Акула

Первым на мостик поднялся капитан-лейтенант Злобин, за ним пара матросов и стали принимать элементы беспилотного летательного аппарата «Орлан-10».
– Поаккуратней остолоп, – зло прорычал капитан-лейтенант, когда послышался глухой звук удара защитного контейнера. – А то я вам ваши руки-крюки вырву…
Королев задавил неуместную улыбку. Все-таки фамилия имеет какую-то магию воплощения. Вот и Злобин обладал весьма непростым характером прямо соответствующий его фамилии, а чтобы не ругаться, да еще при начальстве, сдерживаясь вот так рычал на подчиненных из-за чего среди матросов получил прозвище Борис-Животное. Но дело надо отдать ему должное знал туго.
– Борис, напомни ТТХ аппарата, – отвлек Королев каплейта от распекания подчиненных.
– Взлетная масса до восемнадцати килограмм, скорость полета до ста пятидесяти кэмэ в час, продолжительность полета до восемнадцати часов, максимальная дальность применения комплекса в ручном управлении до ста двадцати километров, и до шестисот километров в автономном режиме… но это если полет в один конец.
– Понятно, нам такого не надо… – скривился Королев. – Значит по прямой не больше двухсот пятидесяти километров, чтобы иметь запас топлива на непредвиденные погодные условия для уверенного возвращения.
– Так точно.
– Ну, хоть что-то. Продолжай.
– Максимальная высота полета над уровнем моря – до шести километров. Вот кстати на каком уровне находимся мы?
– По моим ощущениям километра два, а то и все три… Запас есть.
Злобин согласно кивнул.
– Температуры применения комплекса от минус тридцати, до плюс сорока. Спускается на парашюте. Вот собственно все основные характеристики.
– Ясно.
Тем временем достали и распаковали катапульту. Простая конструкция, помимо штатной треноги имелась специальная крепежная система для крепления на мостике, так что ее быстро смонтировали и прикрутили к корпусу.
Потом подняли трехметровое крыло и само «тело» БПЛА почти двухметровой длины к которому так же быстро прикрутили крыло, предварительно установив на катапульту. Заправили девяносто пятым бензином из канистры.
Последними достали два «чемодана» комплекса дистанционного управления и контроля, специальная мобильная модификация для подводных лодок. Так-то пункт управления подобным БПЛА находится на подвижном шасси.
Злобин быстро произвел подключение и провел предполетную тестовую проверку систем, показавшей в том числе, что высота над уровнем моря соответствует двум километрам восемью ста тридцати метрам. Несмотря на это дышалось легко и свободно.
«Ну да, здесь ведь повышенное содержание кислорода», – вспомнил Королев.
– Ну что?
– К полету готов, Святослав Владимирович.
– Тогда запускай. Начинай наматывать спиральные круги по часовой стрелке. Нам надо посмотреть, что впереди и особенно сзади нас там «за углом», а так же за склонами.
– Я помню, товарищ командир.
Катапульта сработала штатно и ревущий двигателем «Орлан-10» взмыв в воздух, начав набор высоты.
Пролетев назад, Злобин заглянул «за угол», то есть в мертвую зону за горой.
– А вот и пропажа… – удовлетворенно и с удивившей его самого радостью хмыкнул командир АПЛ увидев на экране плавучий док.
Там тоже случился камнепад, но плавдок не засыпало, наоборот он остался на склоне, с которого съехал словно сани и накатил на получившуюся каменную платформу. Правда стоял он все-таки с сильным креном.
Больше там ничего интересного не обнаружилось.
– Давай вперед!
– Угу…
«Орлан-10» пролетел над головами и умчал далеко вперед, так что его потеряли из виду, только в бинокль можно было рассмотреть. Но прямо по курсу ничего интересного не увидели.
– Давай смотри параллельные ложбины.
– Выполняю…
БПЛА повинуясь управляющим командам произвел осторожный набор высоты. Все-таки ветровая обстановка в горах часто непредсказуемая, возможны резкие порывы и хаотическое изменение направления.
Но обошлось, «Орлан-10» не сдуло и он заложил небольшой вираж но правое крыло. БПЛА прошел над вершиной хребта на высоте ста метров и оказался на той стороне горы. Еще набор высоты и полет вдоль параллельной ложбины. Там кстати тоже протекала небольшая речка, блестевшая в лучах местного светила, что на глазок в спектре излучения и размерами соответствовало Солнцу.
  
«Так на земле мы или где-то в параллели? – невольно задался вопросом командир корабля. – Ладно, штурман после ночного бдения точнее скажет…»
 
5
 
– Есть объект! – воскликнул капитан-лейтенант Злобин.
И правда среди груды камней виднелся весело сверкающий на солнце до блеска «надраенный» бок подводной лодки.
– Это «Томск»… – поджав губы, процедил Королев, что даже по небольшому фрагменту корпуса смог узнать АПЛ.
Да собственно вариантов немного, либо «Томск», либо «Северодвинск».
Что до хмурого состояния командира «Акулы», то тут тоже все понятно. Ситуация у братьев по паподалову была явно аварийной. Лежат на боку, да и серьезные вмятины говорят сами за себя.
– Покрутило их… – посочувствовал Злобин.
Действительно, разу стало ясно, что «Томск» «телепортировался» не на дне ложбины, а на склоне горы и естественно не удержался – покатился вниз колбаской. Как на зло выступающая рубка низкая, да и смяло ее похоже в один момент. Сложно вообразить, что там с экипажем после двух трех кувырков.
– Фиксирую движение!
И правда, на экране появился и призывно замигал красный квадратик «сопровождения цели». Умная электроника привлекала внимание оператора к подозрительному.
Открылась крышка торпедного отсека и показалась фигура в оранжевом водолазном костюме.
– Снизься и покачай крыльями…
– Понял!
«Орион-10» спикировал и прошел метрах в пятидесяти над местом катастрофы покачивая крыльями, показывая, что они обнаружены и не одни, а значит могут рассчитывать на помощь.
Разведчик, сначала недоуменно озиравшийся по сторонам, инстинктивно пригнулся, но потом, узнав аппарат, в ответ отчаянно замахал руками.
– Пройдись над ним еще раз…
– Не вопрос.
БПЛА развернулся и наблюдатели увидели, что разведчик начал избавляться от тяжелого и неудобного костюма и еще раз помахав руками, полез обратно в торпедную шахту.
Рядом с «Томском» как и в случае с «Акулой» оказался захваченный неким полем хлам. Две баржи, очень сильно измятые и буксир, от него виднелся только нос, тоже сильно засыпало. Оставалось только надеяться, что экипажа внутри не было, потому как если они каким-то чудом выжили при переносе, что крайне сомнительно, то их наверняка просто раздавило камнями.
– Давай в левую ложбину.
Злобин только кивнул и вскоре БПЛА перелетел через ложбину с «Акулой» скрылся за соседней горой.
Почти сразу увидели признак переноса, а именно разрушение скальных пород, а потом и подводную лодку, точнее то, что ею должно было быть или было.
– Что за нах?! – воскликнул капитан-лейтенант увидев картинку на экране. – Что с ней произошло?..
– Если бы я знал…
Вид «Северодвинска» вызывал озноб по всему телу. Складывалось ощущение что корпус АПЛ превратился в податливый пластилин и с ним поработал какой-то сумасшедший скульптор-авангардист. Технологические отверстия в том числе торпедные и ракетные шахты словно потекли, расширились приняв самые причудливые очертания. Сам корпус словно начало скручивать в спираль. Рубка превратилась в какую-то гротескную воронку…
Оставалось только гадать, что случилось с внутренними помещениями.
«И тем более что произошло с людьми», – холодея, подумал Королев.
– Давай на правый борт, – хрипло приказ он Злобину. – пусть твоя птичка послужит ретранслятором для лучшей связи с «Томском».
Тот заторможено кивнул. Вид «Северодвинска» удручал.
«Томичи» действительно вышли на связь, вытащив переносной комплект радиоаппаратуры.
– «Томск» вызывает владельца ПБЛА! – раздался голос в котором сквозила гремучая смесь из отчаяния и надежды. – «Томск» вызывает…