Змеиный мох (СИ)
- Лис, да он же старый, - выпятила губу Эля, которой недавно исполнилось двадцать два. – Он тебе в отцы годится. А то и в дедушки. Сколько ему интересно, лет пятьдесят?
- Ты чего, какие пятьдесят?! – возмутилась Светка. – Сдурела? Лет сорок, не больше.
- Тридцать девять, - буркнула я.
Надо было уйти к себе и дверь закрыть, а я стояла в проеме и слушала их восторги. Мазохистка!
- Ну вот, - Алиса кивнула. – Я и говорю. Какой же он старый? И потом есть такие мужчины, которые с возрастом только лучше становятся.
- Как коньяк, - бросила реплику Катя, мать-одиночка.
- Ну да. Вон возьми Ди Каприо. Я росла под слезливую песню из «Титаника», мама моя без ума была от него. Какой он там мерзкий сопляк! А сейчас? Роскошный мужик.
Тут уж я не выдержала. Ди Каприо! Мать твою за ногу! Еще немного – и со мной будет истерика.
- Девочки, а может, уже за работу? Вы тут, смотрю, без меня совсем берега потеряли.
Ну да, услышали они, как же. Какая работа, если новый генеральный, да еще такой… настоящий подполковник?
- Надежда Васильевна, - лисой подкатилась Алиса, отрезав пути к отступлению, - а вы еще что-то про него знаете? Откуда он вообще взялся?
- Сын Черемшанина. Внебрачный. Военный пенсионер. Юрист. Все, больше ничего не знаю.
- Надо же! Обожаю военных. А он женат?
- Я же сказала, понятия не имею.
Алиса уже бесила, но, вообще-то, мне самой было интересно. Кольца нет, хотя это не показатель.
- Если в таком возрасте мужчина не женат и никогда не был, это признак, что надо обходить его за километр, - наставительно прогудела из-за монитора Галина, сорокашестилетняя разведенка, самая старшая из нас. – Потому что, девочки, хороших мужиков еще щенками разбирают. А если разведен, значит, наверняка алименты платит. Хотя… некоторые козлы не платят.
- Не надо за козлов замуж выходить, Галя, - поддела ее извечная врагиня Маша.
- Ну все, закончили! – вот только не хватало мне их очередной свары. – Я к концу дня проверю, сколько каждая по холодной звонков сделала.
Обзвон так называемой холодной базы – потенциальных клиентов, которых надо как-то заинтересовать, - не любил никто. Но что поделаешь, без этого менеджеру-продажнику никак, если сидишь на проценте. И, тем не менее, мои девушки пытались отлынивать, предпочитая воровать друг у друга «теплых» клиентов: тех, которые в базе были помечены как вероятные в будущем. «Теплые» традиционно считались ничейными – до тех пор пока не оформляли первую заявку и не переходили в разряд «горячих». Покуситься на такого считалось уже тягчайшим грехом.
Впрочем, попадались и такие «горячие», что их пытались кому-нибудь спихнуть, уж больно много с ними было проблем. Как раз из-за такого клиента, интернет-магазина сантехники, и приключился весь сыр-бор между Аленой и Викой. Из-за него мне прилетело люлей от Славки – и понеслось…
Я ушла к себе, но дверь закрывать не стала. Звонки пошли: это было видно по появляющимся отметкам в базе. Но обсуждение нового начальства все равно не закончилось.
- Надо у Тамары спросить. У кадровички, - предложила Светка. – Она должна знать.
- Да ты что, - хмыкнула Ринка. – Так она тебе и сказала. Такая фря надутая, что ты, что ты.
- Тогда у Люськи из бухгалтерии, она с ней дружит. Сейчас позвоню ей.
В этот момент в телефон свалилось сообщение: «Жду». Я достала из сумки ключи от домика и отправилась к директорскому гнезду. Вот только не хватало там на Дениса напороться. Сейчас я предпочла бы его не видеть. Никогда больше.
- И что это было? – мрачно поинтересовался Славка, едва я вошла.
- В смысле? – я прекрасно понимала, о чем он, но включила дурочку.
- Лисицына что за жопу укусило? С какого он вдруг зубы выставил? На новое начальство кидаться – что за слабоумие и отвага?
- А я знаю?
- Надя… - опасно улыбнулся Славка. – Зато я знаю тебя. Снаружи и изнутри. Так что не би-би мне мозг. Впечатление было такое, словно между вами троими что-то происходит. И, думаю, не только у меня. Лактионов смотрит на вас двоих волком, Андрей на него крысится, а ты сидишь с таким видом, как будто блевать собралась. Предположение у меня одно. Что ты трахалась с обоими, и обоим это известно.
Предположение было верным лишь отчасти, но докладывать об этом Славке я не собиралась.
- Наденька… - он истолковал мое молчание верно. Встал из-за стола, подошел ко мне, опустился перед стулом на корточки и взглянул снизу вверх. Очень внимательно. – Не обижайся, голубка, но шутки кончились. Я сквозь пальцы смотрел на твои шашни с Лисицыным, потому что это не мешало работе. Как и сплетни о нас с тобой. Но сейчас все может стать слишком горячо. Чтобы тебя считали подстилкой сразу трех директоров – это уже, извини, двадцать два. Переборчик. Поэтому я тебя просто уволю. Несмотря на нашу долгую любовь и дружбу.
- Знаешь, Слав… - я закусила губу, чтобы позорно не разреветься. – Наверно, это оптимальный вариант. Такую работу я себе, конечно, уже не найду, в зарплате раза в три потеряю, но… да, так будет лучше. Для всех. Давай бумагу, напишу заявление.
Тут я все-таки не удержалась, слезы сами полились. И вовсе не для того, чтобы его разжалобить. Прорвало. В этот момент я действительно думала, что лучше покончить со всем сразу. Одним махом семерых убивахом. С голоду не умру. Всегда можно пойти и научиться трамвай водить.
- Надюш… - Славка, похоже, испугался. – Ну прости. Я не хотел. Сорвался. Ну? Мир? Не собираюсь я тебя увольнять. И не хочу, чтобы ты уходила. Так что никаких заявлений. Ну расскажи, что случилось?
- Что-что? – всхлипывала я. – Он приехал в эту твою змеиную дыру. Сначала мы три дня грызлись…
- А потом переспали. Ясно. Да нет, ничего удивительного. Красивая женщина, привлекательный мужчина, романтическое место, никого кругом. Странно было бы, если б не. Да, интересное кино получилось. Встреча на Эльбе.
- Откуда я знала, что это сын Аркадия? Он ничего о себе не говорил. И уж точно не знала, что он будет нашим генеральным. А что уж там они с Андреем друг в друге унюхали, не представляю.
- Твой запах, - хмыкнул Славка. – Надь, никто не знал. И я в том числе. Сам в шоке. Аркадий приехал – как снег на голову. Предложил мне. Я отказался. Тогда он поставил раком перед фактом: вот ваш новый гендир.
- А кстати, почему ты отказался?
- А я согласился сначала, но потом выяснил, что никакого профита, кроме зарплаты чуть побольше, не получаю. Губенку-то раскатал на долю. А гемора и ответственности – вагон и маленькая тележка. Нафиг. Ладно, Надюш, успокойся. Все будет пучком. Главное – чтобы Андрюха не слишком залупался, но я его придержу, если что. Постарайся от обоих держаться подальше. Работай, помалкивай. Все перетопчется. Ну а если уж совсем невмоготу станет, уволиться всегда успеешь.
- Спасибо, кэп Очевидность, - всхлипнула я и чмокнула его в щеку. – Я тебя тоже очень люблю. И что б я без тебя делала?
=19
Если бы в тот момент открылась дверь и вошел Денис… Ну да, тогда точно стоило брать бумагу и писать заявление по собственному. Перешибить его уверенность в том, что я спала сразу с тремя мужиками, было бы слишком сложно. Или даже невозможно. Может, он и не вынес бы меня коленом под зад, но я сама бы такого ада не выдержала.
А вообще у каждого свой предел прочности. Человек всегда выбирает из двух зол меньшее. И до сих пор ситуация, при которой я каждый божий день сталкивалась лицом к лицу с бывшим любовником, виделась мне как раз меньшим злом, чем крах карьеры. Наверно, для кого-то это было странным и непонятным, но я любила свою работу и рассчитывала подняться настолько высоко, насколько получится. И да, зарплату с большим количеством нулей тоже любила, потому что она давала возможность чувствовать себя независимой. Начинать все заново… ну, почти заново... я была не готова.
И вдруг в одно мгновение все повернулось так, что ад двухнедельной давности показался потерянным раем. Я вывалила на незнакомца из Белого дома свою персональную помойку только потому, что была стопроцентно уверена: больше мы никогда не увидимся. Мир тесен, а в Питере на каждом углу встречаешь знакомых, даже если у тебя их всего десяток – об этом еще мой обожаемый Виктор Конецкий писал. Но не до такой же степени!