Единство-2 (СИ)

Я пожал плечами, чувствуя, как наваливается груз ответственности:
— Не знаю. Искать другие пути, как сказал Третий? Только вот где их взять, эти пути? Боюсь, он прав: Меаз — наш единственный шанс.
— Попробуем, конечно, но делать там нечего, — покачала головой Пять-четыре.
Кусаларикс хмыкнула, выпуская дымное колечко:
— Скиф, сынуля, дура я старая, что не предупредила тебя. Ты, видимо, привык, что в Дисгардиуме тебя все слушают — даже боги, короли и императоры. Здесь дело иное. Эти неумирающие беты, прости, Макс, совсем свихнулись…
— Как же мне здесь не хватает моего психотерапевта… — перебив ее, простонала охотница.
— Короче говоря, к ним нужен был другой подход — мягче, деликатнее, — договорила гоблинша.
Я задумался. В словах Куси был резон. Бета-тестеры слишком долго варились в собственном соку, чтобы вот так сразу довериться чужаку. Нужно время, чтобы завоевать их расположение. А пока придется справляться своими силами. Ну и прокачаться еще больше — это нигде лишним не будет.
— И то верно, — вздохнул я. — Ладно, отложим пока разговоры о выходе в большой Дис. Попробую пообвыкнуться в этом мире, понять его законы. Может, что-нибудь придумаю.
— Дело говоришь, — одобрительно кивнула Макс. — А пока погости у меня. Мне будет приятно. Расскажешь хоть, что в мире произошло, пока меня не было. Я про настоящий.
На том и порешили.
  
Глава 20. Бета-Меаз
 
Утро следующего дня выдалось на удивление мирным и безмятежным — особенно по контрасту с напряженной встречей накануне. Мы с Макс и Кусаларикс расположились на просторном балконе, откуда открывался умопомрачительный вид на извилистые цепи багряных холмов, утопающих в молочно-белом тумане. В воздухе плыл сладковатый аромат диковинных цветов, оплетающих мраморные колонны.
На изящном стеклянном столике перед нами красовались разнообразные кушанья: хрустящие медовые вафли, воздушное суфле, румяные пончики с начинкой из сливочного крема и ломтиков фруктов, истекающих тягучим золотистым соком. Макс все приготовила сама. Мне, привыкшему к более земным блюдам тетушки Стефани, до этих даже дотрагиваться было страшно.
Но, несмотря на умиротворяющую обстановку и божественный завтрак, мои мысли занимала лишь одна цель — возвращение в настоящий Дисгардиум. Хотелось, не теряя времени, проверить самый очевидный вариант.
Нервным движением я отломил кусочек пончика и, даже не почувствовав вкуса, проглотил его.
— Макс, — решительно начал я, отодвигая тарелку. — Нам нужно на Меаз.
Макс неторопливо сделала глоток дымящегося напитка из витой чашечки и покачала головой:
— Исключено.
— Но Третий же говорил, чтобы мы попробовали…
Она закатила глаза:
— Ну конечно он это сказал! Только забыл упомянуть, что сам туда больше не стремится!
— Почему?
— Потому что там очень опасно! — взорвалась Макс. — Очень!
— Но я выжил на Террастере!
— Послушай, Скиф… — Она набрала полную грудь воздуха, выдохнула и заговорила спокойнее: — Даже когда вшестером вместе с Джун объединили усилия, мы смогли приблизиться к нему только на сто километров. Это незримая граница, если пересечь ее… В общем, чем ближе подбираешься к Меазу, тем более страшные твари лезут из-под его покрова.
— Так это даже лучше! — обрадовался я, представляя, сколько опыта получу.
— Ты не понимаешь. Даже с полной неуязвимостью ты будешь бессилен приблизиться к Меазу. Твари, которые оттуда лезут, не просто сверхсильные. Они неуязвимые, их не берет никакой урон: ни физический, ни магический, ни божественный. У них нет ни имен, ни шкалы жизни, ни уровней. Мы потратили мощнейшие артефакты, оставшиеся после сгинувших богов, — все было бесполезно.
— Как они хоть выглядят?
— Как твой худший кошмар. Я серьезно — каждый видит что-то свое. Но это полбеды…
— Что еще?
— Их число всегда равно числу чужаков, — ответила Макс. — Если пойдем мы вдвоем — вылезут две твари. И каждая из них возьмет наш разум под контроль, после чего заставит драться между собой.
 
— А если один из нас выживет?
— В прошлый раз выжила Джун, она убила всех нас. После этого ее просто выкинуло из зоны.
— Просто выкинуло, и все? Может, ей удалось пообщаться с ними?
— Пообщаться… — хмыкнула Макс. — Не знаю, все ли она нам рассказала, но, по ее словам, она услышала только голос в своей голове. Ей было сказано, что в следующий раз ее просто развоплотят.
Вспомнив слова Третьего, я понимающе кивнул:
— Понятно, почему Денис не предложил пойти с нами. Вы все думаете, что, если снова там появитесь, вас развоплотят?
Макс долго молчала, рассматривая свои пальцы. Я начал ее понимать: ей очень хочется выбраться из бета-мира, но риск слишком велик. Но мне, по крайней мере в первый раз, близ Меаза ничего не грозит. Максимум — потеряю десять процентов уровней. Но если мои догадки о том, что именно там прячутся Ушедшие, верны…
— Я пойду с тобой, — нарушила молчание Макс. — Но нам нужно будет подготовиться. Денис стал мифическим гранд-мастером алхимии. Я попрошу его создать Абсолютные зелья сопротивления контролю разума. Несмотря на название, они не дадут стопроцентной защиты, но замедлят процесс захвата разума. Возможно, у тебя получится сразиться с тварями…
Когда она связалась с Третьим, он озвучил ей список необходимых ресурсов. Я в это время общался с Кусаларикс, тихо сидевшей рядом, — у гоблинши накопились вопросы о происходящем в большом Дисе. До этого она невидяще смотрела вдаль, машинально теребя рукава и витая мыслями далеко в прошлом, и мне хотелось как-то взбодрить ее.
— Поняла, — сказала Макс. — Пока, Ден, береги себя.
— Вы тоже там осторожнее… — донесся из ее амулета связи голос Третьего.
В отсутствие чата Макс пришлось записать все на свиток, воспользовавшись пером и чернилами. Она дала мне ознакомиться со списком, но я ни черта не разобрал — почерк у нее был как у доктора.
Я вернул ей свиток и пожал плечами:
— Не понимаю, что написано.
Макс улыбнулась:
— Верно. Совсем разучилась писать — завтра я и сама не разберу свой почерк. Итак, вот что нам понадобится. — Она одним глубоким вдохом выдала перечень, словно боялась забыть: — Три Ядовитых железы королевы баракат — ты с ними сталкивался, но королев придется поискать под землей. Одно Иссушенное сердце орка-трутня — мерзкая штука, но без него никак. Пять Черепов зомби-гоблинов — звучит мерзко, но поверь, выглядит еще хуже. Сто граммов Праха урсайского вампира — такую дрянь нереально сложно собрать, но Денису виднее. Придется наведаться в Урсайские джунгли. Десять Чешуек древней виверны — если повезет, достанем с одного захода. Пятьдесят Слез ядовитой дриады — будет еще сложнее, чем с вампирами, вымирающий вид. Да и чтобы выбить из них слезы, придется их помучить — Джун была мастерица, но она вынесла все свое хранилище, когда убралась отсюда…
— Это все?
— Если бы, — фыркнула Макс. — Еще нужны семь Цветков лунного лотоса — это фигня, у меня завалялся стак. Один Корень бешеной мандрагоры — ее крик сводит с ума, но… — Она хмыкнула. — Мы тут и так все сошли с ума, может, из-за этих долбаных мандрагор. Фармили их одно время, запасались антидотами для одного злого рейдового инстанса. Так, дальше… Три флакона Крови бехолдера — это вообще самое мерзкое, но что поделать. И, наконец, один Камень отверженных душ — это самое сложное, но Денис сказал, без него никак. В общем, работы нам предстоит много, Скиф. Надеюсь, ты готов к забегу по залежам ингредиентов? Придется помотаться по всему миру.
Кусаларикс присвистнула:
— Если не считать Чешуек древней виверны, которые и у нас днем с огнем не сыщешь, я обо всех этих материалах никогда не слышала! Да, у нас есть Корни мандрагоры, но бешеной?
— Логично, раз мобы изменились, то и ресурсы новые появились. — Я почесал затылок. — Слушай, Макс, ты уверена, что нам так уж необходимы эти зелья? Смотри. Во-первых, я владею Божественным освобождением. Никто не может меня взять под контроль или застанить. Во-вторых, если я прав и на Меазе живут Ушедшие…