Как я прогуляла урок некромантии (СИ)

Я не знаю, услышал ли меня лохматый. И бросился ли на выручку своей хозяйке – тьма поглотила меня так быстро, будто всё это время только и ждала подходящего случая, чтобы уничтожить.
Находиться в черной дыре было страшно и некомфортно. Даже дышать я не смогла - боялась задохнуться.
А потом вдруг вспыхнул свет. Озарил меня с головы до ног и… выплюнул на пол.
Я упала на землистую поверхность и сразу же в мои ноздри забились пыль и песок. Больно ударившись лбом, я некоторое время лежала на полу бочком и не сразу сделала попытку встать и посмотреть, где же я очутилась.
Глава 8
Пока я лежала на земле и пыталась сообразить, все ли кости целы и как лучше подняться – через бок или всё-таки сначала упасть на колени, а потом потихоньку встать, внезапно услышала грозный голос магистра Формблю:
- И так будет с каждым, кто посмеет прогулять урок некромантии! – заявил он.
То есть он специально выбросил меня в портал, чтобы не повадно было?!
А сам он остался стоять где-то за моей спиной. Неуютное место. Чувствую себя жалкой и беззащитной, когда не вижу, что происходит сзади.
Надо срочно вставать!
…Кстати, а где мы? Куда он меня перебросил?
Приглядевшись к каменистому склону, расстилавшемуся передо мной, я подумала, что, кажется, уже видела это место. Один раз нас приводили сюда на практическое занятие. Позади меня должна быть круглая полянка.
…Не успев окончательно очухаться, я почувствовала неприятный укол в области лопаток.
- Она живая вообще? – без всякого сочувствия произнес мужской голос.
- Не тыкай ее палкой. Вдруг живая! Не отмоешься потом. Ведьмы такие злобные! – посоветовал женский.
- А тыкать меня палкой, как какое-нибудь чудовище – по-вашему, верх дружелюбия? – прокряхтела я, всё-таки решив рухнуть сначала на колени.
Ничего страшного, что это выглядит унизительно. Сегодня я уже унизила себя сотни раз. Потерплю еще разок перед одногруппниками. А потом при случае, обязательно припомню им это и отомщу.
Мы, ведьмы, и вправду не прощаем грубости.
Колени саднило ужасно. Еще бы, при приземлении я порвала свои брюки. Лицо горело так, будто я переборщила с ядом саламандры и вместо удаления прыщей решила снять верхний слой кожи. Один раз так и было, правда, я не смогла оценить всю прелесть ощущений изнутри, ведь мазь продала деревенской девушке. Но как она расписывала свои ощущения! На всю жизнь запомнила.
И ведь помогло! Помолодела она лет на пять и удачно вышла замуж во второй раз.
- А ты что, не чудище, что ли? Гы-гы-гы! – стебался мужской голос.
Медленно обернувшись к группе несчастных, кому богиней судьбы предначертано было учиться со мной и принять от меня наказание за свою бестактность и самомнение, я широко усмехнулась.
Ребята ахнули. А я сделала шаг вперед и грозно рыкнула:
- Бу!
Газель и Нинель в панике завизжали. Они были магичками и непривычными к темной стороне жизни. А ведь учились на знахарей. И – никакой выдержки. Сколько им крови, ужасов и оживших скелетов предстоит увидеть! Могли бы и промолчать.
Парни, коих в нашей группе было большинство, просто брезгливо морщились.
Гордей откинул палку в сторону. И вызывающе усмехнулся. Ну да, конечно. Он ведь тоже из Ордена Мстящих. С такими не связываются. Гад он и есть гад, даже если в документах написано, что человек обыкновенный.
Филигар, наш староста и тот еще зануда, единственный смотрел на меня с жалостью. Ему не нравилось всё, что я делаю. И не нравилось никогда. Даже если дело касалось вопроса, как держать вилку правильно или что заказывать на ужин. На всё и всегда у него было свое собственное мнение!
Диндон презрительно кривил губы потому, что на кладбище я отправилась без него. Хотя он и застукал меня за разговором с Чешем и набивался в товарищи. Но я отказалась. Во-первых, у него по некромантии три, почти всегда три, пусть даже и с километровым минусом. Зачем же ему прогуливать и привлекать внимание магистра?
Иногда я даже завидовала Диндону.
 
Если представить, что магистр Формблю хоть к кому-то относится по- человечески и с сочувствием – периодически выдавая сентенции: «ох, бедняжка, он родился бестолковым, ну что теперь с него спрашивать?» так это точно – наш Диндон. Ведь ни разу он не отправлял его на отработки по четвергам. Ни разу не отправлял на пересдачу и вообще, большую часть занятий делал вид, что его не существует.
В общем, я резко и решительно отказала парню. Во-вторых, я понимала, что лишние свидетели мне ни к чему.
Да, я испортила с ним отношения. Ну, а что было делать? Я честно и откровенно сказала своему единственному другу в Академии Гладостей, что ни за что не пойду на дело с парнем по имени Диндон. Это же сто процентный провал всего замысла! Несерьезно как-то.
К тому же, он будет звенеть всю дорогу и отвлекать меня. Ведь не зря родители назвали его таким странным именем. Парень и вправду не всегда знал, когда лучше помолчать. Когда стоит заткнуться и положить язык в карман.
На позапрошлом занятии я ему так и сказала: «Быстро засовывай язык висельника в карман, пока Формблю не увидел… Как зачем? Ты что, забыл, что нам в домашке задали? Да, нам нужен этот язык. Что значит, не хочешь воровать?.. Мы позаимствуем. На время. Остатки вернем в баночке!.. «
В общем, остались мы без языка. И без возможности дослушать лекцию. А на следующей контрольной, естественно, мы завалились на теоретических вопросах. Формблю их как раз рассказывал после того, как выгнал нас с урока. Диндону, впрочем, поставили три. А мне – два.
Как всегда два!
- Ну ты и страшилище! – сказал Алехандро. Наш красавчик с черными как смоль волосами и яркими выразительными голубыми глазами. Смазливый, конечно. Но он не шел ни в какое сравнение с зловещей красотой Формблю. Не был таким величественным и пугающим, таким сильным и в то же время…
Блин, опять я не о том думаю!
…Представляю, какой у меня зрелищный вид!
- Гелла, вставай!
Филигар первым опомнился и подал мне руку. Я с благодарностью взглянула на старосту. Всё-таки, что-то хорошее в нём было. Он не чурался широких жестов и часто помогал нам в учебе бескорыстно. В отличие от Алехандро – тот каждый раз выставлял такую цену за возможность списать конспект или получить ответ на вопрос, что волосы становились дыбом.
Сто фортинов за вопрос. Сто фортинов за готовое решение упражнения. Да у меня всего на жизнь оставалось сто пятьдесят фортинов!
Девчонки из нашей группы меня обычно игнорировали. Поэтому, единственный вариант, что либо списать или уточнить – обратиться к парням.
Иногда я спрашивала Диндона, всё-таки он мой друг. Но Диндон сам не всегда понимал тему. Долго корпел над ней, брал дополнительную литературу в библиотеке. В общем, когда до него доходило, что именно нужно сделать в задании, и как работает то или иное заклинание, мы уже проходили другую тему.
Неудивительно, что из всей группы самыми отстающими считались мы с Диндоном.
- Продолжим наше практическое занятие! – голосом, способным заморозить лёд, произнес магистр Формблю.
Оказывается, всё это время он стоял тут же, у скалы. И, видимо, наслаждался моим падением. Во всех смыслах.
- Напомню для тех невежд, возомнивших себя величайшими магами современности, и позволившим себе прогулять, что мы сегодня делаем. Оживляем древнейший артефакт безвестного некроманта. Каждому студенты предлагается свой артефакт.
Я не успела отпустить руку Филигара и отряхнуться, как в воздухе передо мной повис кинжал в ножнах. Небольшой, как раз мне в руку. Черные ножны с едва заметными истершимися иероглифами подсказывали, что вещь эта – очень древняя. Сколько ей лет? Пятьсот или тысячу.
- Вам необходимо взять ножны, подчинить себе и заколоть агнца для жертвоприношения, - продолжил объяснять Формблю.
На слове «заколоть» я испуганно ахнула. То есть, он нам предлагает убить живое существо?!