Проклятие прабабки. Книга 1 (СИ)
Вокруг дома зеленели яблоневые деревья, на ветвях уже качались зелёные яблочки. Сразу за садом виднелась речка-вонючка — так её прозвали местные обитатели. Она несла свои коричневые воды, огибая барский сад с домом. Дна из-за илистой воды видно не было совсем.
Я ещё раз окинула развалины дома и покачала головой.
— Нет, это точно не этот дом. Тот дом, в котором я … умерла, выглядел совсем не так. Я же видела его развалины в другом сне. Я тебе о нём не рассказывала ещё, — быстро взглянула Диме в глаза, проверяя его реакцию. Вроде бы спокоен, не шарахается.
— Да ты мне, видимо, ещё очень много о чём не рассказывала, — многозначительно поднял бровь и рассмеялся Дима. — Ну раз не тот дом, значит, привидения нам не страшны. Давай расстилать плед и пить чай.
Дима выбрал полянку под яблоней и пригласил меня присесть на заботливо разложенную ткань. Открыл термос, налил в его крышку ароматный чай. Я сделала глоток и прикрыла глаза. Воздух был напоён ароматом трав и зелени. Мой нос чётко улавливал горьковатый запах полыни, медовый привкус какой-то далёкой липы. Дышалось легко и очень вкусно.
— Я не поняла, что за городок там был. Это точно была железнодорожная станция, от которой мы ещё ехали на подводе к дому. Я не видела ни вывесок, ни каких-то названий. Поэтому вообще не понимаю, где это было. Помню само ощущение, что мне эта местность знакома.
— А как тебе… сама смерть? Ты что-нибудь почувствовала?
— Нет, ничего. Мгновение — и я уже смотрю на себя со стороны, и еще видела, как из окна высовывалась Варенька и кричала. А потом проснулась, — покачала я головой. — И страха не было, только ощущение «что же я наделала!».
— И что ты сама об этом обо всём думаешь?
— Честно? Я думаю, что та младшая сестра из сна — это и есть моя прабабка. И она увела у старшей сестры мужа зачем-то. И если честно, неприятная она какая-то.
— Интересно, — задумчиво протянул Дима. — Вообще людям свойственно брать чужое. Уводить людей из семьи, завидовать тому, чего у них нет. Да и быть не может. Потому что каждый отдельный человек ведёт себя с одним так, а с другим иначе. Поэтому не получится ни у кого построить такое же счастье, как и в прошлой семье.
Я смотрела на Диму во все глаза и боялась спугнуть. Он никогда ещё не говорил со мной о личном, кроме той вспышки про Рому.
— Ты… о своей бывшей жене?
— Да… Неважно. Просто я ненавижу ложь. Самое худшее, наверное, это когда тебе врут.
— Она тебе долго врала?
— Да. Крутила хвостом около двух лет, пока не решила, что я совсем безнадёжен. Тогда я и узнал обо всём. Как она изменяла мне, как планировала развестись. Но знаешь, самое мерзкое то, что она всё точно рассчитала. Её богатенький хахаль был женат, и она ждала, когда будет оформлен развод. А пока он утрясал делишки с бывшей женой, она изображала примерную супругу. Я вообще ни о чём не догадывался! Мы вместе проводили выходные, строили планы, планировали детей… А за моей спиной она, оказывается, строила совсем другие планы совершенно с другим мужиком.
— Ну у них там любовь, наверное, была? — вздохнула я. Слишком живо представила себе всю эту ситуацию. По сути, она тоже завязла в таком вот треугольнике, разница только в том, что она свободна.
— Знаешь, я даже разбираться не хочу, любовь, не любовь. То, что он богат и ей это было важно — да. Она так и сказала: с тобой у меня нет перспектив, а он даст всё, что пожелаю.
— А сейчас как у них? Она пожалела?
Дима искоса посмотрел на меня и ухмыльнулся.
— Почему пожалела? Ездит с ним на Мальдивы, хорошо выглядит. Хотел бы я тебе сказать, что она ходит с синяками и умоляет спасти её, но нет. Таких сведений у меня нет.
Я расхохоталась. Мне очень нравилась открытость Димы и его честность, но я сама очень хорошо понимала бывшую жену. Муж-вахтовик, которого постоянно нет дома, без больших доходов, просто обычный хороший парень… Или успешный бизнесмен, с которым можно не смотреть на ценники и позволить себе жить на широкую ногу.
— Тебе смешно, а мне вот очень жаль его бывшую жену. Для неё это было настоящим ударом. Она, как и я, ни сном ни духом об это парочке не знала. Им бы в шпионов играть. У них там ребёнок, общее имущество. Он её, конечно, без штанов не оставил, но ведь всё равно дочка растёт без отца. Да и жена его бывшая поправилась, перестала за собой следить. Насколько я понял, она его действительно любила и была с ним с самого начала, когда он ещё студентом был. И мне обидно и за себя, и за неё… Никому нельзя верить в этой жизни. Ты рассчитываешь на человека, веришь ему, а он уже лыжи смазывает…
Между нами повисла тишина. Каждый думал о своём.
— Знаешь, Дим, я понимаю твою бывшую. Мужики с деньгами… они обладают какой-то властью, это как будто бы идёт рука об руку с успехом. И именно это притягивает. Меня Рома привлекает тем, что он может решить любые мои проблемы. У него достаточно и денег, и связей, и возможностей, чтобы я ни о чём не думала. Наверное, это основное, почему он меня привлёк…
— Так уж и всё решить? Ну, например, он может решить для тебя проблему семьи? Её создания? Он может заполнить пустоту в душе?
Я смотрела на него и соображала. Злости не было, было любопытство.
— И ещё. Пока ты говорила, я, кажется, кое-что для себя понял. Ты, как и моя жена, росла без отца. И властные мужики вам нравятся, потому что вы видите в них своих отцов. Ищете папочек, которые будут вас баловать, как своих дочек. Только вот с отцами не спят, и нормальному мужику такая «дочка» нафиг не нужна.
— Ну подожди, неужели обычная женщина не хочет того же: безопасности, быть за мужем как за каменной стеной? Чтобы он её оберегал, обеспечивал? Почему это плохо?
— Это не плохо, Таня. Для ребёнка. А для взрослых равноправных партнёров плохо, когда один пытается решить свои детские травмы за счёт другого. И переваливает ответственность за свои доходы, проблемы и взросление на мужа или жену.
— А как должно быть?
— Да откуда я знаю, как должно быть… Я, как ты заметила, разведён, а значит не эксперт в отношениях. Но я представляю это так: и муж и жена чего-то хотят в этой жизни, строят карьеру, добиваются поставленных целей. При этом им вдвоём хорошо, есть эмоции, любовь, секс. Но никто никого не ограничивает в развитии и не тянет вниз. Каждый самодостаточен, и не трётся о другого своими травмами. Травмы нужно лечить у психолога.
— А ты сам, что ли, психолог? — мне уже хотелось соскочить с этой темы, и я шутливо пихнула Диму в бок.
— Я учусь на психолога, — серьёзно ответил он. — Долгими зимними вечерами на севере всё равно нечем заняться.
Я покосилсь на него с уважением. Надо же, я ещё не встречала мужчин, которые так хорошо шарят в человеческой душе.
— Ну, тогда ты не безнадёжен, — со смехом сказала я. — Ты уже вот к чему-то стремишься, учишься. Ещё есть шанс стать миллионером.
— Да ну тебя, — рассмеялся Дима в ответ. — Пошли лучше ещё погуляем, мы уже весь чай выпили.
Мы поднялись с травы и зашагали к реке. Даже сейчас, жарким летним днем, она была коричневая. Дно совершенно не просматривалось, и казалось, что в русской деревенской глуши несёт свои воды какая-нибудь экзотическая Амазонка. Но я помнила, как приятно было окунуться в эту мутную воду — она приятно холодила тело в летнюю жару и была достаточно мелкой, чтобы я могла переплыть её всю от одного берега к другому.
— Ну а ты сама? Что будешь делать со своим женатиком? — поинтересовался мой задумчивый спутник.
— Я не знаю, — честно призналась я. — Я, на самом деле, не думала о замужестве так рано. Понимаешь, я же не специально его там уводила, соблазняла. Он сам первый подкатил, признался в любви, красиво ухаживал. Мало ли что там у него с женой! Я в их отношения не лезу, но не просто же так он ходит налево. Поэтому её жизнь меня не касается. Рома взрослый человек и волен делать, что хочется. В том числе любить, выбирать себе женщину, и всё такое…
— Какой ты всё ещё ребёнок, — вздохнул Дима. — И как мало ты знаешь мужиков. Многие гуляют не потому, что с женой всё плохо. А потому что им хочется разнообразить жизнь. Натура такая, понимаешь, у бабников. И они в страшном сне боятся представит развод и вот это всё. Ты — как мороженое, которое они купили на набережной, хотя дома в морозилке лежит целый килограмм. Просто дома пломбир, а тут — манго с шоколадной крошкой. Но когда килограмм из морозилки кончится, он купит в супермаркете ту же упаковку пломбира, а не манго. Понимаешь?