Кадровик (СИ)

Опять выдают штандарт, амулет, кристаллы. Все, как и в прошлый раз.
Выдвигаемся к группе орков в круге камней. К нам навстречу из толпы выходят три взрослых орка и несколько молодых. Самый большой в мехах и с рогами на голове — очевидно, главный. Низенький в военной экипировке — его стража или защитник. А вот орк в странных одеждах с тотемом в руках — местный шаман. Это чувствуется без пояснений. Молодые без конца переговариваются и поглядывают в нашу сторону.
  
Наш худой парнишка-толмач безуспешно объясняет, чего мы хотим. Несколько наших воинов в кольчуге со скучающим видом ждут окончания переговоров. Им все едино. Да и результаты предопределены — битвы больше не будет, а дальше — либо торгуем, либо нет. В обоих случаях это уже не их работа.
Наше посольство, так сказать, полностью укрыто щитом Феофана. Это вроде как знак, что мы не относимся к племени с пренебрежением, считаем их опасными и так далее. Примерно в этом стиле выражается наш переговорщик. А наш же толмач рычит на орочьем. Правда, нашего толмача я совсем не понимаю. А вот орков, которые переговариваются между собой, на удивление понимаю отчетливо. Молодые орки, например, вообще не слушают, что им говорит толмач.
— У этого тщедушного красные сапоги. Значит, он заслуженный воин? — слышу вопрос молодого орка.
— Да не может быть. Он же бледная поганка, ты посмотри. Его соплёй перешибить можно.
— Вот и я говорю, все люди — воры. И врут постоянно. Он их украл, сразу понятно. И договариваться с ними нельзя, — прилетает ответ от второго. — Воры, обманут.
В этот раз понимаю каждое слово.
— Эй, молодежь! — порыкивает вождь. — Совсем охамели? Это людские традиции, их дело.
— А чего наши все испугались? Мы ж до каравана почти добежали. Почти продавили их защиту! Надо было нападать, а не сопли жевать. О чем с ними договариваться? Смотри, какое маленькое существо, его на руку положить, и другой прихлопнуть! — мелкий орк показывает на Феофана. — Мы бы сейчас и караван взяли, и торговать ни с кем бы не пришлось.
Шаман монотонно шепчет себе под нос, только его слова разобрать не получается. Всех остальных понимаю полностью.
— Ну-ка замолчали все! — Шаман бьёт посохом и снова погружается в себя.
Орки продолжают перерыкиваться между собой, но уже почти неразборчиво и ощутимо тише.
Вождь вздыхает, поправляет рога на голове и обращается к нашему толмачу:
— Мы хотим, чтобы в ритуальном бою вы выставили его. — Показывает орк на меня. — Мы не верим, что этот тщедушный малый победил в поединках. А, значит, не верим и вам. Докажите.
— Нам нужно посовещаться. Он не наш поединщик. — Торговцы оборачиваются ко мне.
— Совещайтесь, — рычит вождь. — Но в одном из трех поединков должен быть он. Не будет его — не будет торговли.
— Вить, это афёра какая-то, — тихо беспокоится фей, продолжая удерживать щит. — Не нравятся мне эти парни. — Кивает на орков.
— Ты можешь отказаться, — обращается ко мне один из торговцев. — В твоем контракте ничего подобного не прописано.
— Только тогда у нас не будет торговли, — подсказывает второй торговец.
Отходим от посольства орков. Те остаются на месте.
До меня быстро доходит текущее положение каравана. Смеюсь.
— Ну, раз у вас не будет торговли, тогда я хочу процент, — перевожу разговор ближе к делу. — Какой оборот вы планируете с этой остановки?
Оба торговца мнутся и переглядываются. Видно, как они оба мысленно подсчитывают деньги. Хором ответить не могут — оба соврут.
— Нам нужно позвать Ивана! — наконец говорит один.
— Зовите, — пожимаю плечами.
Но, вообще, ощущение странное. Тело будто рвется в бой. А ведь я почти уверен, что до моего пробуждения Витя мало что делал руками. И, тем более, вряд ли участвовал в боях. Но, видимо, благодаря постоянным упражнениям, тело идеально сбалансировано. Это плюс. Но вот почему меня так тянет поучаствовать… С другой стороны, меня не тянет поучаствовать в любом бое. А вот с этими молодыми почти людьми — да.
Орки недовольно наблюдают за нашим небольшим совещанием.
— Просто так выступать на потеху не буду, — уточняю торговцам, пока они ждут Ивана. — Мне не это надо. Вон они, какие здоровые. — Показываю на самого внушительного, тот озлобленно рычит. — А я просто маг — не кулачный боец.
— Так они предлагают битву не на кулаках. На кулаках они не умеют, — торопливо поясняет торговец.
Фей озадаченно поглядывает на нас. Во взгляде читается беспокойство.
— То есть? — удивляюсь я. — Объясняйте.
— Оружием можно пользоваться, — говорит второй торговец. — Мы тебе меч дадим или шест. Что захочешь, то и дадим. Только выиграть надо. Или хотя бы не проиграть.
— А смысл? — спрашиваю. — Если я ни тем, ни другим пользоваться не умею? — уточняю ещё раз. — И получается, что выходить придётся против бойца с оружием, который умеет. А сам при этом пользоваться оружием не смогу. Зачем мне это?
Один из молодых орков показывает на мои сапоги и заявляет:
— У него красные сапоги победителя турнира.
Говорит он на орочьем, но я понимаю каждое слово.
— Ну и что? — тут же отвечаю ему и не узнаю свой голос. Интонации рычащие и грубоватые. — Турнир был на кулаках. Вот вы бьётесь на кулаках?
— Витя, ты что, понимаешь его? — Удивляется торговец.
— Чуть лучше, чем троллей. Понимаю. — Вздыхаю я. — Короче, рассматривать буду только кулачный бой. — И просто так против этих здоровяков выходить не буду.
Кажется, меня понимают одновременно и торговцы и орки.
— Да я тебя и без оружия заломаю, — выкрикивает здоровенный молодой орк и бьёт себя в зелёную грудь огромной лапищей. — Вы все лживые и слабые людишки!
Шаман шипит на него и пристукивает посохом.
— Молчать!!! — он громко рычит и смотрит сразу на всех присутствующих орков. Мол, ко всем относится.
После чего оборачивается к торговцам и сбавляет тон. Видно, что ему это даётся с большим трудом:
— Мы не можем вам верить. Вы все время разные. Только бой может проверить вашу честность. Мы выставим своего воина без оружия. Выставляйте своего. И как обычно еще двух других поединщиков. Три боя. Три правды.
— Опять просят троих, вечно им крови мало, — кидает первый торговец необдуманную фразу, второй одаривает его недовольным взглядом.
Видимо, орки в чем-то правы. Люди в караване привыкли обманывать ради своей выгоды и создали себе не лучшую репутацию.
— Витя, — уже мягко обращается ко мне второй торговец. — Вон, Иван машет, пойдем, будем договариваться.
— Куда ж мы пойдем? А щит кто будет держать? — смотрю на торговца с удивлением.
— А, щит. Точно! — словно вспоминает мужик. Ладно, сейчас позову сам. — убегает к Ивану.
Феофан выглядит уставшим и полностью погруженным в свои мысли.
Торговец приводит Ивана и приносит пару стульев.
Караванщик жестом приглашает меня сесть. И как только это делаю, вокруг нас поднимается марево.
— Не беспокойся, твоему фею держать щит это не помешает. А так нас не услышат.
— А зачем? — удивляюсь.
— У стен есть уши, — предупреждает. — Не стоит кому-то знать о наших с тобой взаимоотношениях, особенно оркам.
— А для чего вам вообще торговаться с орками? Неужели нет ребят посговорчивее и подружелюбнее? — задаю очевидные вопросы.
Иван ухмыляется, будто изначально знал, что этот разговор состоится.
— Конкретно эти орки поставляют очень редкие вина, — объясняет караванщик, проговаривая каждое слово. — А ещё горные травы для лекарей в столицу.
— Допустим, — соглашаюсь. — Но бой зачем?
— Если мы выигрываем, то у нас половина цены за весь товар. — Караванщик не мнётся, отвечает сразу. Его ответы выглядят отрепетированными. — Если проигрываем, такая же наценка. Если не выходим на бой — вообще торговли, как ты понимаешь, не будет. Короче, это важная торговля на перегоне.
  
Фей внимательно слушает. После разговоров с орками он теряет хорошее настроение, несмотря на всю свою любовь к торгам. В этом я его понимаю. Довольно неприятные товарищи.