Не влюблены (ЛП)

– Точно.
Рута повернулась к нему.
– Где?
– Там же, где и ты, – он откинулся на спинку стула.
– Вы оба учились в аспирантуре Техасского университета в Остине, – растерянно повторила она.
– Правильно.
– Когда?
– За несколько лет до тебя, полагаю. Эли появился на год позже моего. Хотя наставник у нас был один и тот же.
– Харк… – предупреждающе начал Эли, но Рута его перебила.
  
– А почему ты не закончил?
– Какой интересный вопрос, – Харк горько усмехнулся. – Нас попросили уйти.
– Слушай. – На этот раз предупреждение исходило от Минами, которая обычно лучше Эли умела заставить Харка вести себя прилично. Проблема была в том, что она не могла приказать Руте прекратить задавать вопросы.
– Почему? Что случилось?
– О, это было так давно, что я едва помню. Но, может быть, твой друг...
– Достаточно. – Эли поднялся на ноги, положив ладони на стол. Рута была озадачена, и я ей явно было неуютно. Ему это не нравилось. Он не допустит, чтобы ее поймали в западню, а потом выдали информацию, которая горько ранит. Только не в его присутствии.
– Мой друг? – растерянно спросила Рута.
Харк отсалютовал ей бокалом, допил остатки вина и поднял руки, словно сдавался. Его улыбка снова стала очаровательной, но адресована она была Эли.
– Знаю, знаю. Я мудак, Но что, черт возьми, остается в жизни, если я не могу быть мудаком, когда я пьян?
Эли закатил глаза.
– А как насчет приличий?
– Э-э. Их переоценивают.
Эли и Минами обменялись долгим красноречивым взглядом, который Минами прервала, встала на ноги и хлопнув в ладоши.
– Поскольку Рута, вероятно, слишком вежлива, чтобы попросить Харка пойти утопиться в ванне, предлагаю просто закончить вечер.
– Звучит заманчиво даже для меня, – пробормотал Харк.
– Потрясающе. Ты явно пьян, так что мы просто подбросим тебя по дороге домой. Сможешь забрать свою машину завтра, когда приползешь попросить прощения у Эли за то, как ты вел себя в присутствии его друга.
– Мне тоже пора, – сказала Рута.
Эли ненавидел то, как тихо звучал ее голос, или саму мысль о том, что она уходит. Но судя по напряженной позе, отговорить ее вряд ли получится.
Он протянул руку.
– Дай мне свои ключи, – он сердито глянул на Харка. – Я переставлю твою машину, которую заблокировал этот придурок.
Когда Эли вернулся после дождя, Минами приглушенно разговаривала с Рутой.
– ... просто пьян, – услышал он ее бормотание. – Он становится странным. Честно говоря, лучше бы ему разбавлять «Вердиккио» водичкой, настоянной на конопле. Она не вызывает эйфорию, в отличие от травки, зато отлично снимает стресс и улучшает настроение. Кстати, если когда-нибудь захочешь выпить кофе, напиши мне на корпоративную почту. Я проверяю почту примерно каждые двадцать минут. Это, знаешь ли, моя проблема…
Вздохнув, Эли пошел на кухню и вернулся с пластиковым контейнером с остатками ризотто.
– Для меня? – спросил Харк. Его улыбка была застенчивой, но Эли не собирался пока отпускать его с крючка.
– Нет. Можешь питаться отбросами.
Он вложил контейнер в руки Руты, затем пробормотал, только для нее:
– Веди машину осторожно, хорошо? – Он наклонился и запечатлел поцелуй на ее мягких губах. Поцелуй, которого она, возможно, и не ожидала, но все же ответила. – И если захочешь... – он понятия не имел, как закончить предложение.
 «Поговорить, потрахаться, поиграть в Uno, или все перечисленное?»
Она кивнула, но Эли не был уверен, что она поняла, что он имел в виду, или как ей это объяснить, не испугав до чертиков.
– Ладно, мы уходим, – сказала Минами. – Бай-и-и, спасибо за ужин!
Наблюдая, как они уходят, Эли отчаянно желал еще раз увидеть лицо Руты, но она не обернулась.
 ГЛАВА 24. ОН НЕ ВЫЗЫВАЕТ НЕПРИЯЗНИ
 РУТА
– И ты предполагаешь, что он имел в виду Флоренс, потому что?..
Тот же самый вопрос я задавала себе со вчерашнего дня раз сто. Или больше.
– Потому что у меня есть ровно два друга. И если это не Флоренс, то... Ты ничего не хочешь мне рассказать?
– Хороший аргумент, – согласилась Тиш.
Я почесала висок. Я спала урывками, в голове была полная каша из-за насмешливых слов Конора Харкнесса, из-за белого вина, что пила, из-за того, как Эли подошел ко мне сзади, чтобы помешать ризотто, и положил подбородок мне на голову. Уже под утро, как раз перед тем, как уснуть, я решила, что мне нужно немного отдалится от Эли. Дать телу и себе время переварить то, что он мог с нами делать.
– Я поискала информацию о них, – сказала я. – В основном она касается этих четверых...
– Эли и его друзья из «Харкнесс»?
– Верно. Большинство ссылок посвящены их недавней финансовой работе, но если немного покопаться...
– «Немного» это сколько?
– Пара часов изучения цифровых архивов. Троих из них: Минами, Харк и Эли десять лет назад учились в Техасском университете на факультете химического машиностроения.
– А четвертый?
– Сали? Тоже в Техасском, но на химическом факультете, – я сжала губы. – Я не специалист в межличностных отношениях...
– Это еще мягко сказано, – перебила меня Тиш. – Пожалуйста, продолжай.
– Но думаю, что Минами, Харк и Эли дружат уже очень давно, а Сали стал частью группы, когда женился на Минами.
– Очень похоже.
Я была рада, что Тиш так думала, потому что свои аналитические способности я ни в грош не ставила.
– Они действительно пересеклись с Флоренс в университете. Минами получила докторскую степень в Корнелле одиннадцать лет назад за диссертацию по биотопливу. Так что, вероятно, она была там постдоком. Наставником Харка был доктор Раджапакш.
– Кто?
– Он ушел на пенсию до нас, хотя еще не был старым. И я нашла старую страницу об Эли. В его фамилии была сделана ошибка, поэтому мне потребовалось некоторое время. Его наставником также был доктор Раджапакш. И на первом курсе Эли выиграл грант для молодых ученых за свою работу. Угадай какую?
Тиш нахмурилась еще больше.
– Только не говори, что за биотопливо.
Я промолчала.
– Ладно, – Тиш выдохнула. – Могли ли они быть в Техасском университете примерно в одно время с Флоренс, заниматься одной и той же научной темой, и при этом не пересекаться? Такое возможно?
Я прикусила губу.
– Учась в аспирантуре, я знала весь преподавательский состав. Но один из членов диссертационной комиссии во время моей защиты называл меня Реей, и я сомневаюсь, что он узнал бы меня, если бы мы встретились в супермаркете.
– А если бы ты решила захватить его киоск с лимонадом?
У меня в мыслях началась настоящая неразбериха.
– В таком случае, он бы обязательно захотел узнать, кто я такая. – Тиш кивнула, и я продолжила: – Флоренс, вероятно, так и сделала. Возможно, она не помнила их, пока не начала выяснять, кто такие «Харкнесс».
– И забыла сообщить нам о том, что оказывается их знает.
– Или, может, у нее просто не было времени или сил их проверить.
– Есть только один способ это выяснить.
Я кивнула.
– Завтра у меня совещание по оценке эффективности. Тогда я ее спрошу.
– Хороший план. За исключением одного. Как ты собираешься рассказать о том, что ужинала с ними? – Я поморщилась. – Думаю, ты можешь просто рассказать правду: «Флоренс, мою ежемесячную дозу дерьмовых оргазмов в настоящее время обеспечивает Эли Киллгор. Ничего личного».
Я взглянула на растение с перцем на моем подоконнике.
– Ого! – присвистнула Тиш. – Значит, не дерьмовых.
Не дерьмовых. Скорее великолепных, ядерных и заставляющих переосмыслить, что такое секс. По крайней мере, меня.
– Какой он? – спросила Тиш. – Я имею в виду Эли. – Я помассировала виски, пытаясь подавить чувство унижения, и Тиш быстро продолжила: – Ру, я не пытаюсь тебя обвинять. Если, несмотря на мой совет и твой здравый смысл, ты все еще встречаешься с этим парнем, я поддержу тебя, потому что люблю, и потому что ты сделала то же самое для меня. Самое меньшее, что ты можешь сделать, это поделиться грязными подробностями.