Греховная страсть

– Я заметила, что принц Габриель ушел, – пробормотала она, стараясь скрыть любопытство. – Надеюсь, все в порядке?
Лицо Кристиана было непроницаемым.
– У него возникло неотложное дело. Ничего серьезного.
– Но он выглядел несколько потрясенным.
От взгляда Оливии не смогло укрыться то, как нервно подергивалась щека ее будущего деверя. Сомнений быть не могло – он скрывал от нее нечто важное. Ее сердце учащенно забилось. По всей видимости, не она одна имела скелеты в шкафу.
Почти год назад Габриель попросил у отца Оливии ее руки, но у них совсем не было времени, чтобы узнать друг друга. Ситуация не претерпела никаких изменений, даже когда неделю назад она приехала в Шердану.
Прогулка в парке на следующий день после прибытия Оливии была прервана королевской собакой, которая радостно бросилась им навстречу после купания в грязи. Габриель похвалил Оливию за проворство, с каким ей удалось уклониться от собачьих ласк, и, извинившись, ушел, чтобы переодеться.
Второй раз они встретились на празднике, посвященном Дню независимости, где он похвалил ее шляпку.
Сегодня же они провели наедине целых пять минут, пока кружились в вальсе. Габриель снова одарил ее комплиментом – на этот раз похвалив выбор наряда.
Общение Оливии и Габриеля было теплым и вежливым. В любой ситуации он оставался безупречным принцем – вежливый, галантный, воспитанный. Каждый раз, когда они оказывались рядом, у Оливии возникало неконтролируемое желание взъерошить ему волосы и шокировать каким-нибудь неприличным замечанием.
Чего ожидал от нее Габриель? Она должна была стать его политическим партнером? Его преданность государству была безусловной. Здесь он родился, здесь же получил лучшее образование и довольно редко предпринимал какие-либо путешествия за границу. Его младшие братья были совершенно не похожи на него – они работали и жили в других странах, навещали отчий дом довольно редко.
Оливия не могла освободиться от мыслей о Габриеле, снова посмотрела на дверь, за которой он скрылся. Почему его нет так долго? Что могло его задержать?
Он появился, когда она уже почти отчаялась.
Оливия жадно окинула глазами его мощный торс, облаченный по случаю вечера в белоснежный китель с яркими планками. Широкая голубая лента пересекала его тело от плеча до бедра.
– Прошу простить меня за то, что оставил тебя одну. – Габриель остановился рядом. – Надеюсь, мой брат не дал тебе скучать?
– Кристиан поделился необходимой информацией о твоих гостях. – Габриель метнул яростный взгляд в сторону брата.
– Что же ты ей рассказал?
– Ничего особенного.
Габриель лишь покачал головой:
– Оливии совершенно не нужно знать всю подноготную нашего высшего света, чтобы помогать мне руководить страной.
Оливия заметно погрустнела. Теперь было понятно, чего именно он хотел от нее. У них не будет никакого партнерства, они не станут единой командой. В то время как ее муж будет управлять страной, она будет заниматься благотворительностью и скучать в одиночестве на официальных приемах.
– Мне кажется, что ты недооцениваешь свою жену, Габриель.
Подмигнув, Кристиан оставил будущих супругов наедине.
– Знаю, что все это время ты редко была за пределами замка. Шердана – очень красивая страна, и у нас еще есть время, чтобы убедиться в этом.
– Это было бы замечательно, – ответила Оливия, думая о том, что до их свадьбы остался какой-то месяц, а она не может толком выспаться. – Мне бы очень хотелось посетить виноградники.
– Уверен, ты знаешь, что мы в Шердане гордимся своим вином.
– Вероятно, это так и есть, – с тоской ответила Оливия. – Я рада, что тебе удалось решить свои срочные дела и вернуться.
– Дела?
Габриель решительно не понимал, о чем она говорит. Это несколько смутило Оливию.
– Я видела, как к тебе подошел твой секретарь и вы о чем-то договаривались.
– О… Да, конечно. У нас со Стюартом возникло некое недопонимание. Чепуха.
– Хорошо. – Она старательно изучала каждое его движение и жест.
– Не хочешь потанцевать? – спросил Габриель.
 
Оливия чувствовала усталость, ноги в новых туфлях просили отдыха. Тем не менее она тепло улыбнулась:
– Конечно.
Оркестр заиграл вальс, Габриель взял ее за руку и вывел на середину танцевального зала. Когда его теплая рука легла ей на спину, стало особенно трудно выглядеть невозмутимой. Платье, которое она выбрала для этого вечера, было довольно скромным – никакого глубокого декольте или открытых плеч. Тем не менее тонкий шелк доставлял ей не меньше неудобств. Рука Габриеля вызывала жар в ее теле.
– Ты выходишь за меня только потому, что этого желает твой отец?
Оливия была обескуражена его прямотой.
– Почему я должна поступать в угоду отцу? Ты красивый, умный мужчина, который когда-нибудь станет королем. Какая женщина откажется от того, чтобы стать королевой?
– На мой вопрос ты так и не ответила.
– Послушай, никто не выдает меня замуж силой. – Она подняла подбородок. – Или же ты ищешь причину для того, чтобы разорвать помолвку?
– Ничего подобного. Я лишь предположил, что ты могла мечтать о другой жизни.
– Уверена, что так случается со многими людьми. Но я считаю, что нужно использовать шансы, которые предоставляет тебе жизнь.
Необъяснимо, но Габриель вдруг почувствовал близость с этой женщиной.
– Этого ли ты хочешь на самом деле?
– Выйти за тебя и стать королевой? Конечно.
– Мы совершенно не знаем друг друга. У нас даже не было времени побыть вместе.
– Можно начать узнавать друг друга прямо сейчас. Что тебе интересно? – предложила Оливия.
– Начнем с простого. Как тебе удается бегло говорить на трех языках?
– С юных лет меня окружала армия репетиторов. Пришлось научиться обороняться.
– У тебя восхитительное произношение.
– Мне говорили, что у меня есть способности к языкам.
– Ты неулыбчива. Мне показалось? – Его вопрос смутил Оливию.
– Я всегда улыбаюсь.
Габриель внимательно рассматривал ее лицо. Она начала испытывать волнение.
– Это все вежливые улыбки. Не думаю, что хоть раз слышал твой смех.
– Смею заверить тебя, я вполне довольна всем происходящим.
– Пожалуйста, перестать говорить то, что, по-твоему, я хочу услышать.
– То есть я могу спорить с его высочеством?
– Называй меня Габриель.
– Хорошо.
– Оливия. – Несмотря на напряжение, Габриель произнес ее имя почти с нежностью. – Мне доставит удовольствие, если ты начнешь думать обо мне как о мужчине, а не как о принце.
Мурашки побежали по спине Оливии.
– Я буду делать так, если ты перестанешь думать обо мне вне понятий экономической или финансовой выгоды и поймешь, что я женщина, которая прекрасно понимает, чего хочет.
Габриель заморгал от удивления, которое вскоре переросло в любопытство.
– Теперь я вижу, что ты представляешь нечто большее…
– Слава богам, – нетерпеливо перебила его Оливия.
Быть может, брак с Габриелем сулит ей нечто большее? Она никак не ожидала, что ее будущий муж сможет так взволновать ее.
От облегчения Оливия испытала радость. У нее закружилась голова. Впервые она устремила свой взгляд в будущее и преисполнилась оптимизма.
 
Глава 2
 
Оливия отдыхала на голубой кушетке, обитой бархатом. Вид из окна комнаты, подготовленной для нее во дворце, умиротворял, а грелка должна была избавить от спазмов, которые терзали ее вечером. Девушка рассматривала позолоченную лепнину на потолке. Мягкий свет, исходящий от длинных канделябров, придавал комнате уютный вид.
На часах было почти три утра. Первые спазмы Оливия испытала незадолго до того, как король и королева распрощались с гостями. Боль была почти терпимой. Еще год назад ей бы понадобилась болеутоляющая таблетка и сон. Счастье, что те дни были позади. Принцесса никак не могла избегать присутствия на публике даже из-за плохого самочувствия.