Князь (СИ)
Кесарь склонил голову.
— Согласен. Не подумал. Но, роту я бы всё же перебросил. Александр слишком быстро набирает вес. В том числе и политический, не говоря уж о финансах. Луна — ключ к нашей энергетике, наша энергоколонка, ключ к дальнему космосу, к Марсу и Венере. У него даже мыслей не должно возникнуть не в ту сторону. Да, это дорого, но потери могут быть несоизмеримы.
Князь Гагарин заметил:
— По имеющимся у меня сведениям, Великий Князь Александр не имеет отношения к коррупционным схемам.
Будущий Михаил Третий покачал головой:
— Если он позволяет собой так крутить, то он не на своём месте.
Императрица возразила:
— Не факт. Должность Великого Князя всея Луны достаточно церемониальна. У той же Алвы Маклауд власти намного больше, чем у него. Но, соглашусь, он мог бы и повнимательнее следить за своими делами и своим окружением.
* * *
ТЕРРА ЕДИНСТВА. РОССИЯ. САНКТ-ПЕТЕРБУРГ. МРАМОРНЫЙ ДВОРЕЦ. 7 марта 2015 года.
— Ваше Императорское Всесвятейшество и Величие! Его Императорская Светлость Светлейший Князь Михаил Александрович и Её Сиятельство графиня Диана Коссиковская!
Царица кивнула.
— Проси.
Мы заходим. Бабушка отстраненно смотрит в окно. Неудивительно. Не любит она Питер. И если бы не официальные мероприятия, то не было бы её здесь вовсе.
— Ваше Всевеличие.
Мы с Диной сказали это практически синхронно.
— Рада вас видеть. Всё ли хорошо?
Киваю.
— Да, Ваше Всевеличие. Верю, что и у вас всё благополучно.
— Конечно. Как и у всей нашей Богоспасаемой Империи.
Сказано было довольно сухо, что показывало то, что Императрица была весьма раздражена. Дела явно идут скверно, и это при том, что Императрица Мария Первая, насколько я мог судить по записям и новостям на полях, не была вовсе похожа характером на моего нерешительного брата Николая. И если уж она не справляется, то ситуация действительно заходит в тупик.
Скажу больше, 2015 год этой эпохи мне очень напоминает эпоху 1916–1917 годов. Пусть не настолько явно, но тенденции налицо. Ведь ещё в начале 1910-х всё было хорошо и Империя бурно развивалась и строилась…
— Чаю?
Мы кивнули.
— Да, Государыня.
Императрица обернулась и указала нам на кресла.
— Присаживайтесь.
Мы склонили головы и заняли места у кресел. Не могло быть и речи о том, чтобы сесть в присутствии стоящей Государыни. Лишь дождавшись её присаживания, мы воспользовались Высочайшим Дозволением присесть.
— Как добрались?
— Дорога была комфортна.
— Как дела в Гатчине?
— Скоро весна, моя Государыня.
Нам подали чай и к чаю.
— Не случилось ли чего-то необычного?
Вопрос меня напряг, но я улыбнулся:
— Нет, моя Государыня. Жаль, что каникулы заканчиваются. Скоро в Звёздный, а хочется успеть повидать отца.
Царственный кивок:
— Да, на Луну путь не близкий. Сударыня, вы тоже составите компанию моему внуку?
Поклон головы:
— Да, моя Государыня. Мы сегодня вылетаем вместе со Светлейшим Князем.
— Вот и славно. Присмотрите за ним, а то молодые люди бывают весьма легкомысленными. Надеюсь на вас.
— Ваш внук, Государыня, это верх благоразумия и надёжности. Я, рядом с ним, как за каменной стеной.
— Отрадно слышать. Так в Гатчине ничего не произошло?
Вопрос был неприятным. С явным подтекстом. Императрица явно чего-то ждала.
— Нет, моя Государыня. У меня случились определённые проблемы со здоровьем, но это ничуть не стоит упоминания.
Динка кивнула, подтверждая мои слова. Умничка. Умная девочка.
— Проблемы?
— Да, Государыня. Видимо «барическая пила». Мгновенное эпизодическое помутнение. Но, всё уже хорошо. В целом же, экскурсия в Гатчине нам понравилась.
Царица с минуту молчала, но потом решила благосклонно кивнуть:
— Прекрасно. Но допустят ли вас к полёту на Луну?
— Надеюсь на это, моя Государыня.
— Что ж, подождём результатов врачебного заключения.
Она явно пока ничего не решила.
* * *
ТЕРРА ЕДИНСТВА. РОССИЯ. ТВЕРСКАЯ ГУБЕРНИЯ. МАГИСТРАЛЬНЫЙ ПОЕЗД. 7 марта 2015 года.
Вам когда-нибудь приходилось ездить в поезде? Два часа межу Питером и Москвой. Понятно, что ездить в «Императорском поезде» нам с Динкой было не по рангу, потому и ехали на обычном, пассажирском, пусть и курьерском. Поезда «Имперских дорог» на таких расстояниях успешно конкурировали с самолётами, особенно если учитывать расстояния от аэропортов до самих городов, и учитывая, что экспресс-поезда прибывают в самый центр городов, где магистрали метрополитена могли доставить пассажиров до места за считанные минуты.
Сотни километров проносятся за окном. Поезд едет с такой скоростью, что уши в трубочку сворачиваются. Хорошо хоть компенсаторы работают.
Что сделали за истекший век, так это хорошо связали Империю магистральными дорогами. Нет, сделано очень многое, но, дороги — это что-то невообразимое. Магистрали на Дальний Восток, в Среднюю Азию, в Ормару, в Романов-на-Мурмане, в Гельсингфорс, что уж говорить о магистрали Новый Царьград-Москва-Константинополь! Или той же магистрали Константинополь-Иерусалим-Царский Берег? Часто самолёты медленнее летают, чем несутся магистральные поезда.
* * *
ТЕРРА ЕДИНСТВА. РОМЕЯ. ВОСТОЧНАЯ АФРИКА. МАРКИЗАТ РУССКАЯ ДЖУББА. КОСМОДРОМ «ЦАРСКИЙ БЕРЕГ». 7 марта 2015 года.
Вечер. Темнеет очень быстро. Африка. Экватор. Это вам не средняя полоса России.
— Уважаемые пассажиры, начинается посадка на космолёт «Товарищ», который следует по маршруту космодром «Царский Берег» — орбитальный город «Икар».
Динка дернула меня за руку.
— Чё застрял? Пошли уже.
Да, посадочный терминал ждал. Переход прямо в салон космолёта. У меня немного кружилась голова от всего происходящего, но явно никто мне не собирался давать время на адаптацию. Ещё сутки назад я и помыслить не мог о полётах на самолётах, не говоря уж в космос, но, вот, билеты на рейс в руках, и я вот-вот полечу. И это не сон. Поверить не могу.
— Ваша Императорская Светлость, Ваше Сиятельство, ваши места налево, в головной части салона, приятного путешествия.
Салон космолёта.
— Да иди уже. Что-то ты сегодня какой-то заторможенный.
— Прости. Чего-то я туплю сегодня.
— Я заметила. Словно первый раз в космосе.
— И не говори.
Мы размещаемся. Стюарды и стюардессы проверяют ремни.
— Уважаемые пассажиры, мы начинаем обратный отсчет. Табло вы можете видеть на своих планшетах. Администрация космического центра желает вам приятного полёта. Всего доброго.
Ещё несколько минут и загудели двигатели самолёта-носителя. Мы покатились по полосе. Мы на взлётке. Рёв. Мы взлетаем. Господи-Боже.
Динка, пользуясь правами слабого пола, сидит у иллюминатора и скучно смотрит в окно. Явно думает о чем-то другом. Подумаешь взлёт с космодрома. Я же даже не знаю, о чем думать.
Отрыв. Набор высоты. Хорошо, что я не сижу у иллюминатора. Дина спокойно пилкой ровняет ногти, даже не глядя за борт. Рутина.
Десять минут. Двадцать.
— Уважаемые пассажиры, просим вас повторно пристегнутся. Через несколько минут произойдет отделение челнока от носителя.
А я и не отстёгивался. Динка спокойно щелкнула пряжкой и продолжила заниматься ногтями.
Тряхнуло.
Самолёт-носитель ушёл вниз. Челнок включил двигатели и рванул на орбиту. Старт «со спины» носителя прошёл штатно. Чернота за иллюминатором набирает свою красоту. Разгонный двигатель запустился во всю мощь.
Космос.
Разве мог я мечтать о таком?
— С тобой всё нормально? Ты плачешь?
— Нет, попало что-то в глаз.
— А, бывает. Перепады давления?
— Да.
Бывает. Космос за окном. Должен ли я удивляться?
Впрочем, в нынешние времена прогулка на лошади ненамного прозаичнее.