его лице. Не открывая глаз, он потянулся всем телом навстречу, и асор, не выдержав, подмял его под себя, плюнув на то, что давно надо идти на утреннее заседание Совета…
— А тебе обязательно идти на заседание? — лениво цедя слова, спросил Ами спустя некоторое время, кончиком пальца выводя на груди повелителя причудливые узоры.
— Обязательно. Сегодня должен решаться вопрос о дне моего бракосочетания с дочерью рикса Эрсолизии. Время пришло. Уже скоро ей исполнится пятнадцать. Сразу после ритуала запечатывания магии грасию доставят сюда. Придётся выполнить заключённое с её отцом соглашение.
— А я? Что ты думаешь сделать со мной? Отошлёшь из столицы?
В глазах Ами застыла печаль.
— Ты останешься. Я не смогу без тебя. Если было бы возможно, то я произнёс бы священные клятвы перед богами и надел брачные браслеты именно тебе, а не ей. Наши обычаи и законы это позволяют, но я связан магическим договором, который нельзя нарушить. Эльсина станет моей женой, чтобы родить наследника. Твоё официальное положение Услады Сердца Асории останется неизменным, ведь в договоре нет ни единого слова, запрещающего мне иметь любимого после заключения брачных уз. Я слишком дорожу тобой, чтобы из-за какой-то девчонки, пусть и грасии, изменить наши отношения. Ты всегда останешься рядом со мной.
— Да, я всегда останусь с тобой, — прошептал Ами, прикоснувшись губами к красноватому пятнышку над левым соском. — Кажется, я был неосторожен в своей страсти. Прости.
— Прощу, если украшу тебя таким же знаком. Ты — мой.
Асор опрокинул юношу на спину, а его губы впились властным поцелуем, оставляя на груди Ами отметину, но не остановились и уже более нежными прикосновениями продолжили движения вверх, подбираясь к чувствительным местам на шее.
— Совет, — простонал, закрыв глаза и подставляясь под ласки, Амитсамин.
— Подождут, — жарко шепнул в его ухо повелитель.
Глава 10. Выбор направления
Любой путь — лишь один из миллиона возможных путей. Есть ли у этого пути сердце?
Если есть, то это хороший путь; если нет, то от него никакого толку.
Один путь делает путешествие по нему радостным: сколько ни странствуешь — ты и твой путь нераздельны.
Другой путь заставит тебя проклинать свою жизнь.
Один путь дает тебе силы, другой — уничтожает тебя.
Я очнулся и ощутил лёгкую тряску, скрип колёс, пофыркивание лошадей или каких-то других копытных, щебет птиц. На животе ощущаласть тяжесть. Ветерок доносил запах сена, коровника и тонкий аромат канифоли.
«Сеня, ты проснулся!» — ворвался в мой разум мысленный вопль.
Непроизвольно скривился от боли: такое ощущение, что рядом бухнули в огромный колокол, а в мозгу отдался его гул, прокатившийся затем волной по всему организму, аж пятки зачесались. С остервенением потёр одну стопу о другую, спасаясь от неожиданно возникшего зуда.
— Виро́н! Я уже волноваться начал, братишка! — услышал знакомый голос. — Ты как себя чувствуешь?
Открыл глаза и осторожно приподнялся на локте. На животе у меня сидела радостно лыбящаяся Лулу, рядом, сбоку, на хоррге ехал Берис, а Спирит следовал за ним, привязанный поводьями к задней луке седла. Я же возлежал на свежем сене, что устилало дно допотопной повозки. Обернувшись, увидел сидящего ко мне спиной мужика, который управлял парой животин, похожих на волов: серебристо-серых, с изогнутыми назад мощными рогами, почти лежащими на спинах.
Вирон? А, точно. Одно из моих многочисленных имён, переделанное в мужское. Я же в другом мире и теперь снова парень. Внешне. Можно не контролировать речь, зато надо стараться делать голос чуть грубее, а это немного сложно, но лучше уж так, чем говорить о себе в женском роде.
— Хорошо, вроде бы, — ответил, прислушавшись к ощущениям: живот не болел, голова не кружилась, слабость не одолевала.
— Мы скоро доберёмся до постоялого двора. Там задашь все вопросы, — предусмотрительно предупредил Берис.
Я кивнул: потом — так потом. От нечего делать начал рассматривать пейзаж. Мы ехали по просёлочной дороге. Справа колосились поля с местной разновидностью зерновых, а слева, вдалеке, виднелся лес. Пространство до него зеленело разнотравьем, где паслось стадо животных, похожих на обычных коров. Практически такая же картина, как в российской глубинке. Сельская идиллия.
В очередной раз повернувшись, чтобы устроиться поудобнее, вдруг почувствовал, что из меня что-то выплеснулось… там… Ну… то самое… На моё счастье в этом мире существовало магически обработанное нижнее бельё, что очищало тело от естественных выделений кожи и уничтожало все неприятные запахи. Оно совершенно незаменимо в «эти дни». Такое бельё было очень дорогим, потому что не каждый из магов-бытовиков знал секрет наложения на одежду заклятья «обновляющейся чистоты». Подобным бельём пользовались состоятельные особы, в основном, в дальней дороге, когда путешественники не всегда имели возможность устроить постирушку и помыться. Долговременность действия «аккумулятора» зависела от силы мага: от суток до пяти. Это бельё «подзаряжалось», если прополоскать его в воде и вывесить на ночь просушиться. Или вообще без воды обойтись — энергии стихии воздуха вполне достаточно.
Мачеха обеспечила меня всем необходимым и просветила по поводу особенностей организма взрослеющей девочки — лишь бы я находился как можно дальше от асора и не мешал её матримониальному плану. Мудрая женщина, но и я тоже молодец.
Оценивая прожитые здесь годы, пришёл к выводу, что мои действия можно сравнить скорее с внедрением секретного агента в стан врага, а не с партизанской войной, которую намеревался устроить новоявленным родственничкам в самом начале своего внезапного появления в этом мире. Разобравшись, что именно «прогнило в датском королевстве», я не стал подпольщиком-вредителем, а мягко повернул ситуацию в нужное русло. И это у меня почти получилось. «Почти» потому, что мы с братом ещё не настолько отдалились от опасной зоны, чтобы позволить себе расслабиться.
Неожиданное зримое проявление близкого совершеннолетия пугало не так, как последствия оного. Моя магическая сила могла в любой момент выкинуть неожиданный фортель, а как справиться с ним, я не знал. И спросить-то не у кого. Единственный выход — убраться подальше от дворца и постараться найти хоть какого-нибудь мага-разумника, который бы помог мне пройти этот сложный период становления.
Мне ещё повезло, что магический дар не связан со стихиями, иначе бы мог натворить дел. А так проявление его выражалось лишь в периодических диких головных болях в чересчур оживлённых местах, где не могла помочь даже Лу. Моё чувствительное восприятие увеличивалось, а как закрыться от внешнего воздействия, не знал. Поэтому маршрут путешествия проложили по максимально необжитым территориям. «Меньше народа — больше кислорода». Эта, всем с детства знакомая, присказка как никогда стала актуальна в моём случае.
Однако сначала необходимо найти мага, который сможет мне помочь, а также проводника, который согласится довести до Дивных гор, где, по слухам, и обитали подземники. Чем дальше мы уйдём в заповедные места, тем меньше у отца появится шансов вернуть нас обратно.
К тому же, меня очень беспокоило украшение на шее, предназначение которого оставалось тайной. Желательно, конечно, поскорее от него избавиться. А вдруг это маячок для поиска, в случае, если юная невеста не оценит всего размаха своего счастья? Жизнь в серпентарии сделала меня мнительным. Впрочем, если это всё же маячок, то интуиция асора не подвела. Я так и не оценил.
В размышлениях время пролетело незаметно. Подъехав к постоялому двору и расплатившись с крестьянином, который нас подвёз, мы зашли внутрь, предварительно напоив хорргов, задав им корма и кинув мелкую монетку мальчишке, отвечавшем за обустройство верховых и упряжных животных постояльцев.