Цвет таволги

 
Юлия Арниева
 
Цвет таволги
  
Аннотация
 
Можно ли сбежать всего на несколько дней от своих проблем и в один момент получить другие? Можно! Это я вам авторитетно заявляю!
И как теперь выжить в волчьей стае, если ты одинокая женщина с двумя детьми? Как не дать их в обиду?..
Значит, нужно стать сильной… Стать волчицей… одной из них…
 
Пролог
 
– Мам, идём, – потянул меня за руку сынишка, Лена нахмурив брови исподлобья взглянула на отца, прогуливающегося с чужой женщиной.
– Да, мам идём, а то ходят здесь всякие, – дочь схватила меня за вторую руку, хотя обычно старается вообще держаться от нас подальше, ведь она уже взрослая.
Дома натянув улыбку, словно всё в порядке и ничего не случилось, я выслушала Сашку, о его новой скачанной игре. Лена тоже старалась меня отвлечь, рассказывая о последних новостях в их дружной компании.
– И Светка заявила Мари, что так уже не носят, – возмущённо добавила дочь, запихивая в рот конфетину.
– Прыщи будут, – строго напомнила дочери, но взглянув, на умильную мордаху, я не смогла сдержать улыбку, однако тут же снова сделала грозное лицо, обратилась к сыну, – зубы выпадут.
– Я одну, – фыркнул Сашка, убегая, – от одной не выпадут.
– Угу, если бы, – улыбнулась, глядя на маленького хитрюгу, – Лен, Саш, а как насчёт поездки в деревню на несколько дней? Я рассказывала, что у нас есть родовой домик в лесу, там жила ваша прапрапра…
– И прапра, – с улыбкой прервала меня дочь, – да мам рассказывала, что она прожила сто десять лет, дом её в лесу далеко от цивилизации, но покинуть она его так и не согласилась.
– А ещё там растут грибы и вкусная ягода, – крикнул из комнаты Сашка.
– Всё-то вы помните, – рассмеялась я, – так что? Едем?
– Конечно, – воскликнули дети, слишком уж радостно, я-то знаю, что они бы лучше остались дома, но сейчас старались меня отвлечь и поддержать.
– Завтра?
– Да, – одновременно ответили сын и дочь.
– Отлично, звоню тёте Свете, предупрежу, что нас не будет неделю, потом сбегаю в магазин, надо купить моющих средств, продуктов и что там ещё потребуется в домик, в котором не жил никто вот уже лет пять?
– Экскаватор, – хмыкнул сын, – мам, а может, к бабе Рите?
– К ней тоже заедем.
Остаток дня прошёл в бегах и заботах, скупив, наверное, половину магазина, я загрузила машину всем, по-моему, мнению необходимым, чтобы ехать в пустующую избушку. Собрала себе и детям вещи, созвонилась с мамой, сообщив, что мы приедем завтра к ней завтра вечером, переночуем и с утра сразу в лесной домик. Выслушала вопли радости и наказ, чтобы аккуратно ехали, удивление о моём странном желании посетить прабабкин дом, наконец попрощалась.
Следующий звонок был моей помощнице Свете, получив от неё заверение, чтобы я не беспокоилась и всё будет хорошо, а также пожелание отдохнуть как следует, я довольно осмотрелась.
– Ну вот, всё готово, – произнесла, я на мгновение замерла, бросив взгляд на собранные чемоданы у входа, моё сердце вдруг заколотилось радостно и тревожно.
Устало падая на диван, я, навалившись спиной на подушки, с облегчением забросила ноги на пуфик и прикрыла глаза.
За разговорами, работой и домашними делами мне было некогда вспоминать о Павле, прихода ночи я боялась… прошло уже две недели, а будто всё случилось вчера. Гоня дурные воспоминания, я мысленно стала прокручивать в голове, всё ли собрано в дорогу, до тех пор, пока не уснула.
– Мам, ты чего здесь? – разбудил меня обеспокоенный голос дочери, – уже восемь, нам выезжать пора.
– Телевизор смотрела и не заметила, как уснула, – улыбнулась я, поднимаясь и по-старушечьи шаркая ногами, побрела ванную, – сейчас приведу себя в порядок, завтракаем и выезжаем.
Дорога вышла весёлой, никто не жужжал над ухом, что слишком часто делаем остановки и так мы никогда не доберёмся. Никто не сердился, когда кто-нибудь из детей нечаянно накрошил в машине и никто не курил в открытое окно, ведь всё выдувает, а нам всем кажется, что запах остаётся.
 
Мама нас встретила котлетами, запечённой курочкой, пирогами с мясом, капустой, яблоками, блинчиками, ягодным морсом, в общем, мы выползали из-за стола тяжело кряхтя и переваливаясь словно откормленные гуси перед Рождеством.
А утром снова в путь, правда, на машине дяди Толи, моя ласточка, конечно, почти вездеход, но по той дороге точно не пройдёт, зато сколько восторга было у сына, когда ему дали порулить по просёлочной дороге.
– Ну вот, Ани, я за домиком присматривал, печь нормально работает, – принялся перечислять дядя Толя, – а как твоя мать сказала, что ты удумала здесь с детьми остаться, так протопил хоть и тепло ещё, но ночи холодные стали.
– Спасибо большое, – улыбнулась я, волоча свой немаленький баул с вещами, едой и прочими нужностями.
– Воды натаскал, баня тоже поправлена, венец нижний заменили в прошлом году, – продолжал взволнованно рассказывать мужчина, – ты это, если что звони, связь здесь есть.
– Круто! – одновременно закричали дети, тут же принялись проверять свои телефоны.
– Спасибо, – ещё раз поблагодарила мужчину, провожая его до машины.
– Грибы пошли, вон за тем пригорком белые.
– Ух ты! Отлично! Сходим? – оглянулась я на детей, заметила, как на их лицах буквально на секунду мелькнула скука, но тут же раздался дружный вопль:
– Да.
– Тогда берите корзину, она в сарае и идём, – рассмеялась я, думая, что у меня замечательные дети.
До обозначенного пригорка идти было прилично, перебираясь через валежник, пробиваясь сквозь заросли высокой травы, мы только спустя час дошли до нужного места. Заблудиться я не боялась, ещё с отцом я облазила этот лес вдоль и поперёк, и да, он изменился, появились новые поваленные деревья, а вот этого куста здесь точно не было, но всё же это мой лес, моё место силы.
– Мам, там, кажется, собака, – тихо произнёс Сашка, показывая рукой на берег небольшой речки.
– И там, – прошептала Лена, махнув в противоположную сторону.
Посмотрев в стороны, куда указывали дети, я потрясённо застыла, Сашка ошибся, у реки их было три… огромных волка, а буквально в десяти метрах от нас замер настоящий гигант среди себе подобных, чёрный с массивными лапами волчара.
– Осторожно, не делая резких движений, идём назад, – прошептала, подталкивая детей в спины, я, не прекращая, оглядывалась.
– Мам, это волки? – испуганно спросила дочь, Сашка тут же удивлённо вскинул голову.
– Да, поэтому слушаем меня и тихо отходим, – ответила, тут же, схватив обоих детей за рубашку, остановила…
Пути назад не было, на протоптанной нами просеке стоял ещё один волк, он оскалился и всем видом показывал, что здесь мы не пройдём. От страха мои ладони стали липкими, среди ясного дня враз смолкли птицы, поднялся холодный ветер, от которого Сашка и Лена поёжились.
– Значит, идём туда, – произнесла, поворачивая в сторону, почувствовала, как по коже пробежали ледяные мурашки страха, нам снова преградили путь.
– Мам, мне кажется, они ведут нас туда, – сообщил Сашка, показывая в сторону густой чащобы.
– Ну да, – ухмыльнулась, выбирая сук побольше, найдя узкий проход между двумя волками, – нам надо вернуться домой, идите здесь.
Выбрав направление к лесной избушке, мы то и дело натыкались на волков, которые продолжали преграждать нам путь, обходя их, нам приходилось делать большие крюки, часто попадались непролазные густые кустарники, и их мы тоже были вынуждены огибать. Радует одно, волки не нападали… и вообще откуда они взялись в этих лесах?
– Мам… их нет, – удивлённо прошептала Лена.
– Неужели ушли, – с облегчением выдохнула, осмотрелась, – точно не вижу их, давайте вернёмся в избушку.
– Здесь можно обойти, – показал Саша, удобный спуск.
– Молодец, – похвалила сынишку, первой ступая на небольшую полянку, дождавшись детей, подхватив обоих за руки, сделав шаг, уловила тревожный, заставивший меня остановится звук… Выла стая волков.