Змеиный мох (СИ)

Я могла хотеть чего угодно. Однако даже если бы каким-то чудом вернулась в тот вечер восемнадцатого июля и что-то изменила, все равно не смогла бы изменить прошлую жизнь Дениса, никак не связанную со мной. Это было что-то вроде Closed Condition в английском языке – события, которые, может, и произошли бы в настоящем или будущем, однако в прошлом отсутствовали условия для их осуществления.
Пожалуй, где-то я была ему даже благодарна. За то, что так резко провел между нами границу. Поскольку меньше всего нуждалась в повторении истории с Андреем. Но смогла бы я удержаться, если б Денис дал понять, что продолжение возможно?
Такими монологами я добилась только одного: боль из острой превратилась в тупую. Но с ней уже можно было жить. Как говорила Варежка, цитируя мультик «Мадагаскар», улыбаемся и машем.
Варежка, кстати, именно так на мой рассказ и отреагировала, когда позвонила узнать, нет ли продолжения «истории с мистером Сквиртом». Как и в первый раз, я выложила ей кастрированный вариант, без эмоций. Только факты.
- Мда, бывают в жизни чудеса, - протянула она в трубку. – Дюш, перекрестись. Похоже, он умный мужик и специально отшил так обидно, чтобы не было соблазнов. Ни для тебя, ни для него самого. И слава богу. Секс сексом, но из одной истории с женатым директором прямо в другую – не, это уж слишком. И ему ни к чему совершенно. Одно дело случайный эпизод, у которого стопроцентно не будет продолжения, даже с самым примерным семьянином может приключиться. Другое – служебный роман.
- Варь, - я поморщилась, как будто она могла меня увидеть. – Да понимаю я все. Дура, да, но не до такой же степени, чтобы не понимать. Но все равно паршиво.
- Ясное дело. Слушай, давай выберемся куда-нибудь на следующей неделе вечерком? Пока мой детсад еще на даче. Хоть развеешься. И я с тобой за компанию.
У Варежки было трое детей-погодков, один декрет накладывался на другой. Впрочем, муж ее зарабатывал неплохо, и на работу она не торопилась. Лето проводила с детьми на природе, только изредка вырывалась в город, оставив их на маму.
- Ну… давай, - поколебавшись, согласилась я.
Представления о «развеешься» у Варежки были своеобразные. Она взяла билеты на какое-то шоу, где полуголые мужики танцевали в лужах воды. Сказала, что, судя по промо-роликам и отзывам в интернете, офигеть как эротично.
- Мать, ты сдурела? – грустно поинтересовалась я. – Тебе-то что, посмотришь на эротичных мужиков и к мужу под бочок, а мне куда? В секс-шоп за вибратором?
Варежка глубокомысленно заявила, что у вибратора есть ряд определенных преимуществ. Например, он не оденется и не уйдет домой к жене. Не храпит. Не разбрасывает носки. Ему даже борщ с котлетами не нужен, достаточно розетки на двести двадцать вольт.
Посмеявшись, я сдалась, и вот сегодня мы должны были идти на этих самых водопляшущих. Заехать домой после работы не успевала, пришлось с утра одеваться сразу на выход. Дресс-код у нас в офисе был не самый строгий, обычный no-jeans, поэтому достала из шкафа белую блузку с коротким рукавом и любимую шелковую юбку – розовато-сиреневую, чуть ниже колена, фасона «два солнца». Обожала я ее на грани фетиша. И в первую очередь за то, что подол на ходу и особенно при спуске по лестнице развевался, как плавники гигантской манты. Я так и звала ее - мантой. Почему-то это зрелище вызывало у меня чисто детский восторг. Только ходила бы и смотрела.
- Надюш, прекрасно выглядишь, - подкрался сзади Андрей, когда я стояла в буфетной очереди. Сказал и тут же исчез.
Я не ошиблась, он не угомонился. После того нашего разговора выждал ровно неделю, обходя меня по дуге и даже не глядя в мою сторону. А потом снова пошел на приступ. Хотя и сменил тактику. Мягко-мягко, на кошачьих лапках. Говорящий взгляд издали. Улыбка. Комплимент. Как будто все только-только начиналось, и это вызывало ощущение дурного дня сурка. Причем вел себя так демонстративно, чтобы все видели и слышали. Раньше мы старались не афишировать нашу связь, но все всё знали. Теперь он словно подчеркивал: между нами близкие отношения – хотя их давно уже не было. Меня начинало мелко колотить от одного его вида, а ведь еще месяц назад сходила с ума и несколько раз опасно приближалась к тому, чтобы все вернуть.
 
На первом этаже бизнес-центра была столовая, но туда никто из наших не ходил, все предпочитали буфет на четвертом. Через силу запихнув в себя салат и куриную котлету, я вышла на лестницу и медленно начала спускаться. Уставившись на завораживающие волны подола. Да так засмотрелась, что не заметила идущего навстречу, пока чуть не врезалась в него. Споткнулась от неожиданности и… оказалась в объятьях Дениса.
- Осторожно, Надя!
Первый раз он держал меня вот так в воде – голую, и в тот момент я охотно бы его утопила. Второй раз – когда споткнулась о нижнюю ступеньку крыльца в темноте. Тогда вдруг страшно захотелось его поцеловать. Повернулась – и поцеловала. Сейчас… сейчас хотелось того же – еще сильнее. И не только...
- Отпусти! – прошипела я, отчаянно надеясь, что он не услышит.
Убрав руки, Денис сделал шаг вправо и пошел по лестнице вверх. А я - вниз. Вцепившись в перила и глядя под ноги, а вовсе не на юбку-манту.
 =24 
 
А шоу действительно оказалось очень даже… Красивые, роскошно сложенные парни, прекрасная постановка танцев, чувственная, насквозь пробивающая музыка. И вода, все это подчеркивающая.
Вот только я смотрела и видела совсем другое. Как будто на одну пленку сняли сразу два сюжета.
Солнце на закате, плеск речных волн, мокрая футболка, облепившая его плечи и грудь... Дождь, похожий на водяную пыль, серебристые капли на его волосах... Влажное дыхание ночи, моя рука в его руке…
Да ты влюбилась, Наденька!
Мысль эта была… спокойно-обреченной, что ли. Словно я уже заранее сдалась. Будь что будет.
Да, оказывается, бывает и вот так. Сначала секс, а потом уже чувства. Хотя… нет, это все же лукавство. Не так все было.
То, что Денис, не раздумывая, бросился в воду, когда подумал, что я тону. И на следующее утро прибежал, услышав мой визг. И как пришел попросить прощения и попрощаться. И как слушал меня, когда я рассказывала о себе самые неприглядные вещи. Еще тогда я почувствовала в нем что-то нужное, важное. Так что нет. Не пресловутый «простосекс». Совсем другое.
Никогда ничего похожего со мной еще не происходило. Многие мне нравились с пятнадцати лет, но всерьез я была влюблена дважды – в Славку и Андрея. Влюблена? Или любила? Сейчас это, наверно, уже не имело значения. Как, по большому счету, и то, что я испытывала к Денису. Потому что все это были исключительно мои трудности.
Девиц наших известие о том, что Денис женат, не слишком остудило. Сначала они потребовали уточнений. Точно женат? А почему кольцо не носит? Может, все-таки разведен? Или вдовец?
Почему-почему, огрызнулась Люська, например, мало стало или потерял. И вообще военные часто не носят кольца. В паспорте у него – по словам Тамары – стоял штамп о браке. И все, никакого развода. А в анкете значилось: «женат». Был бы вдовец, так бы и написал. Умойтесь, девки, и отвалите, достали уже.
Девки отвалили, но умыться не пожелали. Некоторые, как Алиса, считали, что нет такого мужчины, которого нельзя было бы увести от жены. Другим замуж особо не требовался, они согласились бы и на часть шарады, в которой палка и легкий флирт дают в сумме то ли физический процесс, то ли сомнение.
Что было нужно мне? Господи, все! И поэтому я точно могла умыться. И наблюдать попытки своих подчиненных обратить на себя внимание Дениса.
 
Новые юбки и новые стрижки. Закрашенные корни и салонный маникюр. Дефиле походкой от бедра в сторону директорских кабинетов и попытки подружиться с Ленкой. Которая, кстати, перекрасилась из шатенки в блондинку и сделала татуаж губ. Дамы из других отделов не отставали. А я как будто с вершины горы на все это смотрела. И очень надеялась, что ни у кого не получится.