Кафе «Пряная тыква»

Центральную площадь и прилегающие улицы перекрыли для машин — их место заняли бесконечные палатки, столы и активности. Роспись тыкв, карамельные яблоки и пончики с сидром (от которых Джинни никак не могла оторваться, хотя уже съела три). Энни продавала пироги и печенье — все, что только можно приготовить из яблок, тыквы или с корицей. В палатках можно было купить различные ведьминские товары: кристаллы, колдовские книги и весьма реалистичные на вид метлы. Дети выстраивались в очередь, чтобы разукрасить лица, взять воздушные шары в форме животных или попрыгать в огромном надувном замке, установленном на лужайке.
  
Царило настоящее безумие.
Упоительно пахнувшее яблочными пирогами безумие.
Джинни, сама того не желая, улыбалась до ушей, пока продавала сидр и тыквенный латте с пряностями бесконечной очереди посетителей. День начался с прохлады и легкого инея на траве, но к полудню в лучах осеннего солнца стало гораздо теплее. Джинни даже размотала свой огромный шарф и сняла рукавицы с обрезанными пальцами.
Логан все утро работал бок о бок с ней, то и дело касаясь руки или одаривая ленивой загадочной улыбкой. Не то чтобы открытое заявление о намерениях, но она этого и не хотела. Достаточно того, что он здесь. Более чем достаточно. От этого в животе разливалось приятное тепло и казалось, что все утро озарено счастьем. Она хотела нежиться в этом чувстве, как Каспер на солнышке.
— Счастливого осеннего фестиваля! — Изабелла подошла к столу, прижимая к груди Матео в костюмчике малыша Йоды.
— Привет, Изабелла! Привет, Матео!
Йода радостно забурчал в ответ.
— Нравится твой первый фестиваль, Джинни? — спросила Изабелла, ловко попивая кофе и при этом держа горячий стаканчик подальше от малыша. — Привет, Логан.
— Привет, Изабелла.
— Очень. Тут и правда здорово. У тебя классная прическа, — Джинни указала на классические завитки принцессы Леи на голове Изабеллы.
— О, спасибо. Мы в единой тематике. Где-то там еще разгуливают мандалорец и маленький штурмовик, но мамочке нужно выпить кофе, чтобы пережить этот день. Я сегодня проснулась от того, что этот самый штурмовик в четыре утра склонился над моей кроватью в своем костюме.
— Ну дела! — воскликнула Джинни с улыбкой.
Изабелла улыбнулась в ответ, переводя взгляд с нее на Логана. У Джинни вспыхнули щеки. Изабелла знала. Благодаря тайным материнским суперспособностям и навыкам любительницы любовных романов она как-то поняла, что происходит между Джинни и Логаном. А это было непросто, ведь Джинни сама еще толком не разобралась.
Она даже ожидала, что Логан отойдет, найдет себе дело. Чашки там расставить или следующего покупателя обслужить. Но вместо этого он подошел ближе. Его плечо вновь коснулось ее, а тыльная сторона ладони скользнула по ее пальцам.
Это было признание.
Улыбка Изабеллы стала шире.
Да, это оно.
Тихое, уверенное и спокойное, как и сам Логан. Он переплел их пальцы, и сердце Джинни затрепетало. Возможно, он все же относился к тому, что происходило между ними, всерьез. Возможно, новая Джинни вот-вот заполучит сексуального фермера, пусть даже сегодня утром он снова видел ее на дне. Сердце забилось как бешеное.
— Тогда встретимся на конкурсе костюмов, — сказала Изабелла с радостным блеском в глазах. Она похлопала маленького Йоду по макушке: — Пойдем, Йода, поищем мандалорца.
Джинни помахала им на прощанье, и Логан медленно убрал руку, чтобы помочь следующему покупателю, но сперва взглянул на Джинни с очередной загадочной улыбкой.
— Как скоро все узнают? — тихо спросила она, улыбаясь покупателям.
Даже не глядя, она почувствовала, как он пожал плечами.
— Скоро.
— И ты не против? — Джинни передала Грегу и Шону горячий сидр: — Хорошо повеселиться, ребята!
Грег отсалютовал стаканчиком в приветственном жесте осеннего фестиваля, и оба ушли, ненадолго оставив Джинни и Логана наедине.
— Не против. А ты?
Джинни судорожно сглотнула, внезапно ощутив весь груз происходящего. Ведь если люди начнут говорить об их отношениях, это значит, что смотреть будут и на нее. А если не получится? Если она просто не умеет быть в серьезных отношениях? У нее таких ни разу не было.
Паника накрыла горячей волной.
Почему она подумала об этом только сейчас, когда этот милейший мужчина так старался ее осчастливить?
Неужели поцелуи так сильно ее одурманили?
Соберись, Джинни!
Она нацепила улыбку:
— Нет. Нисколько.
Логан задержал взгляд. Его голубые глаза вглядывались в ее, пока она не отвернулась, испугавшись того, что он может там увидеть.
— Хорошо.
— Отлично! — заключила она так жизнерадостно, как только была способна. — Джо должен скоро подойти, и мы сможем приступить к своим судейским обязанностям.
— Ага, — он вновь нерешительно взглянул на нее, нахмурив брови.
Джинни заставила себя улыбнуться шире.
Она ведь этого хотела, правда? Хотела, чтобы Логан по-настоящему выбрал ее. Но как-то упустила, что и сама должна быть к этому готова. Она покачала головой, словно пытаясь стряхнуть чертовы сомнения.
Все хорошо. Все хорошо.
Ничего страшного. Все нормально. Может, Изабелла и не растреплет всем о самом незаметном проявлении чувств в истории. Вдруг все так увлечены праздником, что не обратят на них с Логаном внимания.
А может… она просто себя обманывает.
Джинни ненадолго заглянула в палатку Энни, прежде чем идти к местам судей с Логаном. Ей нужно было немного побыть одной. И пончик.
— Привет, Джордж. Привет, Хейзел.
Напарник Энни стоял за складным столиком, превратившимся в импровизированный прилавок. Он приветственно помахал Джинни, пока Хейзел помогала Энни выгружать подносы со свежими пончиками. Как им удалось привезти теплые пончики из пекарни в палатку, оставалось загадкой, которую Джинни было некогда разгадывать.
— Еще пончик? — предложила Энни с ухмылкой.
— Только один.
Хейзел внимательно изучала Джинни, когда Энни передала ей еще одно лакомство с сахарной пудрой.
— В чем дело? — спросила Хейзел, сразу оценив состояние Джинни. В ее очки, что, встроен сканер эмоций?
Джинни огляделась. Большинство гостей уже ушли к сцене, на которой пройдет конкурс костюмов. Палатка с выпечкой почти пустовала.
— В Логане.
Улыбка исчезла с лица Энни, она скрестила руки на груди. Джордж пробормотал что-то о том, что внезапно заинтересовался шалфеем для изгнания плохой энергии из своей квартиры, и спешно покинул палатку.
— Ну конечно, в Логане, — сказала Хейзел, облокотившись на стол. — Так что случилось?
— Эм… — Джинни поежилась под пристальным взглядом Энни. — Мы… ну… кажется, он только что взял меня за руку в присутствии Изабеллы, так что, видимо, об этом скоро все услышат. И он мне очень нравится. — Она нервно сглотнула. — А я нравлюсь ему. Вполне уверена. И теперь я немного паникую, потому что, мне кажется, я вообще не умею во все это.
— Во что? — переспросила Хейзел, пока Энни своим прищуром никак не помогала Джинни прогнать напряжение.
— Во все. Строить нормальную жизнь. И отношения. Знаю, вы меня предупреждали, и я не хочу все испортить. Не хочу, чтобы вы меня за это возненавидели.
Она прикусила губу и стала ждать осуждения, злости или поддержки. Пока было непонятно, чем все обернется.
— Никто тебя не возненавидит, Джинни, — сказала Хейзел.
  
Джинни покосилась на Энни, которая сурово поджала губы. Не очень-то убедительно.
— К тому же все так или иначе плохо разбираются в жизни, — добавила Хейзел.
Джинни вздохнула:
— Просто раньше казалось, что я неплохо держусь. У меня была работа, я с ней справлялась, и я… Не знаю, делала то, что должна. А теперь… здесь… все как-то… запутанно.
— Нет никакого «должна», Джинни, — сказала Хейзел, серьезно глядя на нее через стекла очков.