Кадровик (СИ)

— Я⁈ — искренне удивляюсь.
— Нет, Вить, я. — Фей ударяет себя ладошкой по лбу. — Не забывай, для чего мы тут.
— А для чего мы тут? — повторяю фразу фея. Отхожу от «наркоза» все же медленно.
— Академия послала, — со вздохом отвечает мне фей. Опять бьет себя по лбу. Продолжает почти по слогам. — Мы тут ради эссенции из крови летучего крокодила. Эссенция в фиале, фиал был у гоблинов, гоблинов больше нет. А торгует, тьфу ты, торговало, в королевстве только это племя. Других рядом нет. Найдешь фиал — считай, повезло. Понятно?
  
— Крокодилы не летают. — Уверенно вспоминаю зелено-бурых нильских громадин.
— Гоблинские? — фей равнодушно отворачивается. — Гоблинские — летают. Только низенько-низенько. Ищи иди. Синенький фиал, помнишь?
Ну что ж, немного становится понятнее. И даже раздражение мужичка, в принципе, объяснимо. Кажется, мостов с напарником я не наводил. И, видимо, это взаимно. Ладно, решу постепенно. Он — единственный источник информации все же.
Делаю шаг. Так, тело чувствую как свое. Но все же не до конца. Словно оно затекает и только сейчас оттаивает. Шаг я делаю вполне привычно. Оглядываюсь в поисках зеркального чего-нибудь. Нет, ну а вдруг? Усмехаюсь про себя. Хотя… на этой свалке? Откуда?
Поднимаю уцелевшее древко. Чтобы ворошить кучи — подойдет. Доверия этот мусор у меня не вызывает. Пару раз взмахиваю палкой.
— Ты чего размахался-то? — голос фея доносится уже от другого завала. — Не, у нас, конечно, время не ограничено, но я бы, все же, хотел вернуться в Академию до осенних каникул. Там праздники пойдут, пирог будет. С рыбой. — Фей мечтательно закрывает глаза. — А еще, может, лифани привезут, — облизывается.
— А это скоро? — спрашиваю.
Фей резко отвлекается от мечтаний и бросает на меня раздраженный взгляд.
— Четыре декады, парень. А еще через три-четыре тебя из Академии выпрут как не сдавшего сессию. Если не принесем фиал раньше, конечно. И то, что ты отсутствовал по поручению ректора, тебя не спасет. Поедешь на границу заряжать кристаллы — так ты деканат свой достал. Парень, ты хоть понимаешь, что они только и ждут повода тебя выгнать? Ты зачем каждый раз пишешь жалобы на нецелевое расходование средств? На прогул преподавателей, на неправильно окрашенную траву у главного здания? Тебе больше всех надо?
— Это не жалобы, а докладные записки в отдел по наблюдению за магическими учреждениями нашего королевства! — снова тело начинает отвечать за меня, пока я слегка эээ…удивляюсь происходящему. — Докладные записки составлены согласно Уложению по надсмотру над Учреждениями Особой Важности, и, действительно, используют бланки формы 26 дробь 1 как особо важные документы.
— Вот то-то и оно, парень, то-то и оно! — фей вздыхает и возвращается к ворошению кучи.
Так. Понятно, как это работает. Действительно запускается что-то вроде внутренней библиотеки. И сейчас я успеваю уловить, где отключается критическое мышление. Проверю.
— Спроси меня еще про уложения или законы. — Чуть давлю на человечка.
— Да? — Удивляется фей. — Как скажешь, Вить. Ты вот гоблинов уничтожил. Наверняка под какое-то уложение попадает.
— Да, Уложение… — ловлю себя на полуслове. Отлично, работает. Соответствующие страницы Уложения о взаимодействии с магическими расами тут же разворачиваются у меня перед внутренним взором. Визуал натренирован отлично! В прошлой жизни у меня такого не было! Ещё и спусковой крючок нашел, хорошо!
Стоп. В прошлой жизни? Ну, в общем да. Определенно. Я не должен быть так спокоен. Ну, это понятно — видимо шок. Учту.
Тело не должно говорить само. Это ненормально. С этим я тоже сейчас разбираюсь. Очевидно, что так проявляется прошлая память. Значит, она сидит где-то глубоко. По крайней мере, та, что касается внутренней библиотеки.
— Под уложение попадает, — отвечаю фею.
— И что? Тебя накажут? — с интересом спрашивает фей.
— Нет. Совсем нет. — Поднимаю руку. — Так, а сейчас помолчи немного. Мне нужно сосредоточится.
Человечек немного надувается и отворачивается к кучам мусора. Слышу только ворчание.
Вспоминаю первые слова необходимого текста. И да! Перед мысленным взором опять разворачивается картинка. Отлично!
Осматриваюсь. Так. Ночевать в пещере точно не стоит. Поищу, пожалуй, как там он сказал? Фиал? Ну вот, значит, его и поищу.
Поднимаю крупный осколок зеленоватого стекла. Ага! Смотрю в него.
Точно молод. Видно плохо, но отражение есть. Здесь мне никак не под полтинник. Первое впечатление про семнадцать-восемнадцать лет — верное. Да и длинных волос у меня никогда не было, даже до армейки. Лицо больно гармоничное. Худоват, конечно, и одежда, опять же, странноватая. Да и, если подумать, и с феями я никогда не сталкивался. Но в то же время, именно этот, конкретный, мне кажется знакомым.
Делаю пару шагов в сторону кучи покрупнее. Сзади громко осыпается щебень.
Разворачиваюсь уже в прыжке.
  
Глава 2
 
Купаться запрещено?
 
Наваленные обломки на полу активно шевелятся. Кто-то большой и не очень проворный выбирается наверх. Подпорка, стоящая в этой куче, резко наклоняется, переставая удерживать балку. Та падает, а за ней, как костяшки домино, из-под свода пещеры, рушатся еще четыре.
Стая мелких птиц как по команде вылетает в прорубленные в самом верху окна. Фей, смешно подпрыгивая, подбегает ко мне. Внутри головы просыпается знакомо-незнакомый голос и уверенно говорит: « Спокойно. Ты в порядке». Ну да, блин, куда уж лучше? Отступаю еще на пару шагов.
Из-под обломков медленно выползает бронированное чудовище метров шести длиной, и почти в мой рост высотой. На крокодила оно похоже мало. Разве только на прародителя крокодилов — тогда да.
Протяжно зевает. Звук такой, словно в оркестр духовых завезли только басы, и все одновременно решили продуться. От какофонии мне физически больно.
Монстр медленно переставляет задние лапы и по-собачьи отряхивается от лишнего мусора. Мегазавр снова зевает, а я завороженно пересчитываю зубы в его пасти. Получается плохо — размер челюстей внушает даже не уважение, а почти благоговение. Туда я, в принципе, помещусь легко. В пару укусов. А феем эта животина легко полакомится на десерт.
Чудовище потягивается, оглядывается и заинтересованно принюхивается. Замечает нас с феем. Интерес тут же превращается в гастрономический.
— Стой!!! Эссенция! — с опозданием кричит фей, когда мегазавр разворачивается на месте и срывается в нашу сторону.
Тело опять секунду живет своей жизнью. Руки делают сложный отталкивающий жест, и с этим жестом из меня исчезает нечто важное. С рук срывается огненный росчерк и тут же пропадает. Удерживаюсь на ногах только чудом, но ненадолго. Внутри груди снова появляется дыра.
А вот монстру не везет совсем. Чудовище с громким хлопком разлетается пеплом и обгоревшими кусками шкуры. Словно оно сгорает и взрывается одновременно. Фей успевает закрыться. Я — нет.
— Я что, маг⁈ — с недоумением смотрю на дрожащие руки. С них ссыпается серая пыль, недавно еще пытавшаяся нас съесть. Лучше не думать.
В кистях тяжесть. Сжимаю и разжимаю пальцы, они натянуты, словно струны. Все тело будто пытается заполнить возникшую пустоту внутри. Все вокруг снова кружится и я падаю на пол.
Смотрю на хмурого фея.
— Ты не маг, — серьёзно, даже с нотками истерики произносит тот. — Ты идиот!
— Чего? — удивляюсь.
— Ты последнего гоблинского крокодила замочил и его племя чуть раньше! — подрагивает крылышками в такт голосу толстячок. В голосе просто море негодования.
Феофан ещё раз обводит руками пещеру и хочет что-то сказать, но обреченно машет рукой.
  
— Так он же нас съесть хотел! — удивляюсь.
Но фей снова впечатывает себе ладошку в лоб.
Так он себе сотрясение заработать может.
— Ну сбей тварюку! Дай по сусалам, молнией прижги, в конце концов! Но убивать-то его зачем⁈ — Фей сплевывает и достает из внутреннего кармана новую зубочистку.