Не влюблены (ЛП)

– Сколько еще?
– У тебя все так хорошо получается, детка. Это твой первый раз, и ты сделала меня таким счастливым, – он наградил меня еще одним открытым поцелуем. Во мне вспыхнула гордость. – Ты можешь потерпеть пять минут? Еще пять, и я позволю тебе кончить.
Его тон был покровительственным, оскорбительным, но, как ни странно, это заводило еще сильнее, наполняя еще большим удовольствием.
  
– Хорошо.
– Это моя девочка. И тогда ты сможешь кончать столько раз, сколько захочешь.
Одного раза будет достаточно. Оргазм разорвет меня на части и уничтожит навсегда.
– Хорошо.
– Но я не собираюсь облегчать тебе задачу. – Я открыла глаза и встретилась с ним взглядом. Страх смешался с жаром в моем животе.
«Я ненавижу тебя», – подумала я, наслаждаясь каждой секундой и прикосновением.
– Последний рывок, Рута. Еще пять минут, и я доберусь до...
Он не сказал до чего именно, потому что снова лизнул мою щель, и на этот раз вовсе не легонько.
Я ахнула и почти полностью приподнялась с кровати.
– Не кончай, – напомнил Эли, и я тупо кивнула. – Будь хорошей, – повторил он, прижимаясь кончикам языка к клитору… и я не смогла, просто не смогла.
У меня задрожали ноги, затем руки, давление в животе взорвалось ударной волной, которая прокатилась по всему телу.
Я ничего не могла с собой поделать, поэтому закричала. Я была уверена, что такого наслаждения не испытывал никто и никогда. Оно было слишком большим для моего тела и слишком насыщенным для этого мира. Я была благодарна Эли, что он держал меня, не давая оторваться от земли, когда все, кроме неземного удовольствия, исчезло, включая мое зрение.
Только когда я безвольно упала на кровать, то поняла, что натворила.
Я не продержалась пять минут. Даже минуты не выдержала.
– Черт.
Я села. Хватка Эли, должно быть, ослабла, потому что я легко высвободила руки.
– Прости.
Он покачал головой, глядя на мое все еще дрожащее тело с застывшим лицом.
– Я… черт. Я знаю, что не должна была. Мне жаль...
– Перестань извиняться, – рассеянно приказал он, придвинулся и накрыл одеялом, положив руки по обе стороны от моей головы.
Он смотрел на меня так, словно я была прекрасным экзотическим цветком, способным убить его одной каплей пыльцы.
– Я не хотела...
– Ты такая сексуальная, – он наклонился и поцеловал меня, почти яростно. – Ты не понимаешь, что ты делаешь со мной. Потому что я сам этого не понимаю.
– Но пять минут еще не прошло...
Он выдохнул мне в щеку.
– Неужели ты не понимаешь? В этом весь чертов смысл: видеть, как ты теряешь самообладание. Видеть, как ты сходишь с ума.
Я чувствовала, как тверд его член, как его мышцы дрожат от нетерпения, слышала прерывистое дыхание. Казалось, он чувствовал себя так же, как я всего минуту назад.
– Ты собираешься… не знаю, наказать меня? Отшлепать?
Эли рассмеялся.
– Я бы предпочел трахнуть тебя.
Он приподнялся. Я почувствовала, как сдвинулся матрас, затем услышала шорох выдвигаемого ящика. Когда я снова смогла увидеть его лицо, он держал в руке презерватив.
– Ты не против? – спросил он.
Мы обсуждали это, но действительно ли я была готова к этому?
ДА. Да, потому что не сомневалась, что Эли остановится, если мне это понадобится.
Я кивнула.
– Хорошая девочка, – он снова поцеловал меня.
– Хорошая, потому что позволяю тебе трахнуть меня? – прошептала я в его губы.
– Нет. Потому что ты подумала, прежде чем согласиться.
Он натянул презерватив на член, а затем намазал его смазкой. Я сомневалась, что ему это понадобится, но оценила заботу.
Последний раз таким сексом я занималась пару лет назад, и когда Эли лег на меня сверху, я почти ожидала, что это будет как в мой первый раз, с щемящим дискомфортом, требующим некоторой адаптации.
В мою вагину ткнулось что-то большое и тупое, затем появилось ощущение интенсивной наполненности, а потом вдруг, когда член вошел в меня не более чем на один или два дюйма, Эли остановился. Он обхватил меня за плечи, сначала пробормотал что-то похожее на: «Невероятно», а затем что-то вроде: «Хвала небесам, что мы делаем это с презервативом», и «Черт возьми!», когда уткнулся лбом в подушку рядом с моей головой.
– Ты в порядке? – спросила я, проходясь руками вверх и вниз по его спине. Мышцы подергивались под ладонями, когда я их касалась.
– Фак! – прошипел Эли в подушку. – Дай мне секунду. Будь хорошей девочкой и не двигайся.
Я не двигалась. Но он казался таким большим и чужим внутри меня, что мне нужно проверить свою растяжимость, пределы и выяснить, где кончается он и начинаюсь я. Поэтому я сжалась вокруг него, и это было все, что потребовалось.
– Черт, милая, не... – он быстро сунул руку между нашими телами.
Когда я посмотрела вниз, то поняла, что внутри меня был только кончик, и что Эли отчаянно сжимает член у основания. Но все его усилия были тщетны. Эли задрожал, лицо исказилось от удовольствия, пока он издавал безудержные звуки и кончал, кончал, кончал…
Он испытывал муки чего-то, что, казалось, выходило за рамки удовольствия, и я завороженно наблюдала за каждым мгновением этого. И когда все наконец-то закончилось, когда Эли удалось взять себя в руки и открыть глаза, я не могла понять, что увидела на его лице.
– Черт, – снова сказал он, обхватив руками мое лицо.
По какой-то причине он выглядел абсолютно… опустошенным. Я повернула голову и запечатлела мягкий, ободряющий поцелуй на его дрожащей ладони.
Казалось, Эли в этом нуждался, и, казалось, это что-то зажгло в нем. Он поцеловал меня, потом еще и еще: я сбилась со счета, как много. Через несколько минут, когда член смягчился и выскользнул из меня, Эли пробормотав, что не хочет, чтобы презерватив протек, быстро избавился от него, потом снова притянул меня к себе на грудь и продолжил целовать. Как будто не знал, что секс закончился, как будто хотел его продлить.
И я не возражала. Ни сейчас, ни позже.
Я понятия не имела, как долго мы целовались. Знала только, что свет в комнате стал тусклее, а тени длиннее, и что мы бы продолжили так и дальше, если бы в дверь не позвонили.
 ГЛАВА 23. ЧУДЕСНО ТАК ПОЛЕЖАЛИ
 ЭЛИ
Эли проигнорировал звонок, крепче обнял Руту и продолжил ее целовать.
Он только что испытал самый сильный оргазм в жизни, его тело все еще переваривало события последних часов. К тому же то, что Рута не убежала, после того, как он ее трахнул (ну, или начал трахать, прежде чем потерял контроль и кончил) было настоящим чудом или вне телесным опытом. Он был сражен наповал и не склонен бороться с этим.
Но в дверь позвонили снова, и пронзительный звук превратился в ноющее чувство, которое кирпичом врезалось в его одурманенный удовольствием мозг.
– Черт, – пробормотал Эли, затем притянул Руту еще ближе. Она была податливой, сияющей и счастливой, и у него не было никакого намерения двигаться, кроме как для того, чтобы накормить ее или снова трахнуть. – Дерьмо.
– Что?
– Мои друзья здесь. У нас были планы.
Она сонно поглядела на него.
– Ты этому не рад?
– Боже, нет.
Она улыбнулась, и сердце у Эли подпрыгнуло. Он мог бы сделать еще лучше. Немного попрактиковаться, и при большом везении у него получилось бы ее рассмешить.
– Притворись, что тебя нет дома.
– У них есть ключи.
– Понимаю.
– И они видели мою машину снаружи.
– Верно.
Она уткнулась носом в его подбородок и неохотно отстранилась.
– Похоже, тебе придется с ними пообщаться.
Эли застонал в ее волосах. Он был просто не в силах отпустить эту женщину. Женщину, которая презирала себя за то, что его хотела.
  
Испытывал ли он когда-нибудь подобное раньше? Должно быть, испытывал. Просто не мог вспомнить.
– Может, мне вылезти в окно? – Он озадаченно посмотрел на Руту, поэтому она продолжила: – Мне не стыдно, если твои друзья узнают, что мы переспали, но, может быть, ты стыдишься?