Приютская крыса (СИ)
- Че?!
- Ничего! Я сказал, марш отсюда! - рявкнул он на остальных, хотя прекрасно знал, что далеко они не убегут, засядут в засаде. - Вот что… За тобой тут приехали…
- Вы че, того? - мальчик выразительно щелкнул себя пальцем по кадыку. - Я ж круглый сирота!
- Слушай, если бы я сам понял толком… - негромко произнес Сандерс. - Короче, вроде бы есть какая-то программа для одаренных сирот и детей из неполных семей, и ты в нее вписываешься. Вот приперся какой-то старый хрыч из одной такой школы посмотреть, годишься ты или нет. Хотя я лично тебя бы не взял!
- А за десятку? - улыбнулся мальчик и вдруг сделался похожим на ангелочка.
- Говнюк, - буркнул тот. - Короче, иди, провентилируй вопрос. Может, приюту чего подкинут, ты сам в курсе, какие у нас тут возможности…
- Уж мне ли не знать, - фыркнул мальчишка и потопал в обшарпанное здание, по недоразумению именуемое приютом.
Признаться, он недоумевал, из какой это специальной школы мог приехать недоумок за кем-то вроде него! Лучше бы Ленни взяли или Толстого, они еще совсем мелкие, но соображают хорошо, или вот бы Розе на операцию денег отсыпали, а он что? Он уже взрослый пацан, и так не пропадет!
- Иди к себе, быстро! - прошипела экономка, миссис Кроу, старая ворона, ее иначе тут и не называли, и она прекрасно об этом знала. - Расчешись, уродище, и умойся! Такой шанс один на миллион, а ты…
- А если я такой не нужен окажусь, то насрать я хотел на такой шанс, - мило улыбнулся мальчик и удрал вверх по лестнице прежде, чем старая карга успела его сцапать. - Пф, шанс… Нужны мне ваши шансы! Я сам себя сделаю, как американцы говорят!
Он привычно толкнул дверь ногой и ввалился в свою комнату, которую делил с Толстым: сперва потому, что пацана надо было защищать от однокашников, потом — потому, что Толстый хранил общак, за которым тоже надо было присматривать.
- Здрасьте, - небрежно кинул он лохматому деду в дорогом костюме, сидевшему на кровати Толстого. Тот бы не обрадовался, но в этом приюте детей никто никогда не спрашивал об их желаниях.
- Добрый день, мой мальчик, - ласково улыбнулся тот. - Тебе уже сказали, зачем я приехал?
- Не-а, - ответил тот, стаскивая “рабочую” куртку и вытряхивая ее на постель. Из карманов посыпалась мелочь и прочая дребедень. - Только что вы якобы из какой-то школы для особо одаренных, ну и типа я подхожу. Но… - он сощурился, - я не “особо одаренный”. Я нормальный. А что уголовник будущий, так мы тут уже все на пару сроков заработали, сечете, дедуля?
- Видимо, секу, - по-прежнему благостно ответил тот. - Тебя ведь зовут…
- Хэл, - коротко ответил мальчик, - можно Хэлл-бой, я не обижаюсь, это круто.
- Хорошо, Хэл, - миролюбиво сказал старичок. Тот сел на кровать, вытянул уставшие ноги: высокий для своих почти одиннадцати лет, худой и бледный, он был копией красавца отца… Был бы, если бы не жесткий взгляд, губы, привыкшие чаще кривиться от злости, чем улыбаться, переломанный нос и выбитый передний зуб. - Здравствуй!
- Здоровались, - грубо ответил тот, проигнорировав протянутую руку. - Надо че?
- Я профессор Дамблдор.
- И дальше чё? - недоуменно спросил Хэл.
- Меня зовут профессор Дамблдор, я работаю в школе, которая называется Хогвартс, - сказал тот, испытывая мучительное чувство дежавю. - Я пришёл предложить тебе учиться в моей школе - твоей новой школе, если ты захочешь туда поступить.
Реакция мальчика на эти слова была совершенно неожиданной. Он ухмыльнулся, скрестил руки на груди и спросил:
- А если не захочу?
- То есть?.. - опешил тот, припоминая аналогичный разговор многолетней давности. - Прошу, не переживай, я учитель. Если ты сядешь и успокоишься, я тебе расскажу о Хогвартсе. Конечно, никто тебя не заставит там учиться, если ты не захочешь…
- Видал я таких учителей, - презрительно бросил мальчишка. - Чё преподаем? Или так, из жалости держат после пенсии, чтоб пацанам истории о войне Алой и Белой розы рассказывали?
- Хогвартс, - продолжал Дамблдор, как будто не слышал последних слов собеседника, - это школа для детей с особыми способностями…
- Чокнутых, что ли? Так я вменяемый, - спокойно ответил Хэл, - у меня и справка есть. А что отстаю в развитии — вы б тут сами пожили…
- Я знаю, что ты не сумасшедший. Хогвартс - не школа для сумасшедших. Это школа волшебства.
Стало очень тихо. Хэл замер.
- Волшебства? - повторил он страшным шёпотом.
- Совершенно верно, - сказал Дамблдор радостно.
- Так это… это волшебство - то, что я умею делать?
- Что именно ты умеешь делать?
- Разное, - ухмыльнулся Хэл. - Могу передвигать вещи, не прикасаясь к ним… Оп!
Он выудил у себя из-за уха серебряные карманные часы и торжественно вручил их старику.
- Могу заставить животных делать то, что я хочу, без всякой дрессировки… Эй, крыса-крыса-крыса… - позвал он, и из угла показался розовый шевелящийся нос. - Ну да она не выйдет, чует чужого. А вот еще… если меня кто-нибудь разозлит, я могу сделать так, что с ним случится что-нибудь плохое.
- Как? - негромко спросил Дамблдор.
- Скажу Джону и Хамфри, и они сломают ему ноги, - пренебрежительно ответил мальчик. - Да я и сам могу сделать человеку больно, если захочу. Да и убить тоже, это очень легко, мистер, если умеючи. Можно спицей заколоть, можно под поезд скинуть… Ну что, я особенный?
- Похоже на то, - сказал Дамблдор. Он больше не улыбался и внимательно смотрел на Хэла. - Но, мальчик, пойми, ты волшебник! И я тоже!
- Конечно, конечно… - Хэл встал, открыл дверь и крикнул: - Эй, Толстый, сгоняй за медсестрой, тут, походу, дедушке совсем хреново, он себя волшебником воображает…
- Я могу доказать, - спокойно сказал старик.
- Ну валяйте, - фыркнул мальчик и плюхнулся на кровать. Взгляд его выражал разве что легкую иронию.
Дамблдор поднял брови.
- Если, как я полагаю, ты согласен поступить в Хогвартс…
- Я еще этого не сказал, мистер, - произнес Хэл.
- …то ты должен, обращаясь ко мне, называть меня “профессор” или “сэр”, - не услышал его старик.
На мгновение лицо мальчика приняло жесткое выражение, а потом он пропел сладеньким голоском:
- Да хоть ваше королевское величество, мне похрен, как вас звать… Ну так это, профессор, сэр, покажите, чё там вы умеете!
Дамблдор извлёк из внутреннего кармана сюртука палочку, направил её на потёртый платяной шкаф, стоявший в углу, и небрежно взмахнул.
Шкаф загорелся.
- Охренеть, - задумчиво сказал Хэл, почесав в затылке. - Все наше с Толстым шмотье плюс двадцать фунтов НЗ. Возмещать как будем, сэр?
Пламя внезапно погасло. Шкаф стоял нетронутый, без единой отметины.
Мальчик соскочил с кровати, распахнул дверцы, проверил одежду — все было на месте, - и снова закрыл.
- По-моему, из твоего шкафа что-то рвётся наружу, - ласково сказал Дамблдор.
Из шкафа доносилось какое-то дребезжание.
- Открой дверцы, - произнес старик.
Хэл приоткрыл одну. На верхней полке стояла жестяная коробка из-под печенья, и она жужжала и подпрыгивала.
- В ней есть что-нибудь такое, чему не положено быть у тебя? - спросил Дамблдор безмятежно.
Хэл посмотрел на Дамблдора долгим взглядом.
- Я сказал, что тут наша касса, мистер, - ответил он.
- Открой ее.
- А не пойти бы вам прогуляться? - великосветски осведомился мальчик и стал было заталкивать коробку подальше в шкаф, но вдруг передумал. - Я сказал, это наша касса. А вас тут и рядом не стояло, так что… Толстый!
- Я! - высунулся из-за двери похожий на хомячка мальчик. - Че?
- Забери, отнеси к Джону и Хамфри, у меня тут опасно. И чтоб никому!
- Яволь! - вытянулся тот и утопотал, прижимая к груди заветную жестянку.
- Имей в виду, в Хогвартсе воровства не терпят, - помолчав, произнес Дамблдор.
- Пф, - ничуть не смутившись, ответил мальчик, - терпят везде, мистер. Вы лучше убедите меня, что воровать плохо!
- У нас в Хогвартсе, - продолжал старик, будто следуя заученной программе, - учат не только пользоваться магией, но и держать её под контролем. До сих пор ты - несомненно, по незнанию - применял свои способности такими методами, которым не обучают и которых не допускают в нашей школе. Ты не первый, кому случилось не в меру увлечься колдовством. Однако, к твоему сведению, из Хогвартса могут и исключить, а Министерство магии - да-да, есть такое Министерство - ещё более сурово наказывает нарушителей. Каждый начинающий волшебник должен понять, что, вступая в наш мир, он обязуется соблюдать наши законы.