Кадровик (СИ)

Ладно, время у нас есть, поэтому соглашаюсь дождаться. Только в толпу мы не торопимся, выбираем возвышенность неподалеку и устраиваемся поудобнее. С холма видно ничуть не хуже. И воздуха больше.
Ждать нам приходится недолго. Внезапно в воздухе сверкают молнии, некоторые из них взрываются снопом искр.
— Кажется, началось! — фей восторженно замирает и задирает голову.
Молнии образуют огромный круг, в диаметре метров двадцать. Люди завороженно ждут продолжения.
    
Глава 20
 
В Гиблые топи поедешь?
 
Каждая новая молния становится больше предыдущей. Разряды стучат всё чаще и чаще. Круг молний над полем превращается в огромную зеркальную поверхность, больше похожую на ртуть: такую же живую. Зеркало выгибается вглубь пространства и выплевывает игрушечный караван.
— А чего он маленький такой? — спрашиваю примолкшего Феофана.
— Тсс, — фей огромными глазами показывает на портал.
За секунду вроде как игрушечный поезд увеличивается до нормальных размеров. И на поле из ртутного окна выезжает пыхтящий паром караван. Десятка полтора сцепленных между собой вагончиков везет огромный медного цвета паровоз.
Ничего так. Словно в фантастическом фильме. Только вместо космических кораблей из зоны перехода появляется вот такой караван: смесь поезда и крепости.
Караван выезжает на поле, предназначенное точно под него. Закручивается против часовой стрелки. Пару секунд стоит лязг. Домики опускаются на землю, пряча колеса под медные юбки, и через минуту на поле возвышается вполне себе укрепленный форт. Со сплошными металлическими стенами.
На поле опускается тишина ожидания, и вдруг караван разражается фейерверком в небо!
Публика взрывается аплодисментами. Фей тоже подпрыгивает на месте и хлопает в ладоши.
Караван выдает клубы пара и замирает окончательно. Люди вокруг возбужденно переговариваются, показывают на караван руками, обсуждают фейерверк, и, в принципе, начинают расходиться.
— Ну, мне кажется, что мы тоже можем пойти посмотреть, что тут есть на поле, — говорю фею.
— Да, Вить, ты прав. Пойдём, может, фургон с вафлями привезли. — Фей готов идти своими ногами.
Ну, кто бы сомневался: кто о чем, а фей о еде.
Подготовка к ярмарке кипит вовсю. По двум сторонам от нас собираются прилавки, стучат молотки, и переговариваются торговцы. Каждый выбирает себе место потеплее. Некоторые уже управились с обустройством и вовсю торгуют едой. Невероятные запахи выпечки разносятся по всей поляне.
— На природе оно всегда вкуснее, — радуется фей и глазеет по сторонам.
Я-то наивно думал, что он побежит к первой попавшейся лавчонке, но нет. Феофан тщательно ищет желаемое.
Ненавязчиво играет музыка. Я не сразу замечаю самодельный помост. Возле него собирается небольшая толпа. А на самом помосте сейчас выступают музыканты.
Вроде даже похожие на сборные группы. Вот сейчас, например, под задорный бой небольшого барабана, играет лютнист и чего-то даже поет. Отсюда не разобрать слова, но народу вокруг нравится. Тем более, под этот аккомпанемент на том же помосте выплясывает красивая девишна. Так что, вполне может быть, что вопли восторга и свист больше относятся к ней, чем к этим музыкантам.
— Фальшивят, — замечает фей и продолжает поиски фургона.
Почему-то ему важно казаться самым умным в любом вопросе. По мне, так мелодия льётся ровно и вполне приятна на слух. Несколько человек из толпы активно пританцовывают, другие прохожие бросают монетки в шляпу на полу.
— Фургон! — радостно вопит фей и кидается к своей находке.
Все время забываю, что он может быть таким прытким. Видимо, мотивация многое решает.
Возле ярко-фиолетового фургона всего один деревянный стол. Фей бежит так, будто участвует в конкурсе. На место никто не покушается, но Феофана это мало волнует.
— Успел, — выдыхает он, когда плюхается на стул. — Закажи мне большую вафлю с малиновым вареньем и вяленой грушей. И яблоками. И… — фей не успевает закончить.
Я снимаю накидку и надеваю на стул.
— Теперь твое место никто не займет, заказывай спокойно. Дай сюда пару монет. Пойду, поищу что-нибудь посерьезнее. — Хмыкаю на выражение лица напарника. Сосредоточен как никогда.
Пока фей выбирает лакомство возле фургона, иду на запах мяса. Вроде и есть не особо хочется, но запах! Он не оставляет меня. Решаю поддаться.
— Доброго денёчка, не проходите мимо! — Слышу голос из ближайшей лавки. — Шашлычок, вкусный, сочный.
О, то, что нужно!
— Это у вас какое мясо? — уточняю у торговца.
— Крол, молодой, два года от роду, наисвежайший! — сообщает дородный шашлычник.
— Есть ещё что-то? — уточняю.
Мимо проходит молодой паренек в костюме шута. За ним бегут мелкие ребятишки. Вокруг все готовятся к завтрашнему празднику.
— Свиньи академические, но это в два раза дороже, — сообщает торговец, а я удивляюсь.
— Это животные, надеюсь? — Немного смущает меня такое название мяса.
— Да! И отличные! Но дорогие, конечно. Редкий гражданин может отведать такое дорогое мясо! — поясняет мужичок. — Кролятины на эту же сумму можете купить столько, что хватит на двоих! А тут — только для вас! — по слогам выговаривает сложное слово. — Эксклюзивно!
При слове «гражданин» меня передергивает. Вспоминается хозяин складов.
— Ничего, я беру, готовьте. И, если можно, поострее. И лепешки кукурузные, если есть, — полностью озвучиваю заказ.
— Положу! Все положу, даже не беспокойтесь!
— Я буду ждать вон за тем столиком. — Киваю и показываю на фиолетовый фургон, расплачиваюсь.
— Вкуснее мяса вы в жизни не ели, уверяю! — радуется удачному открытию торговли шашлычник. — Еще не раз сюда придете!
Возвращаюсь к Феофану. Тот сидит с тарелкой, на которой еле помещается сразу несколько вафель.
— Я смотрю, ты не мелочишься, — поддеваю фея.
Тот спокоен как самурай. И путь свой явно знает.
— Никак не уговорил их все эти фрукты и варенье положить в одну вафлю. Разные, говорят, вкусы. Перебьешь, говорят, основной вкус! — ворчит Феофан, уминая вафли за обе щеки.
Место у нас удобное. Прохожие не задевают и не толкаются, да и видно всё, что происходит возле каравана. Он уже развернулся, открыл входы, но гостей пока не принимает. По крайней мере, я не вижу, чтобы хоть кто-то туда входил. Зато небольшая толпа уже собирается рядом.
— Свинина академическая! — слышу уже знакомый голос торговца.
— Сам такой! — не медля отзывается фей. — А, ты мясо заказал? — тут же меняется в лице фей. — Витя! Ну, хоть бы посоветовался. Оно же стоит как дирижабль. Я бы тебе такого в Академии столько наготовил. И, главное, за бесплатно почти!
— Фео, не переживай, успеется, — успокаиваю Феофана и забираю блюдо с мясом.
На тарелке еще скворчат большие куски свинины, нанизанные на шампур. Покрытые золотистой корочкой, они просто пахнут отдыхом, какой-то беззаботностью. Соскучился, я, похоже, вот именно по такому.
На шампуры мангальщик цепляет еще и овощи. Вот тоже к месту. Да и кукурузная лепешка под шампуром, как и обещано. Все вместе — отличная композиция. Почти художественная.
— Вить, дай, кусочек. Я уже наелся, конечно, но знать, как готовят тут нашу свинину — просто обязан, — оправдывается Феофан и пододвигает ко мне свою пустую тарелку.
— А почему «нашу»? — уточняю. Не то чтобы мне было интересно, но пока слежу за фортом. Никто не выходит.
— Ну как? У нас хозяйства при Академии выращивают. Свиньи без пригляда магов-природников быстро дохнут. Так что их академическими и зовут. А нашиприродникивсегда обеспечены хорошей, пусть и духовитой работой.
  
Откладываю немного фею — этого стоило ожидать, я уже даже не удивляюсь.
— С шампура оно вкуснее, конечно, — слышу тихое ворчание. Сколько фея не корми — ему всё мало.
У ворот каравана вижу определенное движение. Выходит и заходит обратно в темноту охранник.
— Кажется, нам скоро пора. — Показываю головой на открытые ворота. — Будь готов. Надо внутрь сходить и найти кого-нибудь пообщаться.