Змеиный мох (СИ)

Закончив, Денис сел, и планерка пошла в обычном режиме. Это всегда было четко: итоги предыдущей недели, планы на текущую, проблемы.
- У нас произошел очередной конфликт между рекламным отделом и отделом перевозок, - сказал Славка, когда все остальные вопросы уже были решены. - Поскольку это вошло в систему, делаю обоим начальникам последнее китайское предупреждение.
Всю планерку я просидела в прострации, слушая в пол-уха, но тут встрепенулась, посмотрела сперва на начальницу рекламщиков Аллу, потом на Славку. С рекламой у нас была давняя война, но в последние месяцы обострений не наблюдалось. И Ринка мне ничего не сказала.
- А можно суть в двух словах? – попросила я. – Боюсь, что не в курсе.
- Надь… - Алла поморщилась, как будто я вилкой по стеклу провела. – Мои не донесли до твоих суточную рекламную акцию. Скидку на доставку в пределах КАДа. Забыли. Твои не отметили в заявках. Люди узнали из сторонних источников и выкатили претензию.
- Правильно сделали, что выкатили, - хмыкнула я. – Только вот мне не понятно, Вячеслав Степаныч, а с чего начальнику перевозок-то предупреждение? Я в отпуске была, и наш отдел вообще ни при чем. Для профилактики?
- А что мешает менеджерам поинтересоваться перед оформлением заявок, не пропустили ли они какую-нибудь акцию?
Славка был неправ. Категорически неправ. Но доказывать это сейчас не имело никакого смысла. Он и сам это знал. Иногда ему попадала вожжа под хвост, и я за семнадцать лет к этому привыкла так, что и внимания не обращала. Просто пожала молча плечами: мели, Емеля, твоя неделя. Но тут дернуло встрять Дениса:
- Я согласен с Надеждой Васильевной. Это обязанность рекламного отдела - донести до менеджеров всю необходимую информацию.
На мне скрестились взгляды трех пар глаз. Нет, совсем не как шпаги мушкетеров. Я впилась  ногтями в ладони.
Твою ж мать, кто тебя просил лезть?! Защитник фигов! Мало того, что это мелкий рабочий момент, который тебя вообще не касается, так ты сейчас еще Славку против себя настроишь, а меня последнего союзника лишишь. Одна надежда, что у того голова на плечах, а не полный гитлеркапут... как у некоторых подполковников.
Едва планерка закончилась, я снова галопом понеслась в отдел. Дежавю – как в четверг после знакомства с новым начальством. Но сообщение от Славки обогнало – прилетело, когда я еще была в коридоре.
«Извини, занесло».
«Проехали».
«Правда, извини!»
«Правда, проехали».
Поколебавшись, я присела на подоконник и написала:
«Как он вообще?»
«Нормальный мужик. Надя?»
Это сообщение сопровождалось мерзким ржущим эмодзи.
«Проехали!!!», - стиснув зубы, набила я, отправила и спрятала телефон.
 =21 
 
«Скоро осень, за окнами август. От дождя потемнели кусты…»
Эти строчки крутились в голове, как заевшая пластинка. Да, я застала винил. В детстве слушала сказки, записанные на еще советских грампластинках. Бабушка ставила их на проигрыватель, похожий на зеленый чемоданчик. И песня эта была, наверно, их ровесницей. Глядя на унылую морось за окном, я пыталась вспомнить, что же там дальше, и никак не могла. Конечно, никто не мешал погуглить, но почему-то уперло обойтись своими силами.
Так и не вспомнила, махнула рукой. Впереди оставался еще месяц лета, а похоже было, что и правда началась осень. И настроение соответствовало.
Вчерашний эпизод был вовсе не поверхностной мелочью, как могло показаться. И Славку сорвало не просто так.
Война перевозок и рекламы уходила корнями в те далекие времена, когда «Логис-С» арендовал три грузовика и угол склада, а офис представлял собой вагончик-бытовку рядом с автопарком. В одной половине сидел Аркадий, в другой – два менеджера. Бухгалтерию вел дедушка-надомник. Об этом мне рассказывал Славка, а ему – сам Аркадий.
Тогда менеджеры занимались всем: и рекламой, и поиском клиентов, и оформлением нарядов. Иногда даже грузчикам помогали, если что-то шло перевалкой, через склад. Благо это были два дюжих мужика. Потом один уволился, вместо него взяли девушку. Аллу Литвинову. И как-то так вышло, что у нее лучше получалось с рекламой. Обязанности поделили. Нагрузка рабочая выходила разная, а зарплата одинаковая. Спустя какое-то время начались конфликты, которые продолжились, когда офис стал настоящим офисом, где было уже несколько полноценных отделов.
 
Алла с Иваном друг друга ненавидели. Хотя бы уже по той пошлой причине, что сначала на работе познакомились, потом поженились, а потом развелись. И его романы с подчиненными протекали у бывшей жены на глазах. Увольняться ни один из них не хотел – по той же причине, что и я. Должность, зарплата, соцпакет, сравнительно удобное расположение. Когда Иван со своими парнями ушел на Лиговку, Алкина неприязнь по наследству досталась мне. Лично нам с ней делить было нечего, но отношение к моим девушкам она перенесла и на меня. Впрочем, я мало обращала на это внимания: уже давно привыкла, что симпатий у женщин не вызываю.
Относительно наших рабочих трений, тут стоило признать: причины имелись. Обоюдные. Да, со стороны рекламщиков ляпов было больше, но и я не всегда могла уследить, учли ли мои девы все, что нам передавали. Особенно вот такие скидочные экспресс-акции. И если подобное оборачивалось претензиями, скандал выходил за межотдельские рамки, поскольку модель у нас была принята четко клиентоцентричная.
Славкино последнее китайское предупреждение на грубый язык переводилось так: бабы, вы меня уже задрали! Если не можете заставить своих подчиненных работать как положено, будете отвечать собственными задницами. И в этом свете требование к менеджерам перепроверять работу рекламщиков уже не казалось таким абсурдным.
Но Денис-то ничего этого не знал. И его желание заступиться то ли за меня, то ли за весь отдел, справедливое по сути, оказалось не слишком уместным. Ладно Славка – он все понял правильно. Но вот Андрею это заступничество добавило еще несколько копеечек в копилочку. И дело тут было не только в личных отношениях.
Неприязнь между генеральным директором и человеком, держащим в руках финансовые потоки, не могла не отразиться на всей компании в целом. Особенно если учитывать, что шкурной заинтересованности в ее бурном росте у Андрея не имелось: он получал фиксированную зарплату. Но специалистом не зря считался грамотным и компетентным, этого у него было не отнять. Именно это беспокоило меня больше всего, а вовсе не какие-то терки трех мужиков, заблудившихся в одной сосне.
За спиной пискнул компьютер: пришло сообщение по корпоративной почте. На экране мигал конвертик.
From: Денис Лактионов. To: Надежда Хромова.
У меня невольно дернулся глаз. Так совсем невротиком станешь.
«Утро доброе. Не появились еще данные отдела за июль? Хотелось бы взглянуть».
А чего я ждала? Любовного письма? Вот тут только порадоваться, что три дня впахивала, как лошадь. Обычно сводку за предыдущий месяц я заканчивала числу к третьему, а сегодня только первое – и она уже была почти готова. Оставалось дополнить вчерашними данными и свести все в файл.
«Через час пришлю».
Ближе к концу рабочего дня позвонила Лена, которая как была общей секретаршей двух директоров, так и осталась.
- Надежда Васильевна, к Денису Аркадьичу.
- Иду, - буркнула я.
Вот правда, идти к нему через земляничную поляну с бутылкой «Апсны» было намного проще. Аж подташнивать начало. А может, от очередного ведра кофе. Я зашла в туалет, выпила воды из-под крана, поправила волосы перед зеркалом.
Спокойно, Надя, спокойно. Держи себя в руках. Независимо от того, сгребет ли он тебя в охапку в страстном поцелуе или притворится, что увидел в четверг впервые. И, кстати, второе более вероятно, так что…
 
Славка стоял в предбаннике рядом с Лениным столом и просматривал какую-то бумагу. Повернулся, посмотрел на меня удивленно.
- Ты ко мне?
Я молча дернула подбородком в сторону его бывшего кабинета, где теперь сидел Денис.