Красный рассвет. Черный отряд (СИ)
– Хм. Звучит как план. Правда, как план не очень хороший: мне нужно будет пойти сквозь орды нечисти туда, не знаю куда и найти способ…
– Я знаю куда, у меня есть карта Осколка. Но кроме того, этот изолированный Осколок – это бывший Осколок мира Инферно.
– И что?
– Там возможно остались демоны, признающие власть твоей подружки королевы-ведьмы, которая среди прочего и владычица Инферно.
– Да?
– А ты об не знал?
– Ну может слышал, но не запомнил, – Алиса отметила, как немного смутился Максим. Вновь в груди стало горячо и очень захотелось его обнять.
– Ну теперь-то точно запомнишь, – хмыкнула между тем Крамер. – Если встретишь там ее подданных, могут помочь. Но даже без этого мы знаем, где на Осколке находятся портальные станции. Ты со своим отрядом просто должен будешь захватить одну из них и настроив портальные пути в нужное место, найти Доминику.
Максим, задумавшись, покивал – признавая, что сейчас сказанное звучит уже вполне адекватно.
– План конечно из разряда «лучшее из худшего», но…
– Если у тебя есть другие, предлагай, – улыбнулась Крамер.
– Я подумаю, – кивнул Максим, и после задал явно волнующий его вопрос: – Слушай, а как с культистами?
– Что с культистами?
– Что насчет возможности покушений? Если нас снова постараются убить?
– Вряд ли.
– Почему?
– Потому что в таком случае нас, или тебя, уже предупредят. В том числе поэтому в этом у нас с Бергером интерес к сотрудничеству.
– Кто меня предупредит?
– Подружка твоя, королева-ведьма.
– Как она меня предупредит?
– Максим. Мы – ты, и мы с Бергером, попали сюда волей богов. Ты же помнишь, что я говорила о богах – это как игроки в шахматы, из которых кто-то читает мысли, а кто-то видит будущее? В мирах, откуда мы пришли, сейчас три явных соперничающих стороны, – обернулась Крамер к Алисе. – Первая – это Валинор и, если конкретнее, Корпорация Янус. Вторую сторону возглавляет королева-ведьма на Осколках, которую вернул из посмертия Максим, и помог ей вновь обрести могущество. Ну а третья – темная нечисть вместе с культистами, среди которых затесалось много людей, в том числе знати. Изначально вся история началась с того, что почитаемый в Валинора и Корпорацией бог Янус сделал первый ход – помогая нам с Бергером попасть сюда. Поддерживающие королеву-ведьму боги сделали второй ход, отправив сюда Максима. Кто, кстати, тебе помог – Астарта?
– Нет, Ассама, – покачал головой Максим.
– Вас двоих сюда отправили, а его одного? – поинтересовалась Алиса, отметив несоответствие.
– Вообще можно было идти вдвоем, но я компании не нашел, – неожиданно ответил Максим. Крамер бросила на него заинтересованный взгляд, явно впервые об этом услышала. Потом кивнула и продолжила:
– И после нас в мир пришло двое культистов, когда на предыдущие действия поддерживающих нас богов ответили темные боги. Одного культиста убили мы, второго ты. Все три стороны свои ходы сделали. Так что, если в этот раз темные боги через культистов решат ходить первыми, мы об этом узнаем.
– На меня ведь напало две темных культистки, а ты говоришь что…
– Одна из них была явно сильнее, так?
– Ну да.
– Вторую она просто заразила Тьмой, сделав одержимой.
– Ну да, вроде так и было, – согласился Максим.
Крамер же вернулась к подзабытой теме:
– Ну а на будущее, по поводу доверия между нами. Мы втроем – ты, граф, я – мы все владеющие даром. А если ты знаешь, а ты должен это знать, клятва владеющего – нерушима. В случае нарушения такой клятвы мироздание обязательно ответит, – пояснила Крамер для Алисы и продолжила для Максима: – Мы сформируем кодекс и свод правил смотрителей этого мира, разграничим зону ответственности, обозначим движение к цели и систему сдерживания и противовесов. Это решаемый вопрос, главное твое согласие в этом участвовать. Пусть не в том, чтобы стать здесь, в этом мире, вечным визирем. Хотя бы для начала попробовать найти Доминику, вынудить ее выступить против Валинора и попробовать спасти этот мир от тотального уничтожения ордами нечисти.
После этого за столом повисло долгое молчание. Такое же звонкое, как и сейчас под крышей манежа. Алиса, вспоминая тот самый памятный разговор, по-прежнему смотрела в глаза стоящего за трибуной Максима, не в силах оторвать взгляд. Максим неожиданно ей подмигнул и едва заметно улыбнулся. К этому времени скудный поток предположений о возможной награде уже иссяк, поэтому Максим заговорил, обращаясь к собравшемуся в помещении отряду:
– Те их вас, кто погибнет, навсегда останутся жить в нашей памяти и в наших сердцах. И навсегда здесь – не фигура речи. Потому что речь идет о том, что выжившие станут теми, для кого перестанет существовать время. Вы, все здесь собравшиеся, шагнете в вечность: я подарю вам бессмертие.
Глава 18
Если бы меня спросили, как я представляю типично русский провинциальный пейзаж, то я бы описал большое зеленое пространство с полями и березками, дорогу с широкой обочиной, по которой поднимая пыль тянет голубой трактор «Беларус», направляясь в сторону виднеющейся вдали белой церквушки с синими куполами.
Сейчас, после того как мы перебазировались из Майами в Алабаму, я теперь знал как выглядит и типично американский провинциальный пейзаж. Большие зеленые пространства (без березок), узкие и часто латанные дороги – непривычные, без обочин, баптистские церквушки со шпилями вместо куполов и неторопливо ползущие по дорогам пикапы реднеков. Самая настоящая Америка, самый настоящий Глубокий Юг.
Чувствовал я здесь себя почти как дома. Периодически гонял на машине от Тускалусы до линии обороны на побережье, в пути слушал кантри, часто общался с самыми разными людьми. Отряд жил своей жизнью уже больше двух месяцев, причем в процессы подготовки я почти не вмешивался. Появлялся на тренировочных площадка и в ангарах иногда с загадочным и задумчивым видом, при этом стараясь меньше говорить, чтобы на умного и опытного походить.
Единственное, в чем принимал непосредственное участие – оборудование машин. Сначала мы подготовили два ЗИЛа, обкатали их, стараясь найти всевозможные ошибки и учесть их при переделке следующих машин. Потом принялись за остальные. Причем каждая команда, прикрепленная к машине, работала по общим чертежам, но в рамках определенной свободы. Результат впечатлил – по итогу у нас появился подходящий парк автомобилей для того, чтобы встретить постапокалипсис. Как технически, так и внешне – покрашены все машины были в черный цвет с белой эмблемой отряда, и внешне выглядели в антураже близкому к атмосфере «Безумного Макса», было такое кино в моем мире.
Кроме автомобилей я часто и предметно занимался тем, что торговал лицом – появляясь вместе с Дэвидом, его сестрой, Кэрол, Алисой и Ульяной, вместе и по отдельности, в местном высшем обществе. Изредка к нам присоединялись Матвей или капитан Листратов.
Дэвид, кстати, после состоявшегося все-таки интервью отлично общался и проводил время с Ульяной. Обольстил, в общем. Алиса, Кэрол и сестра Дэвида образовали кружок по финансовым интересам, при этом меня почти не трогали – я во время наших выходов в свет держался вроде как и вместе со всеми, но при этом обособленно. И это не могло меня не радовать – особенно то, что Алиса вроде как успокоилась.
Вообще, если честно, я весь отряд воспринимал довольно отстраненно. Как бы это цинично не звучало, но мы с ними, скорее всего, были временными попутчиками. Не только потому что не все доживут, но и потому что наши пути могут разойтись – я еще не принял окончательного решения, оставаться ли мне в этом мире, или же идти в Валинор вместе с остальными.
Если все получится – в очередной раз подумал я, отгоняя от себя подобные мысли, боясь сглазить.
О том, что наши пути с остальными могут разойтись, никто кроме Алисы не знал. Отчасти из-за этого я держался обособленно, но при этом именно я был тем самым связующим звеном, которое удерживало вместе столь разные группы людей, спаянные одной целью. Причем довольно-таки серьезно спаянные: по общему впечатлению все, кроме меня, в жизнь отряда были погружены целиком и полностью, на всю катушку.