Отец с обложки (СИ)

Я хочу ударить его, но Леон ловко перехватывает мою руку. Мы замираем, оба тяжело дышим. Оба с ненавистью смотрим друг на друга. А потом он внезапно притягивает меня к себе рывком и впивается в мои губы.
Я теряюсь. Просто замираю с широко раскрытыми глазами. Леон целует настойчиво, жестко, безжалостно. А я… а я просто теряюсь. Я все ещё зла на него, ненавижу, но бабочки в животе просыпаются и начинают порхать. Из-за этого на меня накатывает отчаяние. Я все ещё не забыла его. Аромат его тела обезоруживает, руки, что опускаются на мою талию, кажутся такими тёплыми и нежными. Когда родится ребенок, он будет похож на него и ни на минуту не даст мне забыть о Вересове.
Я чувствую как начинаю задыхаться, на глаза наворачиваются слёзы. Я отталкиваю его, Леон нехотя разрывает поцелуй. Кажется, он и сам от себя такого не ожидал.
Я демонстративно тру губы, показывая насколько он мне противен.
— Ты… ты не можешь так делать. Не можешь… Ты то прогоняешь меня, то вот так без разрешения целуешь. Я не железная, Леон. Я тоже человек. У меня есть чувства. И гордость у меня тоже есть. Перестань приходить ко мне, сделай то, что мне приказал — не попадайся мне на глаза.
Я чувствую как по щекам скатываются крупные горячие слезы, не могу ничего с собой поделать, меня бьет крупна дрожь, я на грани истерики. Унизительно, что меня в таком состоянии видит Леон.
— Ксюш… — он внезапно заключает меня в объятия, целует меня в висок, зарывается носом в мои волосы. — Прости. Не плачь. Тебе ведь нельзя нервничать, это может навредить ребёнку.
— У тебя нет причин волноваться за меня и ребенка. Пропусти, — я отталкиваю его и поднимаюсь с диванчика, хватаю со стола папку с документами и телефон. Леон нехотя встает и отходит на шаг. При этом неотрывно наблюдая за мной.
Я прочищаю горло, пальцами стираю влагу с лица, и прохожу мимо него. Делаю несколько шагов и чувствую как в руке вибрирует телефон, сообщая о входящем сообщении. Я лишь мельком мазнула по экрану, не в состоянии ни на чем сосредоточиться, и сразу же замерла. Сообщение от моего врача.
«Срочно приеду в клинику. Пришли результаты скрининга.»
Я замираю, сердце пропускает удар. Почему-то сразу же понимаю, что там что-то не так. Если бы было все хорошо, тон сообщения был бы совершенно другим. Страх за малыша не дает нормально мыслить. Коленки подгибаются и я хватаюсь рукой за спинку ближайшего диванчика, при этом уронив папку с документами и даже не заметив этого. Пытаюсь совладать с дыханием, но ничего не выходит. Слишком сильно волнение за моего ребёнка.
— Ксюша, с тобой все хорошо? - рядом появляется Леон, которого мне сейчас видеть хочется меньше всего.
— Отлично. Просто замечательно, — я сбегаю от него, направляюсь к выходу из здания. Сне нужен воздух. Много свежего воздуха. Все о чем могу думать - здоровье малыша. Мысленно молюсь, прошу чтобы мое предположение было неверным.
— Погоди, ты документы забыла, — Леон снова возникает перед глазами. Я резко останавливаюсь. В мыслях неразбериха и паника.
— Почему ты не можешь просто оставить меня в покое? Почему? — я резко вырываю из его рук папку, из-за слез перед глазами все размыто.
Леон с тревогой всматривается в мое лицо. Руки в карманах, поза напряженная.
— Я отвезу тебя домой, — заявляет решительно.
— Нет, — я разворачиваюсь и пытаюсь уйти от него, но мужчина не отстает. В груди сдавливает так сильно, что я хватаюсь за сердце. Нужно успокоиться. Нельзя мне так нервничать. Господи, что за день сегодня?
Леон совершенно не считается с моим мнением, он хватает меня за руку и тянет к своей машине. Я пытаюсь сопротивляться, но сил вообще нет. Меня словно куклу садят на переднее сидение внедорожника, пристегивают ремень безопасности. Леон не спешит заводить автомобиль. Сидит, о чем-то думая, пока я тихонько всхлипываю рядом, сжимая в руках мобильный.
— Я немного перешел черту, — кажется, он и в самом деле жалеет о сказанном ранее, вот только мне от этого легче не становится. — Не нужно так близко принимать к сердцу мои слова, — говорит негромко, сжимая руками руль. — Я был зол, увидев тебя с ним. Потому что прекрасно знаю, чем он занимается. Сводит хорошеньких девочек с богатыми мужиками. Вечно ошивается в нашем бизнес центре и ко всем цепляется. Увидел как ты разглядываешь фото предложенного им мужчины и меня повело. Хотя должно быть все равно по большому счету.
 
В салоне автомобиля повисает давящая тишина, которую время от времени нарушают мои всхлипы.
— Я отвезу тебя домой. Купить что-то по дороге? Тебе нужно успокоиться.
— Не надо домой, — нахожу в себе силы произнести, понимаю что Вересов не сдастся, да и сил сейчас воевать с ним у меня нет. — Отвези меня в клинику.
— Ты плохо себя чувствуешь?
Я отрицательно качаю головой. Потом просто протягиваю ему свой телефон с коротким сообщением от доктора.
— Ясно. В клинику так в клинику, — заводит двигатель и выезжает с парковки.
После непродолжительной паузы он внезапно спрашивает:
— Что такое скрининг?
— Я делала анализ на выявление патологий у плода.
— И… и что там? — ощущение, словно ему и в самом деле важен результат анализа. Я бросаю на него короткий злой взгляд. Ему не стоит задавать лишних вопросов. Но уже на подъезде к клинике сама не выдерживаю. Мне нужно с кем-то поделиться своими страхами. — Я думаю там что-то не так.
— Результаты анализов у тебя?
— Нет, — качаю головой.
— С чего тогда такие предположения? — Ну, ты же видел сообщение. Она бы так не написала, если бы все было хорошо. И не торопила бы приехать к ней на приём.
— Не делай вывод по одному сообщению, которое писалось второпях. Приехали. Я пойду с тобой.
— Нет, — сразу же возражаю я. — Я пойду, — настаивает Леон и покидает салон автомобиля.
  
Глава 29
 
Меня проводят в кабинет гинеколога, Леон врывается следом, я не обращаю на это никакого внимания, меня интересует лишь одно:
— С ребенком что-то не так, да?
— Присядьте, пожалуйста. Успокойтесь, — просит Дарья Васильевна, внимательно окидывая нас взглядом.
Я опускаюсь на стул, Леон замирает за моей спиной. Я все еще не понимаю зачем он здесь.
— Пришли результаты анализов, - она медленно достает из стопки документов один из листов. Смотрит на меня с сожалением, на лице ни тени улыбки. Мне становится еще хуже. – Мне жаль такое сообщать, но судя по результатам у плода обнаружено генетическое отклонение. Я бы посоветовала прерывание беременности пока сроки еще позволяют…
— Нет! – вскрикиваю, не давая ей договорить, и прикладываю ладони к животу в защитном жесте. – С моим малышом все в порядке.
Я резко поднимаюсь со стула, хватаю сумочку, полностью отрицая услышанное.
— Мне нужно домой, - говорю первое, что приходит в голову. Оставаться здесь не хочу, слушать ничего не хочу ни про какие болезни. Мой малыш здоров, а это все какая-то огромная ошибка!
— Ксюш, - Леон пытается задержать меня, но я сбрасываю с себя его руки и выбегаю из кабинета вся в слезах.
Останавливаюсь на крыльце клиники, жадно вдыхая воздух. Хватаюсь рукой за поручни, чтобы удержать равновесие. Просто стою и не знаю что делать. Да, этот малыш был незапланированным, полной неожиданностью для меня. Да, я сначала совсем не обрадовалась своей беременности, но сейчас… Я представляла как обставлю детскую комнату, как в милой кроватке будет сопеть крошечный малыш или малышка. С глазами как у меня, с носиком-кнопочкой. А теперь мне советуют прервать зародившуюся во мне жизнь? Это все так неправильно.
— Ксюша, — моего плеча касается рука Леона. Я на автомате оборачиваюсь, встречаюсь с его встревоженным взглядом. — Я договорился через знакомых, что мы приедем сдадим у них повторно анализы. И все еще остаётся пятипроцентная вероятность, что с ребёнком все в порядке. Это докторша твоя сказала.
Пять процентов. Господи как мало, но ведь могло и их не быть!