Зеркало

— Об этом ей тоже сообщило ее Зеркало.
— У меня складывается впечатление, что эти Зеркала — очень большая проблема, — поморщился Андре. — Возможно, исчезновение Виктории как-то связано с ними.
— Как? — спросил Энди.
— Не знаю. Это просто предположение.
Они опросили еще несколько учеников и узнали, что Виктория сегодня не приходила на занятия. Но никто не знал, где она. И с этим они вернулись в квартиру писателя.
— Я позвоню Нине, — сказал Андре.
Он поговорил по телефону с матерью Виктории, которая была на работе, в страховой компании. Женщина, видимо, очень волновалась, поскольку Энди услышал такие слова, как "успокойся" и "ничего не случится". Наконец Андре повесил трубку.
— Извини, — он развел руками. — Нина очень обеспокоена. Она даже позвонила в полицию, но там ничего не могут сделать, потому что Виктория совершеннолетняя. Наверное, придется подождать, пока она появится сама.
Но Энди не хотел ждать. Он размышлял о том, что люди не уходят просто на улицу. Они уходят куда-то. Куда девушка могла направиться? На этот счет у него были две идеи. Первая заключалась в том, что мама не знала, где дочь. Значит, та скорее всего не пошла к родственникам или близким друзьям семьи. Вторая была простым статистическим соображением: вероятность местоположения уменьшалась пропорционально увеличению расстояния. Вероятнее всего, она все еще находится в Гамбурге, а не, например, в Берлине. Однако Берлин более вероятен, чем, скажем, Касабланка.
Когда Энди поделился своими мыслями с Андре, тот задумчиво почесал ухо.
— В твоей голове рождаются интересные идеи. Наверное, из тебя получился бы отличный криминалист. Ладно, давай подведем итоги. Если предположить, что с ней ничего не случилось, то она, очевидно, не хочет, чтобы кто-то знал, где она, иначе она бы уже вышла на связь. Значит, она где-то прячется.
Вдруг Андре замолчал и вытаращил глаза.
Энди знал от своего Зеркала, что такое выражение лица передает испуг либо крайнюю степень удивления.
— Я, кажется, знаю, где она может быть! — воскликнул Андре.
— Где?
— Пойдем со мной!
Писатель вышел из квартиры и направился к метро. Энди побрел за ним. На этот раз он озаботился тем, чтобы купить карту. Они сели на поезд и поехали в центр города. Вышли на остановке "Вандсбек Маркт".
— Вы думаете, она в "Кварри"? — спросил Энди. — Но я вчера там все осмотрел.
— Нет. Но скорее всего она недалеко от этого заведения.
Они свернули на боковую улочку, прошли мимо стены Вандсбекской ратуши, полицейского участка и под дорожным мостом. Слева виднелись многоквартирные дома, справа пролегала железная дорога, вдоль которой располагались одноэтажные домики с небольшими садовыми участками. Андре открыл ветхую калитку одного из таких участков. Садик выглядел неопрятным и одичавшим. В центре участка находился маленький белый дом. Стоявшая рядом зеленая дождевая бочка оказалась переполнена.
— Виктория? — воскликнул Андре. — Ты здесь?
Тишина.
В этот момент в ломе на другой стороне улицы открылась большая металлическая дверь. Вышла светловолосая женщина с двумя собаками на поводках. Увидев Андре, она помахала ему рукой. Старик махнул в ответ.
— Чей это участок? — спросил Энди.
— Мой, — сказал Андре. — Иногда я приезжаю сюда летом — посидеть в саду, написать что-нибудь.
Андре постучал в дверь садового домика, затем повернул ручку вниз, но дверь оказалась заперта.
— Похоже, я ошибся, — сказал он. — Я подумал, что она может прятаться здесь. Я иногда приглашал их с мамой сюда на барбекю. Виктории тут всегда нравилось.
— Как она могла сюда попасть, если у нее не было ключа? — спросил Энди.
Писатель наклонился и поднял один из камней, которыми была выложена клумба. Под ним обнаружился маленький ключик. Он положил камень обратно.
— Виктория знала, где у меня тайник. Ну, по крайней мере, я попробовал.
— А если она всё же была здесь? — Энди ощутил волнение. — Но узнала, что мы идем, и убежала от нас.
— А откуда ей знать о наших планах?
 
— Зеркало могло ее предупредить.
Писатель кивнул, достал ключ и вошел в дом. Энди последовал за ним. Одеяло на диване оказалось скомкано. На столе лежал вскрытый пакет песочного печенья, а рядом стояла полупустая бутылка колы. В мусорном ведре валялись пластиковые упаковки из-под готового салата и сэндвича, а также стаканчик из-под йогурта.
— Ты прав, она была здесь! — сказал Андре. — Но где она сейчас?
— Наверное, где-то рядом.
— Пойдем! В конце улицы есть автобусная остановка и железнодорожный вокзал, где останавливаются пригородные поезда.
Андре запер дверь, положил ключ в тайник, и они двинулись в сторону вокзала. Автобусная остановка напротив гостиницы с пивным рестораном была пуста, поэтому они повернули направо и направились по подземному переходу к лестнице, которая вела на платформу.
— Виктория! — закричал Энди, который первым оказался наверху.
Она испуганно обернулась, посмотрев на него широко раскрытыми глазами, а узнав, побежала прочь по платформе.
— Виктория! — воскликнул Энди, бросаясь за ней. — Подожди!
Достигнув конца платформы, девушка немного помедлила, а затем спрыгнула вниз и понеслась по траве между путями.
Энди встал как вкопанный.
— Стой! — закричал он. — Не делай так! Это запрещено!
В этот момент подбежал Андре.
— Виктория! — закричал он, с трудом переводя дух. — В чем дело?
— Уходите! — ответила она. — Оставьте меня в покое!
— Виктория, пожалуйста! — попросил Андре. — Пойдем домой. Твоя мама очень волнуется!
— Нет! — отрезала девушка, делая шаг назад. В этот момент Энди увидел скоростной поезд, стремительно приближающийся к платформе со стороны города. Виктория оглянулась, затем посмотрела на Энди. Ее глаза были полны слез, а губы плотно сжаты. Она повернулась и шагнула на рельсы прямо перед поездом, который уже был всего в нескольких десятках метров.
— Нет! — закричал Андре. — Не делай этого…
Остаток фразы утонул в реве гудка. Заскрипели тормоза, но поезд почти не сбавил ход.
10
— Смотри-ка, — сказал Майк. — Стало быть, ты действительно справился. Вернул все вовремя и с процентами. Респект!
Он повернулся к Чазу.
— Тебе не кажется, что это довольно значительное достижение?
— Да, Майк. Я тоже так считаю.
— И как ты думаешь, как он это сделал?
— Что?
— Добыл деньги, идиот.
Чаз пожал плечами.
— Откуда я знаю.
— Подумай, парень! Тысяча двести — за семь дней. Как бы ты их добыл?
Джек следил за разговором со все возрастающим волнением. Чего Майк добивается?
— Ну не знаю. Все непросто.
Майк кивнул.
— Да, непросто. Действительно непросто, — он взглянул на Джека. — Я думаю, что ты должен, приятель, нам объяснить, как ты это провернул. Мы бы смогли кое-чему научиться. Ты же слышал, мы оба понятия не имеем, как можно собрать столько денег без мордобития. Ронни наверняка тоже этого не знает. Не так ли, Ронни?
— Так, — согласился Ронни.
— Как же ты так быстро разжился баблом?
Стараясь не выдать свое волнение, Джек проговорил:
— Карманная кража. Я крал смартфоны. Один банкир дал мне за свой тысячу. Вероятно, там были какие-то конфиденциальные данные. Остальное насшибал по мелочи.
— Неплохо, — хмыкнул Майк. — На выходе чистыми — тысяча двести?
Джек чуть было не согласился, но вовремя сообразил, что такие совпадения маловероятны.
— Ну еще немного сверх, — ответил он.
— Сколько именно?
— Примерно тысяча триста.
— Итак, ты получил тысячу от банкира и триста выручил за украденные телефоны, не так ли?
Джек почувствовал, как у него на лбу выступает пот. Он кивнул.
— Да, именно.
— Сколько?
— Сколько чего?
— Сколько смартфонов?
— Шесть или семь.
— Ты не помнишь, было ли их шесть или семь?